Райское Местечко

Ардин Михаил

Мелисса терпела минут пять, потом не выдержала:

– Господа офицеры, достаточно! Вольно! Расслабьтесь! Вижу, что вы в курсе. Ничего сверхъестественного не произошло, все в порядке. Давайте работать в обычном режиме. Не надо меня напрягать. Пойдемте в рубку. Предвижу, что сегодня нам окно дадут очень быстро.

Она была права, разрешение на взлет мы получили мгновенно. Диспетчеры тоже прекрасно понимали, кому обязаны жизнью, и выразили свою признательность доступным им способом.

Я подумал: «Странно, что ни в школьных учебниках, ни в других материалах о селферах я не встречал описания историй, подобных вчерашней. И вообще, о роли селферов в истории

Земли всегда говорится как-то в общем, без конкретных примеров. Я сам, пока не стал непосредственным наблюдателем ночной операции, осуществленной селферами, и представить себе не мог, что они делают для человечества. Да и узнал я пока только самую малость. Так почему же селферы последовательно замалчивают и даже, как я видел, усиленно скрывают свои деяния от широких слоев человечества? Только для того, чтобы не вызвать у обычных людей чувство униженного самолюбия, как объясняла мне в субботу Мелисса? Или есть какие-то другие причины?» Ответа у меня не было.

Пока мы взлетали и выходили на трассу полета, я сидел в кресле в одной из кают. Спать мне не хотелось, делать было нечего, и я встал побродить по кораблю. Маршрут для прогулок по яхте был короткий. Когда я в очередной раз проходил мимо рубки, Мелисса окликнула меня:

– Алекс, загляни к нам, мы сейчас догоним паром!

Я зашел в рубку. Действительно, на обзорных экранах открывалось редкое зрелище: мы шли к Земле по той же трассе, что и паром «Принцесса Марса», но с большей скоростью. Примерно в двух километрах от нас появился и величественно проплыл космический корабль-паром. Когда мы наконец обогнали паром на десяток километров, Мелисса сказала:

– Ну, что? Полюбовались? Давайте отрываться. Мне хочется попасть домой еще сегодня, во вторник. Нас обещали посадить в Редроке через два часа десять минут.

Я решил не мешать им работать, но мне хотелось быть полезным хоть чем-нибудь. Я предложил приготовить всем кофе. Капитан заказал чай, а остальные были согласны на кофе. Когда чай и кофе были выпиты, я отнес посуду в кухонный отсек, вымыл и убрал в шкаф, но до конца полета оставалось все равно больше полутора часов. Делать было нечего, пришлось возвращаться в каюту, в кресло. Вряд ли я когда-нибудь привыкну летать пассажиром!

Правду говорят, что безделье – источник всех пороков. Как только я устроился со всеми удобствами, мысли мои вернулись к Мелиссе и Ласточке, и черная ревность выползла из дальнего уголка моего сознания. «Ну, нет, этого я себе не позволю. Надо разобраться с действительно важными вопросами»,- твердо решил я.

Проблема заключалась в том, что важные вопросы, которые я вчера не стал задавать Мелиссе, касались основополагающих принципов устройства Вселенной, а теоретическая физика никогда не относилась к числу моих любимых предметов. Конечно, я был в курсе основных современных концепций, но мне всегда было скучно разбираться в деталях классификации многих сотен элементарных и не совсем элементарных частиц, являющихся мельчайшими кирпичиками мироздания. А уж чтобы разбираться в деталях тех или иных моделей, с помощью которых теоретики пытались описать все разнообразие явлений реальности, мне просто не хватало знаний в области математики.

Так о чем там вчера шла речь? О системе 32 уравнений, да еще, поди, тензорных? нелинейных? дифференциальноинтегральных? каких-нибудь ультраметрических? квази-казуистических? Упоминалась «Теория Пятнадцатой Нестандартной Модели»… Господи, да я и о предыдущих четырнадцати не помню, чтобы слышал. Нет, конечно, экзамены я всегда сдавал достойно, и кое-что в голове осталось…

Именно поэтому я и отловил во вчерашнем разговоре селферов вещи совершенно невероятные с точки зрения официальной физики. Тахионы, спинорное взаимодействие и ?-поле! Ни в одном учебнике физики ни о чем подобном не написано, это я совершенно точно помню, все-таки я учился всегда на «отлично» и таких слов, уж точно, забыть бы не мог!

Правда, я вспомнил, что часто слышал от ребят-теоретиков фразу, произносимую всегда с усмешкой: «В греческом алфавите букв много!…» Но я всегда думал, что так они шутят по поводу обозначения греческими буквами ?, ?, ?, ?, и ? известных пяти фундаментальных взаимодействий: сильного, электрослабого, фионного, псионного и гравитационного соответственно. Но вчера речь шла, судя по всему, еще о трех быстрых фундаментальных взаимодействиях, р-взаимодействии, спинорном, обозначаемом, наверное, как р-взаимодействие, именно его все больше всего и опасались, и об имевшем место по факту ?-взаимодействии.

«Так-так-так! Значит, селферы знают об устройстве мира гораздо больше обычных людей, но не спешат поделиться своими знаниями со всем человечеством! Именно по этой причине – начал догадываться я – Мелисса с Парой и внедряли в сознание всех свидетелей и журналистов «официальную версию». Но почему?»

Первый раз в жизни я осознал, что учился недостаточно вдумчиво. Действительно, меня больше всего занимали прикладные аспекты наук, полезные для понимания работы космической техники. Похоже, я был сильно неправ, и, пожалуй, мне следует, несмотря на диплом Академии, при первой же возможности прослушать университетский курс с упором на математику и теоретическую физику. А то я буду среди селферов этаким дурачком-недоучкой, и разговаривать о серьезных проблемах они всегда будут через мою голову. Стыдно.

Для начала я решил как-то систематизировать то, что помнил о фундаментальных взаимодействиях из официальных курсов физики.

Итак, основные характеристики взаимодействий – это интенсивность, скорость и радиус действия.

Самое интенсивное взаимодействие – «сильное», ?-взаимодействие, оно же и самое медленное, его скорость на двенадцать порядков меньше скорости света, но на крошечных расстояниях, внутри адронов и внутри ядер, и такая скорость вполне достаточна, чтобы взаимодействие между кварками и между элементарными частицами происходило практически мгновенно.

Еще одно медленное взаимодействие – электрослабое. Обе его формы, и электромагнитное, и слабое, осуществляются со скоростью света. Это второй по величине интенсивности тип взаимодействия. Его электромагнитная форма имеет интенсивность меньше, чем сильное взаимодействие, всего на три порядка, а форма «слабое взаимодействие» – на пятнадцать порядков, что все равно гораздо сильнее других взаимодействий, просто исторически это взаимодействие было так неудачно названо.

Следующие три типа взаимодействия, известные человечеству сегодня, это быстрые взаимодействия, и чем они быстрее, тем слабее.

Самое быстрое и самое слабое – гравитационное взаимодействие. Оно существенно только при огромном скоплении материи, зато в нем участвуют все без исключения элементарные частицы, поскольку все они обладают свойством «масса», хоть одной, по крайней мере, ее разновидностью.

Немного медленнее гравитационного, но все равно на десять порядков больше скорости света, ?-взаимодействие. Частицы, осуществляющие его перенос,- виртуальные псионы. Носителями информации при быстрой связи на дальних космических расстояниях являются именно псионы.