Разоблачение

Крайтон Майкл

– Благодарю вас, что нашли для меня время, – сказал Дейли, ощупывая свою лысину. Очень высокий и тощий, сидя, он казался еще выше – сплошные локти и колени. – Я бы хотел задать вам несколько вопросов… э-э-э… не для протокола.

– Прошу вас, – ответил Сандерс.

– Это касается Мередит Джонсон, – извиняющимся голосом начал Дейли, – и, если вы не имеете ничего против, я хотел бы, чтобы этот разговор остался между нами.

– Конечно, – согласился Сандерс.

– Насколько я знаю, вы вплотную занялись работами по вводу мощностей в Ирландии и Малайзии. А в компании возникали некоторые дискуссии

насчет методов руководства тамошними заводами.

– Ну, – пожал плечами Сандерс, – мы с Филом Блэкберном не всегда понимали друг друга с полуслова.

– Что, на мой взгляд, говорит о наличии у вас здравого смысла, – суховато сказал Дейли. – Но я пришел к выводу, что в этих спорах вы выступали как специалист в технике, тогда как другие руководствовались, скажем так, иными соображениями. Верно ли это?

– Да, я бы с этим согласился. – «Куда это он гнет?» – мелькнуло в голове Сандерса.

– И вот в какой связи я бы хотел выслушать ваши соображения. Боб Гарвин только что назначил мисс Джонсон на весьма значительную должность, и многие в «Конли-Уайт» это приветствуют. Разумеется, было бы опрометчиво предполагать заранее, как она справится со своими обязанностями. Но, с другой стороны, я нарушу свой долг, если не предприму шагов, чтобы получить информацию о том, как мисс Джонсон работала до своего нового назначения. Вы улавливаете мою мысль?

– Не совсем, – ответил Сандерс.

– Я хотел бы знать, – объяснил Дейли, – ваше мнение о той части выступления мисс Джонсон, где она касается производственных проблем. Особенно о ее участии в деятельности «ДиджиКом» в других странах.

Сандерс нахмурился, раздумывая.

– Я не могу сказать точно, насколько глубоко она занималась вопросами связей с зарубежными филиалами, – наконец сказал он. – Пару лет назад у нас прошла рабочая дискуссия в Корке. Она была в команде, готовившей проект соглашения. Она проталкивала в Вашингтоне проект о ценах на новые мониторы с плоским экраном, а еще, насколько я знаю, она руководила группой «One Revew» в Купертино, которая утвердила проект нового завода в Куала-Лумпуре.

– Совершенно верно.

– Вот, пожалуй, и все, что я знаю о ее работе.

– Угу. Тогда, возможно, меня неверно информировали, – сказал Дейли, тщетно пытаясь удобно устроиться на стуле.

– А что вам рассказывали?

– Не вдаваясь в детали, могу сказать, что вопрос о ее компетентности уже поднимался.

– Понятно, – сказал Сандерс. Интересно, кто информировал Дейли о Мередит? Конечно, не Гарвин и не Блэкберн. Может быть, Каплан. Наверняка сказать невозможно. Но Дейли скорей всего говорил с кем-то из высокопоставленных чиновников.

– Вот мне и стало интересно, – продолжал Дейли, – что думаете вы о ее технической квалификации. Это, разумеется, останется между нами.

В эту секунду компьютер Сандерса трижды пискнул, а на экране высветилась надпись:

ОДНА МИНУТА ДО ПРЯМОЙ

ВИДЕОСВЯЗИ: DC/S-DC/M

ОТ: А. КАН

КОМУ: Т. САНДЕРС

– Что-нибудь случилось? – поинтересовался Дейли.

– Нет, – ответил Сандерс. – Похоже,

что меня вызывают по видеосвязи из Малайзии.

– Тогда я буду краток, – заторопился Дейли. – С вашего позволения поставлю вопрос ребром: есть ли у сотрудников вашего отдела сомнения в квалификации Мередит Джонсон?

– Она новый начальник, – пожал плечами Сандерс. – Вы уже знаете наши нравы – новое начальство всегда вызывает сомнения.

– А вы большой дипломат. Я имел в виду сомнения в ее опытности. Она ведь относительно молода. Переезд на новое место жительства, отрыв от старых корней. Новые лица, новые сотрудники, новые сложности. И ведь здесь она уже не будет работать прямо, извините, под крылышком Боба Гарвина.

– Не знаю, что и сказать, – проговорил Сандерс. – Поживем – увидим.

– Кажется, у вас уже были в прошлом неприятности с руководителем, не имевшим технического опыта… звали его… э-э-э… «Крикун» Фрилинг?

– Да. Он не прижился здесь.

– А нет ли подобных опасений насчет Джонсон?

– Я слыхал, что такие предположения высказывались, – осторожно сказал Сандерс.

– А ее финансовые планы? Все эти дорогостоящие, проекты? Они вас не настораживают, нет?

«Что еще за дорогостоящие проекты?» – подумал Сандерс.

Компьютер снова запищал:

30 СЕКУНД ДО ПРЯМОЙ ВИДЕОСВЯЗИ:

DC/S-DC/M

– Опять ваша машинка заработала, – прокомментировал Дейли и встал со стула, переставляя руки и ноги, как кузнечик. – Не буду вас более отвлекать. Спасибо, что нашли для меня время, мистер Сандерс.

– Не за что.

Они пожали друг другу руки. Дейли повернулся и вышел из кабинета. Компьютер Сандерса пропищал еще три раза с короткими промежутками между сигналами:

15 СЕКУНД ДО ПРЯМОЙ ВИДЕОСВЯЗИ:

DC/S-DC/M

Сандерс сел перед монитором и повернул настольную лампу так, чтобы свет падал на его лицо. Цифры на компьютере отщелкивали секунды в обратном порядке. Сандерс бросил взгляд на часы: было пять часов, стало быть, Малайзии восемь часов утра. Артур, наверное, звонил с завода.

В центре экрана появился маленький прямоугольник и начал увеличиваться шажками через равные промежутки времени. Когда прямоугольник занял экран, Сандерс увидел лицо Артура, а за ним – ярко освещенный сборочный конвейер. Новенькая, с иголочки, линия была образцом современного производства: чистая и тихая; работающие по обе стороны зеленой конвейерной ленты одеты в обычное платье. Возле каждого рабочего места – ряд люминесцентных ламп, свет которых частично падал на камеру.

Кан прокашлялся и потер подбородок.

– Привет, Том. Как ты там?

Когда он говорил, изображение слегка подрагивало. Голос не совсем совпадал с изображением, поскольку при передаче через спутник видеосигнал отставал, в то время как голос передавался без запаздывания. В первые секунды разговора это всегда смущало собеседников, придавая диалогу ощущение нереальности. Как будто разговор шел под водой. Но это ощущение быстро проходило.

– У меня все отлично, Артур, – ответил Сандерс.