Разрушитель
Шрифт:
– Где кирена Валия? – спросил герцог у Эвелин, перегнувшись через Зиру и незаметно поглаживая ее по круглому животику.
– Ей нездоровится, – тихо ответила маркиза.
– Лекаря послали?
– Тетушка сказала, что не надо.
– Берт! – окликнул Алан слугу, стоявшего возле Дарена, разговоры моментально стихли,и все повернули головы в сторону герцога. – Пошли к кирене Валии лекаря.
– А что случилось? –
– Тетушке нездоровится, – громко повторила Эвелин. – Но ничего страшного.
Дверь распахнулась, и в столовую вошли Райка и Светика в белоснежных передниках и таких же белых косынках. Они несли огромный поднос, на котором возвышался... торт? Да, Виктория не ошиблась – настоящий торт! Украшенный ягодами!
– С днем Тарании Воительницы, кир Алан!
Под восторженные возгласы женщины водрузили поднос на стол.
– Обалдеть! – только и смог произнести Алан. – Райка, дай я тебя расцелую!
– Наливайте вино в кубки! – вскочил на ноги Иверт, весело сверкая глазами. – За моего вождя, за его сыновей и за его женщину!
– За того, кто сумел собрать под своей рукой таких разных людей! – поднялся Учитель, что было для Виктории полной неожиданностью.
– За моего мудрого воспитанника! – пробасил Рэй, взмахнув кубком.
– За моего таинственного соперника, – улыбнулся Алвис.
– За моего мужчину, – шепнула Зира и так лукаво улыбнулась, что у Алана стало тяжело в животе.
– За красавчика Алана! – задорно выкрикнула Мая и тут же получила полный негодования взгляд отца.
«Черт! А ведь приятно!»- подумала Виктория, поднимая кубок.
Разошлись, лишь когда Зира начала засыпать на плече у Алана. Он подхватил ее на руки и отнес в спальню, нежно поцеловав на прощание и оставив на попечение амазонкам, а сам прошел в кабинет, где его ждали друзья.
– Оська, позови наших милых дам и Леонардо, – приняв от Рэя кубок с вином, распорядился Алан, садясь к огню.
Служанка помогла ему переобуться в меховые «чуни» и, спросив, не желает ли хозяин еще чего-либо, тихо удалилась.
– Как же хорошо! Не люблю я эти торжественные ужины, – пожаловался герцог Рэю.
– Строго у вас здесь, – кивнул капитан. – Да что поделать, терпите, кир Алан.
– Терплю. Но так хочется все бросить да уйти морем домой. В Кровь.
– Я тоже скучаю по нашим горам, – медленно произнес Иверт. – Время снега и холодов – печальная пора. Когда мне становится тоскливо, я поднимаюсь на дозорную башню и пою луне песню одинокого тау. И только черное небо, белая пустошь и холодный ветер подпевают мне.
Дарен, приоткрыв рот, слушал горца, Берт прикусывал губу, чтобы не
– А я всю крепость перевернул в поисках одичавшего животного! Думал, из зверинца кира Маргана сбежал какой загрыз да воет ночами, да так жалобно и с таким надрывом, что хотелось пристрелить зверя, чтоб не мучился!
Иверт покосился на барона Семуха и хрюкнул, но затем не удержался и громко рассмеялся.
– Очень смешно было наблюдать за твоими людьми, когда они вилами протыкали сугробы в поисках зверя, – с хохотом сообщил он.
Барон только головой досадливо покачал.
Распахнулась дверь, и в комнату влетел Леонардо, подталкиваемый Оськой, а следом Хват внес большой поднос, груженный всякой снедью. Из-за его плеча выглядывала пунцовая Светика.
– Мы же только из-за стола! – воскликнул Турен.
– Видела я, как вы там ели, – сварливо произнесла Райка, входя следом. – В Крови рабы больше едят, чем у вас здесь господа. Да и Неженка голодный небося, – она тепло улыбнулась парню. – Кир Алан, это же пирожки ваши любимые, с ягодой.
– Где ты ягоду зимой взяла? – Алан все же не удержался и утащил пару пирожков. За ним следом и остальные потянулись к столу.
– Так мороженая, ясно дело, – Райка степенно села возле Рэя. – Кир Алан, я вот хотела у вас спросить, – герцог кивнул. – К какому делу вы нас со Светикой приставите?
– Я хочу, чтобы ты готовила для моей семьи. Возьмешься?
– Возьмусь, чего бы не взяться, – с видимым облегчением ответила стряпуха. – Это вы верно придумали, чтоб для вас отдельно. А то... – она махнула рукой. – Да не хотелось мне ссориться с местными в первый же день.
– Ничего себе не хотелось! – беззлобно буркнул Горий Семух. – А кто на кухне войну устроил?
– Так где это видано, чтобы травы не запаривали, а варили! Такое только свинякам вылить, а не на стол вождю ставить!– возмущенно воскликнула Светика, грозно уперев руки в бока. – Да наша ворожея этот кипяток на голову вылила бы бабе дурной! А еще главная стряпуха! Кир Алан, а мне что делать? – тут же с ласковой улыбкой повернулась она к герцогу. – Ну, пока вы мне жениха не сыщете…
Турен, хихикнув, толкнул Дарена в бок, и, склонившись к его уху, зашептал, косясь на Хвата, который глаз со Светики не сводил.
– Ох, горяча девка, – одобрительно рассматривая Светику, причмокнул барон. Девушка под его взглядом залилась румянцем и спряталась за спину Иверта. – Может, мне жениться?
– Пятый будешь, – солидно произнес Оська, делая вид, что достает из-за пазухи бумагу и записывает.
– А кто впереди? – добродушно пророкотал Рэй, приобнимая Райку, за что тут же получил по рукам.