Райское Местечко
Шрифт:
Более того, для нашего штамма концентрация ОРС в крови корнезианцев является регулятором численности вырабатывающих его бактерий. Созданный нами штамм поддерживает свою стабильную численность в организме корнезианца как раз при концентрации ОРС, оптимальной для обеспечения развития нейронной сети в рамках нормы. И при этом не страшно, если абориген продолжает потреблять аху с соце и они добавляют в его организм такое же точно вещество, тот же ОРС. Просто пока концентрация ОРС ниже нормы, бактерии активно размножаются, и концентрация ОРС повышается. Как только концентрация становится выше нормы, бактерии начинают гибнуть, и уровень концентрации снижается. Такая вот очень простая система
– Мелисса, но ведь это решение гораздо лучше того, что придумали сами корнезианцы!
– Не скажи. Конечно, наш вариант снимает проблему зависимости от качества ахи, а также необходимость индивидуального подбора дозировки ее потребления при различиях в массе, в особенностях обмена веществ, в процессе возрастных изменений организма и так далее. Но любой штамм бактерий гораздо менее стабилен во времени, чем любой вид крупных многоклеточных организмов. Стремительная смена поколений бактерий даже при очень низком уровне мутаций не позволит штамму сохранить свои свойства не то что 60 тысяч лет, но даже несколько десятилетий. Мы придумали очень хорошее решение, но оно дает лишь некоторое время для подготовки к проведению генетических изменений в организмах корнезианцев, дает нам время достучаться до их сознания, пусть не в этом, так в следующем поколении. И конечно, необходим постоянный контроль и, при необходимости, корректировка генома внедренного штамма.
Должна тебе сказать, что задача создания нужного штамма была очень не простой.
В принципе мы использовали давно известное явление «феноптоз», которое в природе выполняет функцию регулировки численности вида при ограниченных ресурсах жизнеобеспечения в среде его обитания. Механизмы феноптоза приводят к гибели отдельных представителей вида для обеспечения выживания вида в целом.
У бактерий регулирующим фактором феноптоза является уровень концентрации выделяемого самими бактериями некоего вещества, различного для разных видов бактерий. Бактерии гибнут при достижении определенного уровня концентрации этого вещества. Но обычно гибнет только часть бактерий, а вид в целом выживает, потому что в любой макроереде имеют место флуктуации, и смертельный уровень концентрации достигается не сразу во всем объеме жизненного пространства бактерий, а в отдельных локальных зонах, где и гибнет часть бактерий, что, естественно, приводит к снижению уровня концентрации.
Механизм феноптоза бактерий используется нами, например, в биокомпьютерах, где важно поддерживать определенную численность бактерий в каждой рабочей ячейке. Но часто наши биотехнологи используют этот механизм именно для поддержания уровня концентрации определенного вещества в среде, например, лекарства в человеческом организме. Так что в идейном плане, мы ничего оригинального для Корнезо не придумали.
Но очень сложно было создать нейтральный для биосферы Корнезо штамм «правых» бактерий, живущих в симбиозе с организмом корнезианца и вырабатывающих ОРС… Мы вряд ли смогли бы решить эту задачу, если бы не работы наших биологов на Альбине. Видишь, мы потеряли там тысячи жизней, но эти жертвы помогут спасти больше ста миллионов разумных существ…
– Мелисса, а как же мы введем в кровь каждому аборигену эти бактерии? Мы что, будем делать им прививки?
Мелисса засмеялась:
– Нет, все гораздо проще! Мы просто их заразим! Созданный нами штамм, мы назвали его «Надежда», прекрасно чувствует себя не только в крови корнезианцев, но и во многих других жидких средах, в том числе в соце. Бактерии, попав
– Да, это выглядит все очень просто. Но…
– Вот именно, «но»! Я еще раньше, на острове, говорила тебе, что мы вынуждены очень спешить. Нам не хватает нескольких месяцев, а то и нескольких лет, чтобы убедиться, «и» «Надежда» будет вести себя именно так, как рассчитано, что не возникнет нежелательных побочных эффектов. Нужны, как у медиков это называется, полномасштабные клинические испытания. Но как ты представляешь себе эти самые «полномасштабные клинические испытания» с учетом менталитета корнезианцев, даже если бы у нас было достаточно времени? Увы!
– Мелисса, но в отчетах я не нашел вообще никаких упоминаний о «Надежде»!
– Потому и не нашел, что официально «Надежды» не существует. Поэтому и операцию Космофлот проводит секретную. И даже и не Космофлот, а Департамент «К». Именно потому, что мы не имеем абсолютной уверенности в конечном результате, я не хотела, чтобы все Первые селферы принимали участие в этой операции, только я и Майкл. Хотя конечно же совсем не проверить «Надежду» я не могла…
Мелисса улыбнулась, но улыбка получилась немного кривой.
– Полгода назад Артем – он последнее время работает на Корнезо под именем Фрэнка Силкина, атташе по науке,- пригласил на очередную встречу в посольстве местных жителей и угостил их соце с «Надеждой». На встрече были тридцать шесть аборигенов, соце пили тридцать четыре. Все шесть месяцев Артем их наблюдал. Ни у кого не отмечено никаких побочных явлений. У всех, пивших соце, Артем за это время не меньше двух раз брал кровь для анализа, уж не знаю, как он исхитрялся это делать. Все анализы показывают точно расчетную концентрацию ОРС в крови. Конечно, это всего тридцать четыре корнезианца, и мы не имеем представления о пролонгированных следствиях… Конечно, с точки зрения земных законов, мы – преступники. Поэтому Артем не делал никаких записей. Никаких отчетов просто не существует. Даже сотрудники Департамента «К» не знают об этой проверке, в курсе – только селферы.
– Мелисса, я думаю, что другого выхода нет…
– Да, другого выхода мы не нашли. Если действовать в строгом соответствии с законами, выработанными человечеством для ситуаций, типичных на Земле, цивилизация Корнезо очень скоро перестанет существовать. Я не помню, кто первый сказал: «цель оправдывает средства», но я считаю, что сейчас именно такой случай. Конечно, всегда найдутся люди, считающие себя большими гуманистами, выступающие с лозунгом «нет такой цели, которая оправдывала негодные средства». Но я думаю, таким гуманистам никогда не приходилось давать больному ребенку горькое лекарство…
Мелисса немного помолчала:
– Артем сумел провести еще один эксперимент на аборигенах. Он проверил, как работает система «Маркер-Деструктор», и тоже получил прекрасный результат, правда, только на трех подопытных.
– А это что за система?
Мелисса тяжело вздохнула:
– Алекс, последнее время ахи катастрофически не хватало, и у многих, очень многих аборигенов нежелательные связи в мозгу уже образовались. Им никакая «Надежда» теперь не поможет. Десятки, если не сотни, тысяч мужчин уже оказались на грани безумия. Это очень опасно, потому что традиционно сирогэ, вещество-блокатор возбуждения, принимают только гоэ. А рядовые корнезианцы, не получающие сирогэ, очень быстро скатываются в последнюю стадию и перестают фактически быть существами разумными. Их уже невозможно вылечить, их можно только уничтожить.