Разлюби меня...
Шрифт:
— Попьешь? — теплый мужской голос и сильные руки, которые слегка приподняли, чтобы cмогла напиться.
— Чертов тигр! — простонала я, вспомнив все.
— Ага! — улыбнулся Серый, — понравился?
— Нееет, — мотнула головой и снова застонала.
Уж лучше не делать резких движений.
— Что с моей девочкой? — я не смогла определиться нравится она мне или нет, и все-таки попыталась найти ее в своей душе, но волчица не отзывалась.
— Спит твоя девочка! Умаялась так носиться, — покровительственная усмешка слышалась в голосе
— Серый, — позвала тихо-тихо, — а тебе тоже так плохо было, как и мне.
— Не, я ж пацан был, готовился. Да и зверя в первые же три часа подчинил.
— А я не подчинила? — кто его знает, как этих зверей подчинять, может уже и подчинила, просто не чувствую.
— Ты — нет, скорее она тебя, — Серый подоткнул подо мной одеяло, как заботливый папочка.
— И что теперь делать?
— А теперь спать!
И я поняла, что действительно хочу безумно спать. Так хочу, что глаза открыть не могу и уже начинаю видеть какой-то сон, поэтому успела только прошептать:
— Серый, ты только не уходи, посиди со мной, вдруг я пить захочу.
— Посижу, не переживай, — улыбнулся мой тигр, но этого я уже не слышала, проваливаясь в глубокий сон без сновидений.
Второй раз проснулась далеко за полночь. Серого в комнате не было, и я расстроилась. Обещал же не оставлять меня одну! Боль вроде спала, но в душе тянуло такой пустотой, что черная тоска навалилась с новой силой. Жить не хотелось, хотелось повыть и умереть.
Повыла, получилось как-то невразумительно и слабо. Пустота никуда не делась, только наполнилась серостью и мерзостью ощущений.
Пришлось вставать и идти искать свет во мгле. Обратилась к магии огня, но тоска поглотила и ее, попыталась развеять ветром, но куски серости снова сливались в одну непроходимую боль, попробовала залезть под душ, водой смывая ощущения, пытаясь найти поток и погрузиться в него с головой — и тишина.
Вышла в коридор, в поисках той души, которая хоть как-то облегчит непрекращающуюся тоску и вдруг…Запах…мелькнул и пропал…Запах, который заставил мою волчицу шевельнуться и поднять уши. Запах, который наполнял пустоту радугой. И шел он из комнаты сына Ланы и Марка.
Подошла к двери, постояла минутку, раздумывая, что же там такое может быть, что тянет со страшной силой. А запах манил, требовал зайти, уткнуться в его источник и дышать, дышать, дышать, оживая, возвращая себе краски жизни.
Я больше ни минуты не задумалась. Избавиться от тоски, заставить свою волчицу чувствовать, вернуть ее к жизни. Зашла в комнату, огляделась по сторонам. Яркий лунный свет проникал сквозь не зашторенное окно.
Итак, что мне здесь надо. Подошла к книжной полке, проведя пальчиками по корешкам книг. Посидела за столом, прислушиваясь к себе. Подошла к широкой кровати, застеленной так ровно, что нарушать идеальность поверхности не хотелось.
Сквозь запах свежестиранного белья, прорывался еле уловимый запах хвои, морозной свежести и свободы. Именно здесь запах
Откинула покрывало, забралась в кровать, залезла под одеяло с головой, сворачиваясь в клубочек, наконец-то обретая покой. Буду жить здесь, наплевать на законы гостеприимства. Закрыла глаза и поняла, что счастлива. Счастлива как никогда, наполненная мыслями, чувствами, красками. Заснула со спокойной душой и улыбкой на губах.
Проснулась уже к обеду, бодрой, веселой, собой! Тихий шёпот заставил сделать вид, что все еще сплю, хотя лежать под одеялом было душно и жарко.
— Как думаешь, что она делает в комнате Стаса? — голос звучал глухо и слова было плохо разобрать, это злило.
— Ночью пришла, на запах, думаю, — Лана говорила спокойно и чуть громче.
— Ну да, сейчас все ее чувства обострены, волчица чувствует сильного волка!
— Скорее всего, — сомневалась Лана, — хотя у нас поблизости много сильных волков!
— Этот был ближе всего! Запах Стаса привлекает волчицу, успокаивая зверя. Не думаю, что теперь волчице будет интересен кто-то еще.
— С одной стороны, это хорошо, — рассуждала Лана, — ты ведь знаешь, Серый, как только пойдет слух, как только волки почувствуют в ней сильную волчицу, здесь такое начнется! Нам всем мало не покажется! Да молодые волки будут уничтожать друг друга за сильную самку, и неважно, кто привлекает волчицу, кто нет. В конце концов, ей придется самой отстаивать свою свободу, и все равно в каждую минуту, в каждый миг, волки буду хотеть поставить на ней свою метку. А она так беззащитна сейчас, так слаба…
— Я на время могу забрать ее к отцу в гарнизон, — засомневался Серый, — тиграм не интересна волчица. Да и волков на службе сейчас не очень много.
— Действительно ли тиграм не интересна волчица? — заулыбалась Лана. — Что же ты просидел всю ночь возле кровати этой сумасбродной девчонки? Зачем первым мчался на поиски? Как смог вернуть ее в клан?
— Я не в счет, — тяжело вздохнул оборотень.
— Серый, — Лана аккуратно погладила рукав куртки. — ее волчица сделала свой выбор. Тебе не на что надеяться. Все правильно! У этой воличце должен быть сильный волк. Тебе не справится, даже, если ты очень захочешь!
— Лана, — Серый дернулся, как будто его ударили, — дай мне шанс. Стаса не будет долго, вдруг не все еще потеряно.
Все, я уже не могла больше лежать под одеялом:
— Это моя комната, я здесь буду жить! — завопила, откидывая одеяло.
Серый притворно вздрогнул, а Лана рассмеялась.
— Страшилка, — захохотал Серый, — если бы увидел прекрасный принц, он бы точно сбежал.
Подумаешь! Я тут же обиделась! Вообще-то я кажется болела или не болела? Снова забралась под одеяло, утыкаясь в подушку. Ууууу, вкусно как пахнет! Успокаивает!