Разбитые сердца
Шрифт:
– Но все же поймут, что это мы.
– Не поймут. Ведро уже будет стоять и перья тоже. Нам нужно будет только дернуть за веревочку, - я усмехнулась. Хочешь войны – ты её получишь. Они звонко рассмеялись, а я стала думать как мне выбираться из этой ситуации. Мне нужно обойти этих пешек и выйти в королях. Как это сделать? Думай Алиса, ты же умная девочка, давай! Точно! Осталось навестить магазин, и пораньше быть в актовом зале. Они ещё узнают как строить козни против меня! Прислужившись, я поняла, что они ушли. Так
У нас был большой зал, и парни уже играли в волейбол. Давай Алиса, ты сможешь. Уверенной походкой я пошла к нашему учителю и совсем случайно подвернула ногу. По-моему, когда ногу ломают и то так сильно не кричат.
– Меньшикова! – я подняла голову, и увидела как тренер быстрой походкой направляется ко мне. Что меня сильно напрягло, так это сильные руки на талии, которые подняли меня и усадили на лавочку.
– Спасибо, Женя. – говорит учитель, а я большими глазами смотрю на Соколова. Он помог мне? Странно.
– Как ты на ровном месте-то умудрилась? – ворчит тренер, а я вскрикиваю от его прикосновения к ноге. Скорее от неожиданности, в моей голове все ещё акт милосердия Жени.
– Я заниматься не смогу. Пойду в медпункт схожу, – я поднимаюсь на ноги, стараясь не наступать на “больную” ногу.
– Соколов тебя проводит, – говорит мне в спину тренер, а с застываю. Ну конечно, разве могло все пройти гладко?
– Может не надо? – пытаюсь отмазаться я.
– Не спорь, – грозно говорит физрук, а я тяжело вздыхаю.
– Обними меня за шею, – говорит Женя, подойдя вплотную.
– Может тебя ещё и поцеловать?
– Было бы не плохо. Прямо здесь? – я пихаю его в бок и понимаю, что мне от него не избавится. Может попробовать договориться с ним? Я обнимаю его одной рукой за шею, а он обхватывает меня за талию. Кристина буравит меня взглядом. Ничего, пусть понервничает, ей полезно.
Как только мы оказываемся в пустом коридоре, я нормально встаю на ногу.
– Мило, – говорит Женя, следя за мной.
– У тебя чуйка на мои планы? Почему ты постоянно встреваешь в них?
– Вот и помогай после этого, – усмехается он. – Зачем тебе весь этот спектакль?
– У нас есть общее неприятное лицо и это лицо покушается на мое лицо. И я, дабы спасти свое лицо, хочу подставить её лицо, а ты все портишь, – он изумленно уставился на меня.
– Кристина, – в итоге сказал он. – Алиса, я не враг тебе. Понятия не имею с чего ты взъелась на меня, но если ты прешь против Кристины я с тобой, – я хмурю брови, размышляя
– Эта мымра хочет вылить на меня краску на репетиции. Я планирую обыграть все в свою сторону.
– Каким образом? – серьезный Женя? Без вечной усмешки и озорства? Это что-то новенькое.
– Подменяем ведра. Они скинут не краску, а блестки. Буду в выигрышном положении из счет них.
– Так ты устроила это представление с ногой, чтобы подменять ведра?
– Для начала купить эти ведра и блестки. Ты со мной? – он задумчиво кивнул.
– Нам нужно в медпункт, у нас тоже должно быть алиби. Можешь еще побыть в роли великомученицы?
– Ай! – воскликнула я, опираясь на здоровую ногу. Женя моментально приобнял меня за талию, думая, что я падаю.
– Великомученица – это моя любимая роль, – парень наконец-то понял, что его развели и покачал головой.
– Лиса, – поднимая меня на руки, улыбнулся он.
– Сладкий шалун, – я была только за то, чтобы покататься на ручках.
– Вот мы и нашли друг друга, – пробубнил он.
– А почему тебе не нравится Кристина? – зачем то спросила я.
– А почему тебе не нравлюсь я? – в такт мне спросил он.
– Потому что ты самовлюблённый, эгоистичный сладкий шалун.
– А каком месте я эгоист, я вообще-то тебя тут на руках по школе таскаю.
– А со всем остальным ты согласен? – широко улыбнулась я.
– Играй убедительнее, - Женя ногой открыл дверь, и мы прошли в стерильно белый кабинет. Он посадил меня на кушетку. Пожилая женщина посмотрела на нас голубыми глазами, призывая начать беседу.
– Я подвернула ногу, – вытянув свою конечность, сказала я.
– Сейчас осмотрим, – она подошла ко мне и принялась мягко ощупывать конечность. Я морщила нос, и ойкала несколько раз.
– Так больно? – спросила она.
– Тянет чуть-чуть, – хлопая ресницами, ответила я.
– Обычное растяжение, – я подавила в себе смешок. Ага, растяжения!
– Я выпишу тебя мазь.
– Мне бы справку на урок. – обуваясь, произнесла я. Женя прочистил горло, и я бросила на него взгляд. – И моему другу. Не хотелось бы в журнал пропуск без причины.
– Хорошо, – врач долго выводила на бумаге буквы, а после передала нам два листочка с печатью.