Разбитые сердца
Шрифт:
Но сперва он хотел попробовать проникнуть в дом через дверь. Что, если ему улыбнулась удача и миссис МакКлейн забыла запереть какую-то из них?.. С какой начать: с главной или задней?
Он чуть замешкался, почувствовав, как холодком подводит живот. «Я же завтракал сегодня. Нервный дурак, — обругал он себя. — Надо было поесть». В животе забурчало.
Несмотря на дождь и холодный пронизывающий ветер, он вдруг почувствовал, что сильно вспотел. Только ладони были холодными. Холодными и влажными.
Так
А это что за странный свист?
Ему понадобилось несколько секунд, чтобы понять: это его собственное дыхание.
Он принялся поворачивать медную ручку двери. Дверь легко открылась.
«Сказочная удача, — сказал себе он. Чуть постоял в холле, пытаясь обрести дыхание. — Я вошел. Я в доме. Дело почти сделано».
В коридоре было темно. Как ночью. Тихо, как в склепе.
«Так, вот коридор. Куда идти дальше?
Может быть, включить свет? Как бы это облегчило задачу! И если бы сердце угомонилось.
Так. Лестница», — сказал он себе.
«Все. Можно успокоиться. Впереди уйма времени. Церемония на кладбище только начинается. Похороны. Похороны. Как странно звучит это слово.
Так. Поднимаюсь наверх. Наверх. Шаг по узкой лестнице. Еще шаг».
Бом! — ударили старинные часы с маятником.
Аа! Наткнулся на что-то. Нагнувшись, нащупал деревянную трость от зонта.
«Отдохну», — разрешил он себе, тяжело дыша и вглядываясь в темноту.
Он уже стоял у двери в комнату Джози, как вдруг зазвонил внутренний телефон.
Может, он просто звякнул?..
Чье-то дыхание в громкоговорителе. Треск. Дейв прислушался. Кто-то дышит?..
Вроде нет.
Кажется, да.
— Эй, кто здесь? — спросил он в трубку.
Никакого ответа. Только чье-то дыхание.
— Кто здесь? — спросил он снова.
Молчание было ему ответом.
Чертыхнувшись, он пошел дальше. Каждая ступенька скрипела под тяжестью его тела. Все. Лестница кончилась. Он неохотно отпустил перила.
На втором этаже даже темнее, чем на первом.
Но он приблизительно помнит, где комната Джози. Когда-то он навещал ее больную. Давно, когда они еще встречались.
Не обращая внимания на то, как скрипит пол, вошел в комнату. Светло. У окна на стуле аккуратной стопкой сложено выглаженное белье. Как странно. Два дня тому назад Джози жила. Жила здесь. И никогда здесь больше не появится.
Он подошел к старому дубовому столу в углу комнаты. Обеими руками принялся ворошить бумаги, лежащие на нем.
— Я только возьму сбои письма и сразу уйду, — сказал он вслух громко. Голос у него дрожал.
От сильного ветра хлопнуло окно.
«Ненавижу эти старые дома, — подумал Дейв. — Я ненавижу эту улицу со всеми ее старыми развалинами. И этот дождь, и этот ветер, и…»
— Боже, где они могут лежать, эти письма? — вырвалось у него.
Он швырнул в сторону кипу тетрадей.
Стопка бумаги. Бумага для черновиков. Какие-то записи на листочках.
Нет, нет. И снова нет.
Но должны же они где-то быть. Обязаны.
Пот заливал ему глаза. Он перестал искать. Сглотнул.
Где они?
Не на парте.
Это ясно. Она бы не стала выставлять эти письма напоказ.
Скорее всего, она бросила их в ящик шкафа.
Он стал открывать ящик. С такой силой, что тот чуть не вывалился из шкафа.
«Успокойся. Успокойся». Он повторял эти слова снова и снова. Как заклинание. Бесполезно.
Где они? Где они?
Он переворошил уже весь ящик.
Нет, нет, не здесь.
Тогда где?
Где?
Он попытался задвинуть ящик обратно. Руки тряслись. Дыхание вырывалось из груди с тяжелым свистом.
Он опустился на колени, заглянул под кровать.
Ничего, кроме пыли.
Что это за звук на улице?..
Автомобиль?..
Хлопнула дверца?..
— Надо мотать отсюда, — пробормотал он. И сам не узнал свой голос.
— Скорее отсюда. «Я проиграл. Не смог найти их.
А сейчас кто-то приехал. Пора сматывать удочки. Быстро!»
Он вскочил на ноги и выбежал из комнаты, оставив дверь открытой. По коридору поспешил к лестнице. Но на полпути остановился как вкопанный.
Он закричал от ужаса и отчаяния.
Глава 19
Еще одно убийство
Еще одно убийство.
Красные брызги.
Пятна и лужи.
Это кровь.
Все кружится перед ним. Нечеловеческий крик вырывается из груди Дейва. От ужаса. От страха. Кричит он долго. Но красные лужи не исчезают.
Эхо возвращает ему крик.
Громыхание внизу.
Гром?..
Нет.
«Это топот», — думает Дейв.
Шаги на лестнице. Скрип ступенек. Все ближе. Ближе.
Двое полицейских на лестнице. Освещают себе дорогу фонарем. Щелкают выключателем. Дом точно взрывается ослепительным светом.
— Эй, ты!
Полицейские приближаются к Дейву. Один из них наводит на Дейва пистолет.
— Брось нож! — кричит он Дейву.
Дейв глядит на серебряный нож для разрезания писем, который он все еще крепко сжимает в руке. Кровь блестит на серебре.
— Брось нож, я тебе говорю! — рявкает полицейский.
Дейв склоняется над девочкой. Он глядит на ее узкую резаную рану, из которой так и хлещет кровь. Глядит на кровавые следы, которые оставляют его ботинки.