Разбой на Фонтанке
Шрифт:
– Выяснили личность погибшего?
– Сегодня утром в Мойке был обнаружен труп со стрелой в груди. При нем были эти визитки, – сказал Ларин, кладя на стол карточки. – Лопушанский Сергей Максимович. Работал юристом в фирме «Юста». Я поговорил с его сослуживцами, по их словам, Лопушанский вел широкий образ жизни, посещал дорогие рестораны и казино.
– Что показала экспертиза? – Петренко посмотрел на Калинина.
– Смерть наступила
– Что вы намерены предпринять?
– Считаю, надо продолжить поиск свидетелей, – сказал Волков.
– Мне удалось узнать в «Юсте» номер мобильного телефона Лопушанского, – произнес Ларин. – Во время налета среди прочих вещей преступники забрали у убитого трубку.
– Что это нам дает? – спросил Петренко.
– Если преступники пользуются трубкой Лопушанского, мы через телефонную компанию сможем выяснить набранные ими номера.
– Дельная мысль, – согласился подполковник. – Какие еще будут соображения?
– Пока никаких, – ответил Соловец. – Будем работать.
– Хорошо, работайте. Встретимся после выходных.
9
Вечером оперативники засиделись в кафе «Три медведя» на углу Семнадцатой линии и Большого проспекта. Это было демократичное заведение со щадящими ценами и нехитрым ассортиментом. Одну из стен украшала выполненная маслом иллюстрация к сказке «Маша и три медведя». Мохнатый мишка входил в избу, где на кровати спала девочка в красном платке и платье в горошек.
– Наше здоровье, – сказал Дукалис, когда другие тосты иссякли.
Подняв рюмки, милиционеры чокнулись.
– Мужики, – обратился к коллегам Волков, – может, этим летом дружно махнем куда-нибудь в отпуск?
– Куда? – спросил Ларин.
– Ну, скажем, в Крым.
– Почему в Крым?
– У меня там знакомые опера в Ялте. В прошлом году познакомился.
– Да, неплохо бы в Ялту махнуть, – согласился Ларин. – На солнышке погреться.
– Сначала с делами покончить надо, – возразил Соловец.
Дукалис с грустью посмотрел на опустевший графин.
– Может, пивком отполируем? – предложил старший лейтенант.
Оперативники переглянулись.
– Почему бы нет, – сказал Волков.
– Думаю, стоит, – кивнул Ларин.
– Вы пейте, а я воздержусь, – произнес Соловец.
– Почему, Георгич? – спросил Дукалис.
– Мне сегодня еще на дачу ехать. Юля ждет.
– Ну
Соловец с сомнением посмотрел на коллег.
– Ладно, давай по одной кружке, и все.
Дукалис жестом подозвал к столу официантку, девушку лет двадцати пяти, в брюках и обтягивавшей талию блузке. Подойдя к оперативникам, работница кафе открыла блокнот.
– Что-нибудь принести?
– Да, – ответил Дукалис. – Принесите, пожалуйста, четыре кружки пива.
– Темного или светлого?
– Светлого.
– И орешки, – сказал Ларин.
Несколько минут спустя перед оперативниками появились пиво и орешки.
– За твое дачное хозяйство, – произнес Ларин, глядя на Соловца.
– Спасибо. .
Милиционеры чокнулись кружками.
– Эх, хорошо, – отхлебнув пива, выдохнул Дукалис.
– Завидую тебе, Георгич, – сказал Волков.
– Чему ты завидуешь?
– Твоему подсобному хозяйству.
Соловец усмехнулся:
– Зря завидуешь, Слава.
– Приедешь сегодня на дачу, вдохнешь свежий воздух, расслабишься.
– С моей женой не очень-то расслабишься. Завтра с утра начнутся сельхозработы.
Соловец сделал большой глоток.
– Ничего, Георгич, – сказал товарищу Ларин. – На свежем воздухе полезно потрудиться.
– Мужики, – вдруг оживился майор. – Поехали со мной.
– Куда? – спросил Дукалис.
– Как куда? На дачу ко мне.
– Прямо сейчас?
– Ну а когда же еще!
Предложение было неожиданным.
– Я не могу, – сказал Волков, – У меня завтра свидание.
– Успеешь на свое свидание.
– Нет, мужики, в следующий раз.
– У твоей девушки телефон есть?
– Есть.
– Позвони, скажи, что задержишься.
Соловцу не хотелось ехать одному, майор понимал, что жена будет его пилить за то, что он явится на дачу подшофе. Оперативник рассчитывал спрятаться за спины товарищей.
– Поехали, мужики, я вас домашними грибочками угощу. С прошлого года остались.
– Ну если грибочками… – произнес Дукалис.
– Воздухом бы я подышал, – вздохнул Ларин.
Оставалось уговорить Волкова.
– Соглашайся, Слава, – сказал Соловец, – не разрушай компанию.
Волков посмотрел на товарищей:
– Если только до завтра.
– Нет проблем, завтра вечером уедешь, – улыбнулся майор.
Перспектива загородной прогулки вдохнула в компанию новые силы.