Раз надежда, два надежда...

Свиридова Ольга Дмитриевна

Но тот лишь скользнул по ней взглядом, после чего спросил:

– Нафига ты ее припер? Я же только тебя звал.

– Она же твоя сестра! – искренне удивился я.

Но Еремей лишь пожал плечами, подошел ко мне, приобнял за плечи и повел к дивану.

– Давай, располагайся. Отдохнешь, а потом придёт он и все тебе объяснит, а ты расскажешь, как сюда добрался.

– А Света?

– Пусть идет на улице погуляет!

Я хотел уже вырваться из под руки братца, да и вообще, может даже долбануть по этой наглой роже, но увидел, как Светка усиленно мотает головой. Конечно,

я ее понял и промолчал, глядя, как она тихо выскальзывает из кабинета. Вроде, танк, а, когда хочет, двигается как какой-нибудь рога-разбойник. И даже немного позавидовал сестренке. Вся эта ситуация начинала знатно раздражать.

Братец не обратил никакого внимания на исчезновение Светки, зато радостно встречал девушек, которые через пару минут принесли подносы с различной нарезкой, фруктами и двумя бутылками коньяка, поставив все это добро на кофейный столик, расположившийся рядом с диваном. Из троих девушек, что пришли с подносами, Еремей каждую ущипнул за попу, а последней уходящей еще и отвесил звонкий шлепок. Девушка не выругалась и не объяснила этому придурку, что он долбоеб, а просто испуганно вжала голову в плечи и поспешила к выходу из кабинета.

– Ничего так девчонки! – довольно протянул братец, словно не замечая этой реакции, наполняя два стакана коньяком, один из которых протянул мне.

Нет, я точно помню, что на тех фото, что я успел увидеть, мой братец был прыщавым задротом-очкариком с явными проблемами в общении. И он мне нравился больше, чем этот самовлюбленный хлыщ, что сидел недалеко от меня на диване и только что залпом осушивший полный стакан коньяка.

Я посмотрел на Еремея и отставил свой нетронутый стакан подальше.

– Что происходит? – немного резче, чем хотел, спросил я. – Ты тут бордель развел? А люди снаружи? Они же в каких-то скотских условиях живут! Мне наплевать, если эти люди себе сами такую жизнь выбрали. Если кто хочет быть бомжом, или проституткой работать – не мое дело. Но что-то радости на лицах всех этих людей я не видел.

Братец, явно не ожидавший от меня таких слов как-то занервничал и заелозил по дивану, быстро наливая себе еще один полный стакан и тут же залпом выпивая его.

– Слушай, ты тут будешь как сыр в масле кататься! Не парься, тут все для нас… - затараторил он, вдруг превращаясь в того самого неуверенного паренька, что я видел на фото в соцсети. – И эти люди – они сами все решили… Их не заставляли… Он придет, он все объяснит…

– Слушай, Старший Сын – это ты? – спросил я волнующий меня вопрос.

– Ну, пока да… - пряча от меня глаза бубнил Еремей. – Но он придет и точно скажет. Как теперь будет…

– Кто это – он? – мне реально было очень интересно, о ком говорит брат, хотя смутные догадки уже начали вырисовываться в мозгу. – Приглашал же меня сюда ты.

Еремею не пришлось долго мямлить что-то неясное, потому что дверь опять открылась, только на этот раз резко и уверенно.

– Сынок! – тут же раздался надтреснутый голос, который я помнил с детства.

– Отец… - тяжело вздохнул я, понимая теперь, что ситуация явно хуже, чем я мог предполагать. Потому что ждать чего-то адекватного от этого человека я перестал

еще лет в пять, когда еще в него верила маман.

Каморка

Я просто решил дать отцу шанс. Этому мерзкому пропитому человечку с ником ЦарьГоры и шестьдесят третим уровнем. И где набрал?

Скорее всего я не хлопнул дверью сразу из-за того смущенного пацана, что постоянно вылезал из наглого Еремея, которым он лишь усиленно пытался казаться. И я понимал зачем. Из-за отца, чтобы тот им гордился. Или хотя бы просто замечал.

Я то эту стадию еще года в четыре прошел. А к пяти понял, что это бесполезняк. Так что сейчас слушал отца скептически, как слушал бы любого постороннего человека, при этом с сожалением замечая, что Еремей смотрит папаньке в рот и явно восхищается им.

Этим уже пожилым, лысеющим мужичком, обладающим пивным пузиком и потерявшим былую красоту и подтянутость. Щеки приобрели неаккуратную небритось, а глаза неприятную сальность. На старых фото он был очень даже ничего, а маман говорила, что раньше это был настоящий красавец. Но это было давно.

– Когда все случилось, я как раз тут недалеко одно дельце проворачивал, - сейчас я понимал, что скорее всего он пытался просто подработать где-то, но решил не заострять. – Ну и понял - мой младшенький тоже Надежда, да еще и недалеко от меня, в одном городе. Мать его, дура, не расписалась со мной, когда я к ней от твоей мамки вернулся, так что исчезла как большинство. А то тоже бы Надеждой стала, да выжила бы. Работу бы ей какую-нибудь я бы ей тут нашел. Шмотки бы шила и ремонтировала, например, - неприятно хохотнув, отец продолжил: - Но и фиг с ней. Баб тут полно осталось, особенно по сравнению с мужиками. Нас, родимы – раз, два, да обчелся. Бабы нас боготворят теперь.

Но тут еще одно очень круто дополнение. Я, когда сынка то нашел младшенького, мне мир то сообщил, что я могу стать теперь главой семьи, так как мужик и у меня куча всяких бонусов появится. Да и у остальных в семье тоже немало их будет, например, у Еремея, ведь он тоже парень, хоть и паршивенький какой-то. Но ничего, сейчас станет настоящим мужикомА я могу влиять на людей, они не могут свалить от меня, если находятся на моей территории. Правда, пока слабовато умение. Да и действует всего на расстоянии пары километров. А уж какого труда мне стоило всех этих баб тупых на площади собрать! Зато теперь они отсюда без моего позволения не свалят, так что им приходится мне подчиняться.

Но, вот если ты к нам в семью добавишься, то расстояние увеличится, а я смогу призывать баб из ближайших селений, да и просто мимо проходящих. А вам с Еремейкой достанется возможность до шестьдесят процентов опыта удаленно получать от тех, кто с вами в группе. Не мои девяносто, но все-равно не хило!

И главное – таких, как мы, может больше и нет. Где еще могли люди настоящей кровной семьей выжить? Я не баб имею в виду, они бесполезны, а нормальных мужиков!

Меня от папашиных слов перекосило. Почему вот такие, которые раньше были просто мелкими, незаметными людишками, сейчас становятся тиранами, желающими власти и рабства.