Разрушитель
Шрифт:
— Я его нашла! — Мая широко улыбнулась. — Я нашла… как ты обычно говоришь? Маньяка? Ту гадину, который убивал детей!
— Точно его? — Алан прищурился, внимательно глядя Мае в глаза. Красивая она все же, встреть Виктория ее на Земле, точно бы решила, что девушка – француженка.
Мая моментально стала серьезной.
— Он. Мы взяли его, когда он девочку резал. Жаль, опоздали. — Она сжала кулаки. — Ты ведь простишь меня, Алан? Не сдержала своих парней, порезали суку до смерти.
—
Алан махнул рукой, у них с Маей сложились вполне неформальные отношения, да и сложно выкать человеку с которым ты провел незабываемую ночь, от воспоминаний о которой губы сами расползались в улыбке и начинал чесаться шрам от гвоздя.
— Не ругайся, на людях она соблюдает этикет, а наедине можно и расслабиться.
— Вы ее испортите, — недовольно буркнул Мэтью.
— Значит, ты согласна возглавить полицейскую службу?
— Не она, а мой воспитанник Мэт, — без улыбки сообщил Гарднер. — И под моим присмотром.
— Доклад должен быть у меня на столе к утру, — коротко бросил Алан, заметив, что к ним направляется брат Чех.
— Кир Алан, займите свое место, и начнем, — издали начал ксен. — Станьте рядом с женихами, коль вы решили все свадьбы провести одновременно, — с упреком закончил он и, развернувшись, направился к возвышению.
Вот тут бы Алану и задуматься, насторожиться, ведь что-то в речи ксена ему не понравилось, и что-то явно было упущено. Но подумать времени не осталось. Заиграла музыка, и брат Ли запел высоким хорошо поставленным голосом.
Дверь распахнулась, и Алан про себя взвыл, поняв, в чем был подвох. По проходу шел счастливый Турен, причесанный и умытый, в черной парадной форме с церемониальным мечом на боку, он вел под руку Валию. Следом шли Иверт и Зира. Горянка сияла мягкой улыбкой и была так красива в своей природной яркой красе, что у Алана потяжелело в животе. Белокурая Валия в бледно-голубом терялась на ее фоне. Зима и лето.
Боги! За что мне это наказание?
Иверт провел Зиру к стоящим сбоку креслам, помог сесть и укутал большим пуховым платком, который до этого висел у него на плече. Валия встала рядом с Аланом, он нашел её холодную, чуть подрагивающую руку и сжал в ладони.
— Надеюсь, вы не возражаете?
— Нет, — улыбнулась женщина.
— Не нервничаем, все идет по плану, — шепнул сам себе Алан и услышал, как прыснула в кулачок Зира.
Кто бы ему дал валерьянки. Литра три… Хотя бокал коньяка тоже сошел бы. Ну, сын, ну, удружил! Нет, он планировал жениться на Валии, но не сегодня же! А потом… когда-нибудь... лет через десять...
Брат Чех скосил на герцога взгляд и, видно, решил не рисковать, поэтому вопрос: «Согласны ли вы?..» – так и не прозвучал, вместо него ксен затянул Песнь Любви, из которой Алан с ужасом понял, что его только что женили.
«Ты войдешь в анналы истории, как первый король-многоженец», — хихикнула Виктория. Хорошо хоть в анналы, а не в анал…
Брат
— Теперь можете обменяться кольцами.
Что? И кто же вспомнил про эту традицию, введенную Аланом для своей бывшей жены? Он вопросительно посмотрел на Турена и тот хитро улыбнулся. Вот… молодец! Настоящий мужчина растет! Гордость за мальчишек чуть-чуть приглушила огорчение от навязанного брака.
Через спины гостей выскочил Оська с коробочкой в руках и с кривляньями протянул ее Турену, тот торжественно ее раскрыл, и Алан увидел три кольца. Не обручальные, (видно, Тур не успел заказать у ювелира тонкие ободки, но ничего, это можно будет исправить), а обычные, но красивые кольца. Одно из них было серебряное, и Алан, спустившись с помоста, надел его на пальчик улыбающейся Зире, второе с голубым топазом украсило безымянный палец Валии, третье — железное кольцо с головой волка – Алан нацепил на средний палец правой руки, все равно потом снимет, кольца он не любил. После чего герцог предложил новоиспеченной супруге руку и провел ее к креслу под свист Оськи, аплодисменты и довольные выкрики воинов гарнизона. Не свадьба, а балаган, никакой торжественности! Судя по лицу Ксана, он думал точно так же. Ну и черт с ним! Герцог Вас’ Хантер – человек эксцентричный и странный, ему простительно.
Едва они сели, как вновь запел Ли, и в дверь вошел гордый и смущенный Дарен с двумя красавицами по сторонам. Светика, в розовом пышном платье, с распущенными косами, пунцовая и испуганная, смотрела в пол, лишь изредка бросая на герцога смущенные взгляды. Алан показал ей большой палец, и девушка покраснела еще больше, зато Хват приосанился, гордо поглядывая по сторонам.
А вот Райку было не узнать. Собранные в объемное сооружение на затылке волосы, длинное строгое синее платье, расшитое маками, и легкий румянец на скулах сделали ее чрезвычайно красивой и абсолютно незнакомой. «А ведь ей не больше сорока лет», – подумала Виктория. Красивая, молодая женщина. Дай бог и им с Рэем еще перепадет счастья.
Алан оглянулся, ища взглядом Оську, тот, как и следовало ожидать, обнаружился на помосте за спинами женихов. Шут раздувал щеки и важно выпячивал грудь, передразнивая Хвата. Заметив, что Алан его зовет, карлик сделал испуганное лицо, но прискакал на одной ножке, громко звеня колокольчиками, украшающими его курточку.
— Сбегай в хранилище и принеси две пары серег. Быстренько.
— А ключик? — скосил глаза верный шут и показал язык Леонардо.
Художник сидел на стуле у стены и быстрыми штрихами что-то рисовал, держа альбом на коленях.
— Своим откроешь.
— Все ты знаешь, Алан Бешеный Кузнечик, погубивший свою молодость, скучно с тобой.
И Оська убежал, но не в дверь, а шмыгнул под стоящий на возвышении трон. Вот гаденыш, воспользовался лазом, который вел в небольшую псарню, где когда-то содержались тау для охраны мероприятий, на которые не пускали воинов. Очень удобно, кстати, следует возобновить эту практику. Люк под троном открывался нажатием ноги на его край, и в любой момент в зал могли ворваться с десяток злобных тварей, чтобы быстро восстановить статус кво.