Раз став героем

Мун Элизабет Зухер

Это не было простой отговоркой, ее до сих пор мучили кошмары, если она не изматывала себя до изнеможения на тренажерах. Исмэй была уверена, что со временем справится с ними, но пока каждый день пару часов проводила в спортзале.

Из-за игры в парпон количество занимающихся значительно уменьшилось. Сейчас только трое были поглощены собственными программами. Исмэй встала на любимый тренажер. Кто-то оставил экран в зеркальном состоянии, она увидела собственное отражение и автоматически отвернулась. Ноги ее выглядели крепкими, возможно

ей следовало больше поработать над верхней частью. Но как? Плаванье не привлекало, как и работа на тренажерах для торса. Чего ей хотелось, это полазить по скалам. Нагрузка не такая уж большая, но движения более разнообразные, чем на машинах.

– Извините, старший лейтенант...

Исмэй подпрыгнула и тут же разозлилась на себя за такую реакцию. Обернувшись, она увидела младшего лейтенанта Серрано, смотрящего на нее с выражением, которое она окрестила этот взгляд.

– Да?

– Я тут подумал... может старшему лейтенанту... нужен партнер.

Исмэй уставилась на него с неприкрытым удивлением. Это было самое последнее предложение, какое она могла бы ожидать от Серрано... от него.

– Только не вы!
– вырвалось у нее, прежде чем Исмэй успела подумать. Юноша вспыхнул, но упрямо остался на месте.

– Не я? Почему?

– Я думала, вы другой, - ответила она.

На этот раз он понял, лицо его при этом вспыхнуло еще ярче, а потом побледнело, насколько могла бледнеть бронзовая кожа Серрано, и со злобой выдавил:

– Мне не нужно подлизываться к вам. У моей семьи достаточно влияния...

Младший лейтенант замолчал, но Исмэй знала, что он собирался сказать... что мог бы сказать. За ним стояла адмирал Серрано, и Исмэй Сьюза была ему не нужна.

– Вы мне понравились, - продолжил он, все еще злясь.
– Да, моя двоюродная сестра говорила о вас, и да, конечно, я видел новости... Но не поэтому...

Исмэй почувствовала себя виноватой за то, что ошиблась на его счет, и в то же время раздраженной на него за то, что он стал причиной ее ошибки.

– Извините, - сказала она, желая быть более любезной.
– Это было очень грубо с моей стороны.

Барин Серрано в изумлении уставился на нее:

– Вы извиняетесь?

– Конечно, - снова вырвалось у Исмэй с таким же удивлением, с каким спросил он, давая понять, что в ее мире все порядочные люди извиняются, когда не правы.
– Я неверно истолковала ваши действия...

– Но вы...
– он снова запнулся, как будто пересматривая то, что хотел сказать.
– Просто... не думаю, что извинение необходимо. Не от старшего лейтенанта младшему, даже если вы ошиблись в оценке моих намерений.

– Но это же было оскорбление, - сказала Исмэй, обуздав свой темперамент.
– У вас было право злиться.

– Да... но вашей ошибки и моей злости не достаточно для подобного извинения.

– Почему нет?

– Потому что...
– он огляделся.

Только сейчас Исмэй

заметила неестественную тишину в зале и увидела, что другие занимавшиеся быстро ретировались.

– Не здесь, сэр. Если вы в самом деле хотите знать...

– Хочу.

Если кто-то изъявил желание объяснить то, что доставало ее годами, Исмэй не могла упустить шанс узнать, почему офицеры Флота не обращали внимания на свою грубость и даже не думали извиняться.

– Тогда... только не примите это за оскорбление, нам лучше пойти куда-нибудь.

– В таких случаях мне хочется оказаться дома, - призналась Исмэй. Можно подумать, что на корабле таких размеров есть тихое место, где можно было бы спокойно поговорить, не боясь, что потом поползут слухи...

– Если старший лейтенант позволит предложить.

– Давайте.

– В верхних садах есть Стена.

– Встреча в саду не вызовет превратных толков?
– подняла брови Исмэй.

На Алтиплано определенно бы вызвала, где "в саду" сопровождалось красноречивыми ухмылками и приподнятыми бровями.

– Нет... Стена альпинистов. Даже если вы никогда не лазали по настоящим горам...

– Лазала, - сказала Исмэй.
– Вы хотите сказать, что здесь есть искусственная скала?

– Да, сэр. К тому же матч парпона в самом разгаре.

Исмэй усмехнулась, удивляясь себе.

– Я слышала о знаменитой хитрости Серрано. Хорошо, мне бы хотелось посмотреть на эту искусственную скалу.

Когда они пришли туда, у подножия Скалы стояли уже несколько человек, ожидающие своей очереди. Исмэй осмотрела стропы безопасности, свисающие с вершины.

– Извините, - пробормотал Барин.
– Я думал, они все уйдут... Альпинистский клуб к этому времени обычно заканчивает свою работу, а больше никто в общем-то ею и не пользуется.

– Не берите в голову, - успокоила его Исмэй.
– Они не обращают на нас внимания.

Она внимательно изучила скалу. Уступы для ног и рук были изготовлены из керамического волокна и крепились к стене металлическими клеммами.

– Выглядит как для любителей.

– Да, хотя я не очень хорошо карабкаюсь, - Барин задрал голову.
– Но один из моих соседей по кубрику просто обожает это занятие и несколько раз вытаскивал меня сюда. Поэтому я и знаю, когда они обычно заканчивают.

– Залезайте...
– крикнул кто-то сверху.

Исмэй положила руку на первый выступ.

– Не думаю... у меня нет приспособлений, кроме того... мы еще не закончили разговор.

– Разговор или спор?
– спросил Барин и снова покраснел.
– Извините, сэр.

– Без обид.

Вокруг скалы располагались декоративные камни, являющиеся границей между клумбами и альпинистской зоной. Исмэй устроилась в удобной нише и сказала:

– Я не отпущу вас просто так. Если вы объясните мне правила извинения во Флоте, я буду вечно благодарна.