Разбитая Гитара. Книга 2
Шрифт:
– Только то, что я совсем невкусная. – она слегка усмехнулась. – Передала ему мысль на расстоянии, что титановыми пластинами и подавиться можно.
– Вы еще можете шутить! – мужчина был восхищен. Вообще, первый раз вижу, что женщина защищает группу мужчин. Как-то даже неловко.
– Неловко было бы, если бы ваш телохранитель пристрелил бедолагу, – медленно сказала она.
– И что, вы сегодня без сына? – съязвила она секундой позже.
– Постойте. Откуда вы знаете, что здесь мой телохранитель?
На лбу мужчины залегла складка.
– Даже если бы я видела вас впервые, задача не так уж сложна. Для меня, по крайней мере. Я в общей сложности шесть лет провела в армии Патонга, и чего только мы там не видели. Правда, с живым медведем повстречаться посчастливилось лишь сегодня. Но мне было еще легче. Я вас знаю. Вы – Дмитрий Подольский. Владелец заводов, газет…и так далее.
– Что же. Я тоже попробую сыграть в Шерлока. У вас есть дети. Иначе, зачем вам цитировать Маршака. У вас в теле титановые пластины. Вы прилетели сюда на вертолете, а значит, работаете не моим секретарем. И, в конце концов, мы с вами встречались раньше. А значит, я вас тоже знаю. Ваше высочество, вы – Амира де Оливера, княгиня Кастании.
– Да-да…сначала на Тверском бульваре во время ночных заездов верхом, а затем во время гонки на автомобиле, где из-за вас я попала в аварию. И если можно, давайте без этого вашего высочества. Я давно не живу в Кастании, отвыкла. Я позволяю вам называть меня просто Амира.
Подольский мысленно присвистнул. Он был завидным холостяком, довольно привлекательным внешне, да к тому же обладал внушительным капиталом в несколько десятков миллиардов долларов.
Мечта всех свободных и не очень женщин России и не только. На все готовых, лишь бы он обратил на них внимание. Популярность его была сравнима разве что с популярностью голливудских актеров.
А тут на тебе. Оказывается, есть еще на свете женщины, которых он не только не впечатляет, но которые говорят тебе: «Я позволяю вам». Он уже и отвык от такого.
– Прошу вас, извините. Я действительно не нарочно, – сказал Подольский после небольшой паузы.
– Все в порядке. Но что вы здесь делаете? Вы же можете позволить себе что угодно; лучшие горнолыжные курорты мира к вашим услугам. Куршевель, например. Или Швейцария. Почему Камчатка?
– Не поверите, но я вас о том же спросить хотел. – Он улыбался.
– У меня все гораздо прозаичнее. Камчатка – одно из немногих мест, где я могу столь свободно разгуливать, не будучи замеченной журналистами.
– И, правда, за последние годы о вас ничего не было слышно. Как исчезли вы тогда после той скандальной телепередачи, так словно в воду канули. Поговаривали, что вы опять изменили имя и уехали в Мексику. Ну, или что-то вроде того.
– На самом деле, это похоже на правду. За эти три года я много где побывала. Но самое главное – годичная переподготовка в армии Патонга. Это было гвоздем программы.
– Раз уж мы с вами в третий раз встречаемся при столь загадочных обстоятельствах, может быть, нам
– Скажите, а загранпаспорт у вас с собой? – ее слова, на первый взгляд, звучали невпопад.
– А зачем это? – все так же невпопад спросил он.
– Хочу проверить, насколько вы способны поддаться духу авантюризма. У меня в аэропорту Петропа…Петропавловск…в Елизово стоит одно транспортное средство, на котором я собираюсь совершить небольшое путешествие в Марсель. Давно не была дома, соскучилась по сыну и по родным.
Помолчав немного, она спросила:
– Не составите ли вы мне компанию?
***
– Сестренка, как я счастлив, что ты, наконец, вернулась! – Люк весь светился от радости.
– Господин Подольский, позвольте вам представить моего брата Люка.
Подольский остался на ужин и весь вечер протанцевал с Амирой. Во время ужина разговаривали о России, о переменах, произошедших за эти годы, о том, отразится ли мировой кризис на ее экономике, и о многом другом.
– Чем вы сейчас занимаетесь, ваше высочество? – спросил Подольский.
– Я прошу вас, давайте обойдемся без высочества – голос Амиры выражал легкую досаду.
– Договорились. Но и вы меня тогда будете вынуждены называть не господин Подольский, а просто Дмитрий, как это делают все мои друзья.
– Намекаете на то, что мы друзья?
– Вроде бы, как – ответил Подольский. – Так чем вы сейчас занимаетесь?
– Разными, совершенно разными вещами. В офисе не работаю, если вы об этом. Все свое время отдаю поискам себя. Ну и еще кое-чем занимаюсь, – добавила она после небольшой паузы.
– Наслышан про ваш высокочастотный прибор. Настоящий подарок для криминалистов.
– Спасибо.
– И еще вы вроде бы работали над каким-то поглотителем шума, да?
– С подавителем, к сожалению, так ничего и не выходит. Постоянно нахожу в нем какие-то дыры. В закрытом помещении он работает нормально, а в открытом пространстве и начинаются все проблемы. Чуть стоит поменяться влажности и все, прибор начинает пропускать звук.
– Но, постойте, зачем вам открытое пространство? – Подольский был удивлен.
– Так за этим и нужен этот прибор, чтобы снижать шум на больших расстояниях. Для того, чтобы подавлять звук электрогитары в комнате, это было бы слишком шикарно. Допустим, вам нужно подавлять шум точечно, но механические поглотители по эстетическим соображениям вы устанавливать не хотите. Ну, или если у вас нет возможности ставить защитные экраны! Только представьте, что вам хочется провести рок-концерт, скажем, на площади старого европейского города. Или, нет! Представьте, что вам предстоит провести автомобильную гонку! Или построить взлетную площадку для вертолета прямо в соседнем дворе. Или целый аэропорт! – Амира говорила с таким энтузиазмом, что Подольский невольно залюбовался ей.