Разбитые сердца
Шрифт:
Время тянется незаметно и близится к вечеру. Я лениво гуляю по городу, читая вывески плакатов, и рассматривая витрины магазинов. Чувствую, что проголодалась. Еще бы, я съела одно пирожное за весь день! Отправляюсь в полюбившееся мне кафе, и занимаю отдаленный столик. Ко мне подходит симпатичный парень, на вид мой ровесник, может постарше. У него красивые зеленые глаза, и кипа светло-русых волос. Он озорно улыбается мне, и сквозь щетину проглядываются ямочки.
“У меня они тоже есть” – невольно думаю я.
– Добрый день, мы рады приветствовать вас в нашем кафе “Мираж”, – весело произносит
– Добрый день, – смущенно говорю я, – Мне торт “Наполеон” и Экспрессо. – откладывая предложенное меню, говорю я. Он удивленно приподнимает бровь, и я вижу небольшой шрам на ней. Он буквально разделяет бровь на две неравные части.
– Это все?
– Думаю, да, – для убедительности я киваю головой.
– Откуда вы знаете, что у нас есть торт и экспрессо? – наклонив голову на бок, спрашивает он. Я немного растерянна таким порывом, и не сразу соображу к чему он клонит.
– Ну я хожу сюда уже почти месяц, – немного робко говорю я.
– Хм, странно. Ты не местная, да?
– Это как-то способствует быстрому обслуживанию моего заказа? – его расспросы нервно действуют на меня. Да еще и этот пронзительный взгляд. Брр, прям мурашки по телу.
Парень удаляется к аппарату, и вбивает заказ.
Женя немного растерян. Давненько его не отшивали. Немного странно, что он раньше никогда не пересекался с этой девушкой. Она так быстро назвала ему свой заказ, и даже не взглянула в меню. Он сразу понял, что она бывает тут и не раз. Все что Женя мог про нее сейчас сказать – симпатичная. Темное каре по плечи, карие глаза, стройная фигура. Она была его ровесницей, но Женю все же удивляло почему он никогда не видел ее. Он знал здесь каждую дворняжку, а они знали его. Кто не знает Женю? – Женю знают все! Душа компании и просто симпатяга, он разбивал сердца девушкам сам того не желая. Он не был Донжуаном, просто девушки сами висли на его шее. Он их интеллигентно отшивал, но иногда у него и случались мимолетные связи, не дольше одной ночи по взаимному согласию. Женя не стремился понравиться всем, но ему льстило, что люди сами тянуться к нему. Он подрабатывал в этом кафе летом, и со скукой ждал сентября, когда пойдет в одиннадцатый класс. В сотый раз проклинал свою сестру за то, что не дала свалить из школы после девятого и заставила просиживать штаны еще два года.
Подойдя к бару, он забрал заказ незнакомки.
– Прошу, – театрально произнес он, ставя перед ней кофе и торт. – Приятного аппетита, – девушка сдержанно кивнула, а Женя с интересом посмотрел на нее. Неужели он ее не цепляет? Женя знал все свои положительные стороны, и внешность входила в этот список, а ей, похоже, фиолетово до всего этого. Ну, ничего, и на нее найдем управу! Женя скорее боковым зрением, чем специально увидел знакомую фигуру. “Во попал!” – пронеслось у него в голову, и он юрко развернулся обратно.
В дверях была шикарная блондинка, с ногами ну прямо от ушей. На ней было облегающее красное платье, но вот взгляд был угрожающим. Жене
Блондинка быстро рассмотрела спину любимого, который направлялся к дальнему столику.
– Привет, любимая! – быстро сообразив что будет делать, Женя бесцеремонно уселся к Алисе и поцеловал девушку в щеку.
– Ты адекватный? – прошипела она в ответ.
– Ну согласись, я же обаяшка, – он подарил ей одну из своих ослепительных улыбок, и повернулся посмотреть как там неугомонная блондинка. Стоило ему это сделать, как она тут же отлетела от звонкой пощечины.
– Ауч, – растирая челюсть, произнес Женя. В душе же он улыбнулся. План сработал.
– Похотливая скотина, – выплюнула блондинка, и прожгла взглядом Алису и унеслась в сторону выхода.
Та вообще сидела в прострации. Такой спектакль девушка последний раз видела…когда Дима трахал её мать.
Какая-то злость на всех мужиков прошлась по всему телу Алисы. Она бросила купюру на стол, и с самодовольной улыбкой вылила свой кофе на штаны негодяя.
– Поддерживаю слова предыдущего оратора, Казанова, – парень восхищенно следил за грациозной походкой девушки, которая направлялась к выходу.
– А я всегда знал, что женская солидарность – это гиблое дело, – пробубнил Женя, пытаясь оттянуть штаны, и вытирая салфетками кофе.
“Да что б ему пусто было, ловелас хренов!” – думала я, пока шагала к остановке. Почему парни все такие козлы? Все играются с нами, всем нужно от нас только одно. Какая двойная злость на всех мужиков, которая моментально испарилась. Я вспомнила все прикосновения Димы, все его объятия, и предательские слезы сами собой навернулись на моих глазах. Казалось, что плотину прорвало, я просто не могла остановиться, рыдая, и всхлипывая. Неужели мной так и будут пользовать? Неужели я не достойна любви? Я смотрела через окно автобуса, и снова вспоминала счастливые дни. Пусть мое счастье было фальшивым, но оно было и от этого только больнее.
Отварив дверь квартиры, я услышала звуки телевизора. Папа был еще на работе, значит это Лена. Сейчас я не хотела никого видеть. Быстро проскользнув в ванную, я сполоснула лицо холодной водой, положив руки на раковину, всмотрелась в свое отражение в зеркале. Вот такая я брошенная, побитая собака. Не годная для того, чтобы быть любимой. Тогда в жопу любовь. Чтобы я еще хоть раз открыла свое сердце хоть одному человеку! Больше я такой боли не хочу. Не хочу валяться в слезах и соплях. Хватит с меня горя. Если я найду свое спокойствие в одиночестве, пусть так и будет.