Разбуди меня

Рам Янка

— Ты стреляла!

— Из пальца что ли стреляла?! Дебил…

— Ведьма!! — с ненавистью. — Обыскать все! Все обыскать!! — рявкает он.

Ищите…

Глава 39 — Великая любовь и великие цели

Сидя в тачке Зольниковой, курим мои сигареты, распахнув двери.

— Самое забавное в этом, что ты не понимаешь масштабов пиздеца…

— А зачем это мне? Мне

неинтересно. Я свою частную задачу решаю. И я все понимаю, Яра. У вас великие цели… — морщусь с отвращением.

— И я все понимаю, Дим. У вас великая любовь! — закатывает она глаза.

Синхронно вздыхаем.

— Даже не проси. Я на службе.

— А я тебя ни о чем не прошу. Сам разъебу всех.

Психует, беззвучно матерясь.

— Как ноги?

— Так себе. Болевой синдром вернулся. Не такой сильный, но…

— Тебе бы отлежаться, Дим. Как бы опять в кресло не рухнул.

— Отлежаться?.. А кто за мою женщину заступится? Твоя контора точно нет.

— Утопия всё это, Танго.

— Что именно — великая любовь? А как же Иван твой? Нет, у вас "великой"?

— Не про любовь я. А про то как вытащить подружку твою.

— Думаешь об этом на досуге? — скашиваю на нее взгляд.

— Иди к черту… Нет у меня таких полномочий. Она все подписала. Она его жена. Там, рядом с ребенком, ей комфортнее, поверь, чем срок досиживать. С нее много не просят. Осведомитель, не более. Там таких порядков игра… В которую я не вхожа. И она только-только начинается. А я просто следователь по ее делу. Ты не понимаешь что ли?

— Яр… Ну подсадите другого осведомителя. Отъебитесь от Сударской.

Молчит.

— Не твоя компетенция?

— Нет.

— Как Ярик с Ванькой?

— Иван в деревню их возил… Прыгнули с сарая в стог. Ярик промазал. Лечим вывих.

— А моя тоже прыгнула. Правда в бассейн с карниза второго этажа. Чуть не поседел…

— В смысле? — с недоумением разворачивается. — Какая ещё "твоя"? У тебя что — дочь?!

— Ага.

— Да ну? А чего молчал?

Пожимаю плечами.

— Только документы оформили на отцовство. Был прочерк в графе…

— Ну, покажи… — растаяв, улыбается Диляра.

Включаю на телефоне фото. Отдаю ей.

— Ой какая необычная!.. Ха… В маму, наверное?

— Да.

— Подожди… — начинает стекать улыбка с ее лица. — Ты чё, Литвин?.. Это же дочь Сударской и Эльдара. Да?! Какие ещё нахуй документы ты оформил?!

— Это — моя. Мо-я.

Веду пальцами по экрану, показывая фотки документов, где заявление подано на Тико Дмитриевну Литвину.

Лицо Яры обескураженно вытягивается.

Устало изображает фейспалм.

— Я тебя посажу, дурака…

Достает ещё одну сигарету.

— В изолятор.

—

Ты не куришь, — забираю у нее, засовываю себе обратно в пачку.

— С вами закуришь. Он же тебя убьет, если узнает.

— Или я его, — закидываю подушечку мятной жвачки в рот. — На кого ставишь?

— Ты дурак? Ты кому это сейчас говоришь? Майору службы безопасности?

— Жене друга… Ладно, я за дочерью. Небезопасно там. Стреляют… Привезу с Ивановичами скоро знакомить. Пустишь?

Медленно хлопает глазами, пялясь в лобовое.

Выхожу из машины. Сажусь в свою.

— Литвин! — выскакивает следом.

Наклоняется к открытому окну.

— Береги себя. Забирай девочку и исчезни.

— Мне двоих надо, Яр. Они не делятся.

— Тогда… — мнется, кусая губы.

— Тогда? Ну давай, Яра. Сыграй против системы за людей. Я знаю, что ты умеешь.

— Засвеченный шпион бесполезен. Но он ее отдаст Шаповалу, как только узнает. Не сомневайся. Или придушит… Что вероятнее.

— Или я его.

— Сядешь ведь, дурень!

— Лучше я, чем она.

Срываю тачку с места, оставляя Зольникову позади.

— Стой!..

Ворота открыты. На коммерческой Скорой забирают Шаповала с перемотанным красным лицом. Один глаз спрятан под бинтами.

Татико на грани истерики. Лупит в грудь кулаками, хватающего ее за руки Эльдара.

— …Зачем им ребенок! Меня контролировать?! Так отдай им ствол, на котором мои отпечатки, слышишь?! Отдай! Какие ещё нужны им гарантии!

— Мы все решим. Успокойся! — рявкает, слегка припечатывая ей по щеке. — Тико ничего не угрожает. Тихо… — рычит ей в лицо.

— Эльдар Валерьевич, — подходит охранник. — Ни одного снаряда. Даже намёка.

— Ищите!! Магией, блядь, что ли стреляли?! Должны быть.

Поднимаю с земли растоптанного Беляшика.

Эльдар идёт к носилкам к Скорой. Лицо разбито, губы синие.

— Дима! — беззвучно и отчаянно шевелит губами Татико.

Моргаю ей, качнув головой. Не волнуйся, родная. Сейчас разберемся.

— Завтра сам ребенка привезёшь, — стонет тихо Шаповал Эльдару.

— У меня другое предложение. Более рациональное.

— Привезёшь, обсудим. И готовься к переезду. А бабу свою дурную здесь оставишь.

— Вы мне обещали…

— Проблем от нее много.

— Я их решу.

Двери Скорой закрываются.

Эльдар требует машину с бронебойными стеклами.

— Я сейчас к лицевому хирургу, — прижимает салфетку к лицу. — Найти Тико и всех в цоколь. У нас военное положение!

Охрана в бронежилетах. Оружие в боевом. Натягивают маскирующий тент над площадкой от дома до ворот.

— Что происходит?