Разные миры
Шрифт:
– Мистер Сальваторе, - возмущенно проговорил Шейн и поспешил к студентам, которые, казалось, хотели убить друг друга взглядом.
– Отпусти меня, - попытавшись выдернуть свои руки из его, проговорила Елена.
– Послушай меня, Гилберт, ты больше никогда не ударишь меня, - медленно и почти спокойно проговорил Сальваторе. Почти. Но ведь Гилберт знала, что сейчас твориться в его душе. Видела это по его глазам, которые одновременно были ужасно ледяными и горели ярким огнем. Поэтому не стала ничего отвечать, лишь еще раз дернулась все телом, и, к своему удивлению, почувствовала, что Деймон ее отпускает и делает шаг
– Что Вы себе позволяете? – к ним наконец-то подбежал профессор Шейн.
– Все в порядке, - зачем-то произнес Сальваторе, делая еще несколько шагов назад.
– Нет, не в порядке. Вы позволяете устраивать конфликт в разгар репетиции, отнимаете мое время и время остальных студентов, да и к тому же так неуважительно относитесь к друг другу, - строго проговорил мужчина, переводя взгляд с Елены на Деймона, - Не желаю больше видеть Вас здесь.
Елена, бросив ненавистный взгляд на Сальваторе, выбежала из зала. Чувства внутри нее бушевали. Как она могла начать думать, что он не такой уж противный? А ведь в последнее время, когда их общение переросло во что-то странное, именно такие мысли стали посещать девушку. Но сейчас она всеми тайными уголками своей души понимала, какой это ужасный, мерзкий и отвратительный человек.
И дело было даже не в том, что он сказал, а в том, как он это сделал. Как он посмел пускать в ее сторону такие гадкие намеки, да и к тому же, какое право он имеет прикасаться к ней?
– Знаешь что, - девушка резко обернулась, когда дверь зала открылась и в коридоре появился Сальваторе, - Я ненавижу тебя.
– Взаимно, Гилберт, - проговорил парень, и в каждой нотке его голоса, в каждом движении читалось раздражение.
Они оба уже устали от этой войны. Ненависть ненавистью, но постоянно портить друг другу жизнь уже надоело. Да и смысла в этом они больше не видели. Если раньше они что-то пытались доказать друг другу, то сейчас все аргументы закончились. И стало просто все равно. В душе осталось лишь тихое чувство презрения, которое не хотелось выплескивать друг на друга. С ним просто нужно было жить, не стараясь задеть, уколоть, обидеть. Это все для заклятых врагов, а они друг другу были просто никем.
И, наверное, это был конец.
========== 1.5. Рождество. ==========
Рождественское утро принесло с собой ощущение покоя и легкости. Елена, закутавшись в мягкое одеяло, не спешила выбраться из кровати, хотя прекрасно понимала, что внизу стоит украшенная елка, под которой спрятаны подарки. И, наверное, Джереми с Кэролайн уже ищут там свои. Но Елена совсем не понимала сестру. Ладно, Джер, который еще с прошлого Рождества ждал сладких подарков от Санты-Клауса, но Кэр вроде была уже взрослой девочкой. Тогда почему она до сих пор верила в эту сказке? И почему Елена не могла также?
– Ты спишь? – дверь ее комнаты тихонько открылась и к ней подошла Кэролайн, садясь на край кровати. Девушка в ответ пролепетала что-то невнятное и попыталась спрятаться под одеяло с головой, но была нагло прервана сестрой, которая одним движением сбросила его с кровати.
– Ты меня совсем не любишь? – пробубнила себе под нос Елена и свернулась калачиком, обхватывая себя руками.
– Люблю, конечно, - чуть возмущенно проговорила девочка, - Но там внизу куча подарков, и мы с Джером хотим открывать их.
– Ну так открывайте.
– Без тебя? – удивилась Кэролайн,
Девушка открыла глаза и посмотрела на сестру, во взгляде которой читались обида и непонимание. Она ласково улыбнулась ей и села на кровати, окончательно прогоняя сон.
Ну вот как можно отказать Кэр, когда она смотрит на тебя такими глазами?
– Надеюсь, Джер еще не испачкал все наши подарки шоколадом? – вызывая на лице сестры счастливую улыбку, спросила Елена.
– Когда я уходила к тебе, он открывал свой сладкий набор, так что думаю, нам надо поспешить, - девочка спрыгнула с кровати и поспешила к выходу, но на пороге резко остановилась, проверяя, идет ли сестра за ней. Это была так неожиданно, что Елена врезалась в нее, на секунду потеряв равновесие.
– Ты чего? – обеспокоенно спросила она.
– Пожалуйста, не взрослей, - попросила Кэролайн и тут же выбежала из комнаты, спеша к младшему брату.
Ну и как ей следует это понимать? Как она может прекратить естественный процесс взросления? Не может же она всегда оставаться маленькой девочкой, которая все свои секреты рассказывает сестренке. Когда-нибудь это должно было произойти. Но, возможно, Кэр права. Может быть, сейчас еще рано?
С этими мыслями Елена сбежала по лестнице в гостиную, где стояла высокая украшенная ель, а под ней расположилась гора подарков. Рядом на мягком ковре сидели Джер и Кэролайн. Причем мальчик рассыпал вокруг себя все конфеты и сейчас раскладывал их на две кучи: любимые и нелюбимые. А сестра пыталась достать коробку, упакованную в розовую бумагу, которая точно принадлежала ей. Елена с улыбкой на лице села рядом с ними и взяла первый попавшийся подарок, рассматривая на нем свое имя.
Спустя примерно полчаса, когда все подарки были распакованы, к детям спустились Миранда и Грейсон. Кэр первая заметила их и с радостным возгласом кинулась к ним, обнимая и благодаря. Следом за сестрой к ним побежал Джереми, попутно хватая свои новые игрушки и показывая их маме и папе.
– Елена, - позвала Кэролайн сестру, которая сосредоточенно перебирала струны подаренной ей гитары, не замечая возникшего переполоха.
– Что? – девушка резко подняла голову и встретилась взглядами со смеющимися родителями, - Я вас не заметила.
– Мы уже поняли, - усмехнулась Миранда, подходя к дочери и целуя ее в макушку.
– Спасибо за подарки, - улыбнулась она, снизу вверх смотря на маму.
– А им за что?
– тут же возмутился Джереми, сидящий на руках у отца, - Это же Санта Клаус принес их.
– Конечно, Санта, - согласился с ним Грейсон и быстро перевел тему, пока сын не устроил допрос, - Кто поможет приготовить мои фирменные блинчики?
– Я, - подала голос Кэролайн, которой с раннего детства нравилось наблюдать, как мама и папа готовят, а потом она и сама начала принимать участие в этом процессе, почти все свободное время проводя на кухне. Сейчас девочка уже умела готовить многие блюда в отличие от сестры, которая с трудом могла бы пожарить себе яичницу.