Разбилось зеркало, звеня...
Шрифт:
— Так, понятно, — сказала мисс Марпл. — Она упомянула о месте, но не о дате, не так ли?
— Совершенно верно.
— А что говорит Джейсон Радд?
— Джейсон Радд? По его словам, миссис Бедкок сказала его жене, что однажды, когда у нее был грипп, она специально встала с постели, чтобы встретиться с Мариной, и что она до сих пор хранит ее автограф. Он, как видите, выразился короче вашей подруги, но суть та же.
— Он упомянул о времени и месте?
— Нет. Пожалуй, что нет. Кажется, он грубо заметил, что это произошло лет десять-двенадцать назад.
— Понятно.
— Мистер Бедкок сказал, что Хеся была чрезвычайно возбуждена и восхищена встречей с мисс Грегг, что она была большой поклонницей Марины Грегг, и что она рассказала ей, как когда-то в молодости, будучи больной, она встала с постели, встретилась с мисс Грегг и получила ее автограф. Он не запомнил подробностей, так как все это случилось явно задолго до того, как он на ней женился. Мне показалось, что он не придает вообще никакого значения всей этой истории.
— Понятно, — вновь повторила мисс Марпл. — Да, понимаю…
— И что же вы понимаете? — спросил Крэддок.
— Не так много, как мне хотелось бы, — откровенно призналась мисс Марпл. — Но я чувствую, что, если б я только знала, зачем она испортила свое новое платье…
— Кто? Миссис Бедкок?
— Да. Это кажется мне таким странным, таким необъяснимым, если только… ну, конечно… О, боже мой, какая же я, должно быть, бестолковая!
В комнату вошла мисс Найт и зажгла свет.
— Думаю, нам хочется, чтобы здесь было посветлее, — весело заметила она.
— Да, — кивнула мисс Марпл, — вы абсолютно правы, мисс Найт. Это именно то, что нам нужно. Больше света. Именно то, что нам нужно.
Так или иначе свидание наедине было прервано, и Крэддок встал.
— На прощание я прошу вас сказать мне только одно, мисс Марпл, — какое воспоминание из прошлого так взволновало вас сейчас?
— Всем вам нравится смеяться над этим, — сказала мисс Марпл, — но признаться, на этот раз вы правы. Я вспомнила о горничной Лористонов.
— О горничной Лористонов? — заинтересованно спросил Крэддок.
— Она, как это принято, записывала все, что говорили по телефону, но делала это с большим трудом. Смысл сказанного она обычно понимала правильно, но способ, каким она записывала эти сообщения, оставлял желать лучшего. Тем более, что ее правописание хромало. В результате произошло несколько неприятных инцидентов. Я помню только один из них. Некий мистер Бэрроуз позвонил по телефону и попросил передать хозяевам, что он разговаривал с мистером Элвастоном по поводу сломанного забора, но тот заявил, что в его обязанности не входит чинить этот забор. В ее переложении это выглядело примерно так: мистер Бэрроуз просил передать, что мистер Элвастон сказал, что чинить забор не его дело, так как он находится не на его территории, и он хочет знать, не было ли таких прецедентов раньше, чтобы установить точно, должен ли он чинить его или нет и стоит ли ему и в дальнейшем обращаться к нему за советом. И сам черт не разберет, где в этом послании мистер Бэрроуз, где мистер Элвастон, а где забор!
— Если вы говорите о горничных, — заявила мисс Найт, хихикнув, — это было, очевидно, очень
— Это было много лет назад, — согласилась мисс Марпл, — но человеческая природа с тех пор мало изменилась. Ошибки делаются те же, что и раньше. О боже, — добавила она, — как я рада, что эта девушка в Борнмуте, где находится в полной безопасности.
— Девушка? Что еще за девушка? — спросил Дэрмот.
— Портниха. Та самая, которая навещала Джузеппе за день до его смерти. Как же ее зовут? Глэдис, кажется.
— Глэдис Диксон?
— Да, ее так зовут.
— Вы говорите, она в Борнмуте? Откуда вам это известно?
— Как же, — сказала мисс Марпл, — ведь я сама послала ее туда.
— Что? — Дэрмот уставился на нее. — Вы? Но почему?
— Я сходила навестить ее, дала ей немного денег, попросила ее уехать куда-нибудь и не писать домой.
— Но почему вы, ради бога, это сделали.
— Потому что я не хотела, чтобы ее убили, конечно, — сказала мисс Марпл и спокойно взглянула на него.
Глава 22
— Какое приятное письмо я получила сегодня утром от леди Конвей, — сказала мисс Найт два дня спустя, входя к мисс Марпл с завтраком. — Помните, я вам о ней рассказывала? Очень милая старая леди, только немного, — она постучала пальцем по лбу, — рассеянна иногда. И память ей изменяет. Иногда не узнает своих родственников и велит им убираться прочь.
— По-моему, — заметила мисс Марпл, — это свидетельствует не столько о потере памяти, сколько о здравом рассудке.
— Ну, ну, мы ведь не будем больше так нехорошо шутить. Она проводит этот год в Белгрэйв-отеле в Лендудно. Очень приятный отель. Великолепный сад. Она очень хочет, чтобы я к ней приехала, — добавила мисс Найт со вздохом.
Мисс Марпл резко выпрямилась в постели.
— Пожалуйста! — воскликнула она. — Если вам так хочется, если в вас там нуждаются…
— Нет, нет, не хочу и слышать об этом, — замахала руками мисс Найт. — О, я не имела в виду ничего подобного. Что скажет мистер Раймонд Уэст? Он просил меня быть около вас постоянно. Мне бы никогда не пришло в голову увиливать от своих обязанностей. Я упомянула об этом письме просто к слову, так что не беспокойтесь, дорогая, — она похлопала мисс Марпл по плечу, — нас никто не собирается покидать. Нет, нет, конечно, нас не покинут! За нами будут смотреть, нас будут баловать, и мы будем всегда довольны и счастливы!
Она вышла из комнаты. Мисс Марпл осталась сидеть с решительным видом, глядя на поднос с завтраком и не делая попыток что-нибудь съесть. Наконец она пододвинула к себе телефон и энергично набрала номер.
— Доктор Хэйдок?
— Да?
— Это мисс Марпл.
— Что-нибудь случилось? Нужна моя помощь?
— Нет, — ответила мисс Марпл. — Но я хотела бы повидаться с вами как можно скорее.
Когда пришел доктор Хэйдок, мисс Марпл все еще была в постели, ожидая его.
— Да вы просто выглядите образчиком здоровья, — заметил доктор.