Раз плюнуть
Шрифт:
Артём привёл защитные аргументы.
– И чего ты хочешь? – теперь Дроздов повторил вопрос дежурного офицера.
– Товар найти, – нерешительно ответил Артём, – ключи и телефон.
– Слушай, а оно тебе так надо? – пристально посмотрев в глаза заявителю, спросил Дроздов. – Шефу ты по любому платить должен, а телефон новый купишь. Они сейчас не особо дорогие.
Артём заморгал глазами, явно не зная, что ответить.
– Не, старик, я не против поискать, – продолжил оперативник, открыв блокнот, – но ты пойми, у нас сейчас запара полная, работать вообще некому –
– Так, может, через телефон попробовать, вдруг они позвонят? – предложил Артём.
– Позвонят они вряд ли… А потом, даже если позвонят, у нас не особо с возможностями. Сотовые компании – конторы коммерческие, бесплатно помогать уже не хотят. По мокрухе, в смысле убийству, ещё посуетятся, а по такой мелочовке и пальцем не пошевельнут. Пришлют отписку, что проверить абонента не представилось возможным и аллее. Капиталисты. Деньги заплатить – может, и сделают. А денег у нас не ахти, вон, на чем работаем, – Дроздов положил ладонь на трехногий стол, – ты, я так понимаю, тоже не олигарх.
– Не олигарх.
– Ну, вот… Диктуй приметы.
Артём, как смог, описал напавших на него героев.
– Будем иметь в виду. Попадутся, примем меры.
– А заявление мне надо оставлять?
– Старик, – с лёгким раздражением ответил Дроздов, – ты можешь оставить хоть десяток заявлений, вещи твои от этого не особо найдутся. Так на хрена бюрократию разводить? Я тебе вот что лучше посоветую. Поищи кого-нибудь в сотовой компании. Знакомых каких-нибудь. Чтоб они телефон твой на контроль поставили. Накоротке. Ты ведь его ещё не заблокировал?
– Нет.
– Ну, и отлично. Вдруг, эти гангстеры действительно проколются и позвонят?
Тогда мы их хапанем.
– Но у меня никаких знакомых в сотовой компании.
– У тебя нет, поспрашивай у приятелей… Захочешь — найдёшь. Если выгорит, сразу звони. Вот мой телефон, – Дроздов протянул самодельную визитку.
«Дроздов Константин Андреевич, оперуполномоченный криминальной милиции».
– Все, мне идти? – стеснительно спросил Артём.
– Если больше вопросов нет, конечно. Да, вот ещё… Про грабёж языком не трепли, этих орлов вспугнёшь, тогда вообще голяк. Договорились?
– Хорошо.
– Ну, и молодец.
Артём сказал спасибо, попрощался и покинул кабинет. За спиной скрипнули пружины дивана. Вероятно, ночь была действительно суровая, а банда большая…
– Я могу у своих в группе поспрашивать, – выслушав Артёма, предложил Вадик, – во, погоди-ка! Есть контакт. У Витьки Леонова брательник телефонами торгует! Мы все через него дешёвые трубы покупали.
– Но он же не в сотовой компании.
– Наверняка, связи есть. Решит вопрос. Повезёт, даже бесплатно. Сейчас.
Отыскав номер телефона, Вадик перезвонил сокурснику и объяснил ситуацию.
Сокурсник пообещал помочь, у брата действительно полно знакомых в сотовых сетях, в том числе и в службах безопасности.
– Когда
– Через пять минут. Засекай время.
– Сколько будет стоить услуга?
– Брательник не пьёт.
– То есть, деньгами?
– Ты ж знаешь, у меня с черчением беда. А для диплома целый десяток нарисовать надо. Пару штук сделаешь?
Вадик перевёл глаза на кислую физиономию друга, от чего она стала ещё кислее.
– Сделаю.
– Лады. Диктуй трубу.
Через пять минут, как и обещал, Леонов вышел на связь. Голос звучал бодро.
– Все клево! Брательник обещал помочь. У него недавно тоже трубу с шеи сорвали, приятель за два дня нашёл. И вашу найдёт, если с неё позвонят.
– Будем надеяться. Ладно, Витек, спасибо.
– Когда данные для чертежей завести?
– Как телефон засекут, так и завози. Иначе несправедливо. Я даром горбатиться не хочу. К черчению тоже особой любви нет.
Повесив трубку, Вадик повернулся к Артёму.
– Ничтяк, сделает… Ты чертить умеешь?
– В колледже чертил немного. Сейчас не знаю, позабыл все.
– Вспоминай… Пригодится.
Вечером Артём рассказал матери о случившемся. Та, не особо приветствовала новую работу сына, поэтому перевела разговор в старое русло. «Шёл бы учиться лучше, как Вадик, и не ограбили бы. А что это за занятие – по вагонам с мешком ползать? Я как увижу этих торгашей нечёсаных в метро, плакать хочется, что у меня сын такой же…» И в том же духе. А когда узнала, что ущерб придётся возмещать из скудного семейного бюджета, действительно заплакала.
Мать трудилась педиатром в детской поликлинике. Они жили с Артёмом вдвоём, отец, покинув семью лет двадцать назад, уехал в Крым с новой женой и позванивал только по праздникам.
– Да, ладно, ма, не расстраивайся. В милиции обещали найти. Телефон вот только засечём, а дальше – раз плюнуть.
– Иди на курсы запишись на подготовительные, на будущий год поступишь. На вечерний или заочный.
– Курсы с нового года. Я пока институт выберу.
Утром Артём остался дома. Идти на склад не имело смысла, пока он не рассчитается за похищенный товар, нового не получит. По правде сказать, он и так бы не пошёл. Душа совершенно не лежала к хождению по вагонам. До обеда провалялся на диване, прикидывая, как будет гасить долг. Ничего реального в голову не приходило, а варианты типа казино или зал игральных аппаратов Артём отвергал на корню. Последнее там оставишь.
В четыре позвонил Вадик.
– Ничтяк! Засветилась твоя труба!
– Правда?
– Сегодня в одиннадцать тридцать пять с неё звонили на другой мобильник.
Который числится за некой Ларионовой Елизаветой Михайловной, проще говоря, Лизой. Пиши адрес.
– Ты и адрес узнал?
– Я ж говорил, диск купил, которыми ты торгуешь.
– А ну, да… Пишу.
Артём записал адрес. Дом находился на противоположном конце Питера.
– Живёт там Лиза, восемнадцати лет, – продолжил Вадик, – скорей всего со своими предками. Если, конечно, данные на ваших дисках не левые.