Райдо
Шрифт:
– Кирана, я не знаю, есть ли другие джинны, потому что не знаю, как я здесь оказался. Я не знаю, что это за мир, кто ты? Я не помню, кем я был и что делал до того, как оказался в бутылке.
– Тогда с чего ты вообще взял, что ты должен исполнить мои желания?
Может, он стукнулся головой, пока из бутылки вылезал? Все-таки мужчина он крупный, как только пролез в узкое горлышко, неясно. Но мозг явно ушиблен. Нам бы на соседних койках в психушке лежать, в белый потолок пялиться, а не на песочке попу греть.
– И этого
– Но так не бывает! А ты уверен, что ты вообще джинн?
Вот я знаю, что я человек, потому что мне так говорили, да и других “человеков” у нас 8 миллиардов ходит. Не поверить – нельзя. А он откуда знает, что он джинн, если вылупился из бутылки? Или это знание через горлышко приходит? Короче я поняла, в бутылки залезать опасно, мозг конкретно после такого ломается.
– Понимаешь, Кирана, в бутылке я спал, пока ты меня не пробудила. После этого я лишь знал, что ты – моя госпожа, а я должен исполнить 3 твоих желания.
– Если ты ничего не помнишь, то откуда знаешь свое имя? И как понял, что Кира – не мое имя?
– Имя – это намного больше, чем “имя”, “название”. С ним мы приходим в этот мир, оно является частью нашей души, оно накладывает отпечаток на всю нашу жизнь. В некоторых культурах считается, что если кому-то назвать свое имя, то таким образом ты отдаешь частичку себя. А где-то считается, что оно предопределит всю твою судьбу. Свое имя я просто знаю, оно в моем сердце. – и на последнем слове он приложил ладонь к груди.
И вот ведь знает, где у него сердце. А остальное не знает. Я вот, например, узнала, где сердце уже в школе, на уроках биологии. Может у него в бутылке книжки были? По биологии? Анатомии?
– Понятнее не стало… Как можно что-то забыть, а что-то помнить? Ну да ладно. Джинн, так джинн. Хоть золотая рыбка.
Умом мужчину не понять – эту истину я тоже еще в школе поняла. А когда мужчина – джинн, можно еще и о логике забыть.
– Кто это? – спросил Аарасу, нахмурив свои красивые брови.
– Сказка, написанная Пушкиным. – мужчина еще сильнее нахмурился. Понятно, про сказки он тоже ничего не помнит. – Там рыбак поймал золотую рыбку, а она сказала, что если он ее обратно в море отпустит, то она исполнит три его желания.
– Он отпустил ее? – с надеждой спросил джинн.
– Отпустил. И желания загадал. – ответила я, пропуская сквозь пальцы теплый песок.
– Хорошая сказка. – вздохнул мужчина.
– А тебя можно отпустить? – неожиданно осенило меня. Негоже жить в бутылке. Места мало, света белого не видно. А если вместо меня желания какой-нибудь злодей захочет исполнить, устроит апокалипсис, поработит миры или вообще надумает полететь покорять другие галактики? Надо спасать джинна и миры от злодеев.
– Меня? – озадаченно переспросил мужчина. – Я не знаю.
– Что ж ты за джинн такой, который ничего не
Глава 6
Кирана
– Значит, давай разбираться по порядку. Что ты знаешь? Есть какой-то устав у джиннов? Правила? Какие желания можно загадывать, а какие нет? Как они будут интерпретироваться, ведь на каждое желание можно взглянуть иначе и исполнить его по-своему? – начала я с самых важных вопросов.
Тут Аарасу словно впал в транс и выдал целый список с требованиями. Я аж опешила. А гласил он следующее:
Джинн не может убить.
Джинн не может влюбить.
Джинн не может воскресить.
Желание не может влиять на количество желаний.
Джинн не может глобально изменить мир, людей или его составляющие (сделать всех бессмертными, например, или сушу – водой, воду – сушей).
Джинн не может повернуть время вспять или, наоборот, перенестись в будущее.
Джинн не может менять условия или вещи, которые повлияют на людей в прошлом (например, сделать так, чтобы пирамид Хеопса никогда не было).
Джинн не может по-своему усмотрению дополнять условия желания.
Желание не может загадываться для других.
Никому не рассказывать о джинне.
Ну что ж, вроде все понятно и логично. Но пункта про освобождение нет, значит это возможно. Только вот желание для других загадывать нельзя, а это будет как раз для него. Надо все хорошенько обдумать.
– Какие временные рамки на загадывание желаний? – решила уточнить на всякий случай.
– Временных рамок нет. Пока в тебе есть жизнь. – пробасил Аарасу каким-то диким голосом.
– А что будет, если я умру, а желания так и не загадаю? – озадачилась я, продолжая разглядывать абсолютно белые и жутко пугающие глаза джинна. Который сидел, не двигаясь и даже не моргая. Открывал один рот и выдавал порцию информации. Может, так ему удастся вспомнить и свое прошлое?
– Джинн отправится назад в бутылку и может перейти к другому владельцу.
– Я могу освободить джинна, используя свое желание?
– Нет, не можешь. Джинн сможет покинуть бутылку только вернувшись на свою землю.
– А откуда джинн пришел?
– Аа-Расу. Врата красных песков.
Во дают. Еще попробуй найди такое место. И интересно, почему в сознании джинн представился именем Аарасу, а в трансе называет это местом, откуда он пришел. Загадочно и очень непонятно.
– Как найти Аа-Расу?
– Кто ищет, тот всегда найдет.
– Джинн – человек или дух?
– Ни то ни другое.
– Можно ли вернуть память джинну?
– Время рассудит.
После этих слов, видимо, диалог считался законченным, пелена спала, а взгляд Аарасу прояснился, снова согревая своим золотом. Он почесал свою репу, точнее, лысую макушку.