Шрифт:
Различая цвета
Узенькая ладошка девушки, сидящей на палубе несущегося к берегу судна, ловко играла двадцатисантиметровым металлическим костылём неделю назад выковырянным Мартой из корпуса корабля. Не нож конечно, но сойдёт. Тем более, что свою эффективность он уже доказал.
Матросы «Матильды фон Шлезвиг» старались не подходить близко к полоумной пассажирке тем временем напевавшей
Лед – застылая водица,
Глаз печальных окоем.
Снова иней на ресницах,
Снова сердце подо льдом…
Где-то льются водопады
В потаенной глубине…
А за боль твою наградой
Лишь забвение во сне.
– Наконец-то, Дождливый город! – вскричал капитан Блум надвигая на лоб треуголку. – Полоумная ты обещала убраться восвояси! Ради бога сдержи своё обещание!
Слова его были обращены к описанной выше девушке в серой потёртой блузе, коротких матросских штанах, перепоясанных верёвкой, и мягкой обуви похожей на тапки, которые она сама себе смастерила накануне.
Тряхнув спадавшими на лицо тёмными волосами, девушка взглянула на приближающуюся пристань и согласно кивнув поднялась на ноги.
Морские волки словно по команде разошлись в разные стороны пропуская идущую по кораблю Марту, а та, проходя мимо мачты наклонилась и ловко подхватила кусок мыла у одного из драивших палубу моряков. Тот даже слова не сказал. Пусть берёт всё что хочет и убирается к дьяволу.
Когда девушка легко ступая преодолела мостик, капитан Блум не сдержавшись, сорвавшись на истерику, закричал:
– Поднимите мост! Поднимите немедленно!!!
Замершие на пристани таможенники с удивлением уставились на причалившее судно и её сумасшедшую команду, а Марта только загадочно улыбнулась и двинулась вдоль набережной под мелкими каплями моросящего дождя в сторону впадавшей в океан Старухи Мёрт.
– Вот уж правда говорят женщина на корабле к беде, – произнёс циммерский капитан, облегчённо вздохнув и смахнув тыльной стороной ладони пот со лба.
* * *
Сбросив с себя одежду и оставшись абсолютно голой, Марта зашла в воду под изумлёнными взглядами парочки рыбаков оседлавших огромный камень торчащий из реки. Мужчины так и замерли с открытыми ртами и удочками, никак не реагируя на подёргивающиеся в воде поплавки.
Девушка,
Тем временем позади на дороге раздался стук копыт. Парочка лошадок несла по набережной крытый экипаж, понукаемый здоровенным кучером с кулаками-ядрами, во рту, которого блестел золотой зуб.
Даже не оборачиваясь Марта краем глаза увидела гнилостно-оранжевую ауру хозяйки экипажа. Такой она никогда ещё не видела.
– Отто, останови экипаж! – раздался пронзительный привыкший повелевать голос и лошади всхрапнув вонзили копыта в землю.
Фрау Гельштальт с интересом разглядывала бесцеремонную девицу, бросившую вещи на берегу и бесстыдно растиравшую себя песком и куском дрянного дегтярного мыла. Небольшие, но острые сисечки с торчащими от холода сосками, длинные крепкие ноги, смазливая мордашка, изящные чуть резковатые движения … слишком жилистая, но ничего и на такую клиент найдётся. Между грудок болтался кусочек жёлтого янтаря на засаленной верёвочке гармонировавший с зелёно-жёлтыми глазами чертовки.
– Хы! Девка справная! – спрыгнув с запяток Гайл почесал себя волосатой ручищей в промежности.
– Рот закрой и держи своё хозяйство в штанах! – резко оборвала телохранителя хозяйка борделя оглядываясь по сторонам.
Приоткрыв дверь экипажа, она высунулась наружу.
– Милочка! Не могла бы ты подойти ко мне?
«Гнилостно-оранжевый с белыми вкраплениями», – обернувшись на голос подумала Марта намыливая левую подмышку. Словно на последней стадии гангрены. Хм, очень интересно.
Бросив кусок мыла, она величественно двинулась в сторону экипажа и выглядывающей из него женщины с пронзительными карими глазами и высокой причёской. Движения девушки были плавными, и вода будто им вовсе и не мешала. Подпрыгивающая при ходьбе грудь заставила одного из рыбаков поскользнулся и полететь в воду.
Хыыы! – снова не сдержался плешивый Гайл брызнув слюнями, но поймав взгляд хозяйки тут же испарился. Шутки с ней были плохи.
Кустик тёмных волос на лобке девчушки заставил хозяйку борделя скривиться.
– Ты не хотела бы поработать у меня? – без обиняков бросила она, расправив складки кримпленового платья на коленях (дорогого, но без излишних украшений).
Конец ознакомительного фрагмента.