Разрушитель
Шрифт:
Резко откидываю голову назад, пропуская зазубренное на манер пилы лезвие костяного копья, скользнувшее вдоль скулы и болезненно рванувшее кожу. Стремительно кручусь в круговом ударе Пламенем, вкладывая накопленные очки атаки в “Ледяной шквал”. Трескучий звук. Воин и шаман, оба падают навзничь — невозможно удержаться на обрубках ног, снесенных выше колена.
Однорукий воин-шатун, явно использовав какое-то мощное умение усиления, налетает на меня и едва не опрокидывает на землю. Скрипит и стонет металл от удара в нагрудник, ощутимо проминаясь внутрь, ноги скользят, словно по льду, оставляя рваные борозды в земле. Всей тяжестью своего двухметрового тела шатун
Ускоренная “Концентрацией сути” словно пуля в стволе винтовки, “Хватка лича” прыгает прямо сквозь меч, рвет вражескую грудную клетку вместе с доспехом — вокруг торчащего в ней клинка образуется сквозная дыра размером с голову. Заклятье ветвится и пронизывает сразу несколько соседних целей, спешивших взять меня в кольцо и превратить в дырявое решето палицами, мечами и копьями. Тройной разрыв — и три трупа валятся на забрызганную мутной жижей, вытоптанную множеством ног и превращенную в грязное месиво землю, а рядом с их телами с едва слышным звоном падают вырванные магией из их тел кристаллы сущности.
Жесточайший удар в затылок затягивает мир перед глазами пеленой багрового мрака, и лишь вспышки энергии, полученные от поверженных врагов, не позволяют сознанию погаснуть. На одних инстинктах бросаюсь перекатом вперед, уходя от грохота столкновения массивных тел за спиной…
Огромная фигура Фурии с яростным рыком врывается в схватку. Сквозь плавающие мушки перед глазами, встряхивая головой, в попытке вернуть ясность взору, с трудом различаю, как по полю битвы мечется боевой питомец, раздавая чудовищные по мощи удары когтистыми лапами, впиваясь и разрывая тела врагов огромными клыками. Пространство вокруг меня всего за десяток биений сердца становится свободным. Больше никто не пытается чем-нибудь проткнуть, ударить, поразить заклинанием.
Тяжело дыша, я поднялся на ноги и закинул меч за спину, осматриваясь и прикидывая, что необходимо сделать. Дикоше моя помощь точно не требовалась. Фурия уже возвращалась, добив последнего шатуна и попутно выплюнув оторванную конечность. Мерзкий вкус настолько ей не понравился, что этот вкус ощутил даже я — издержки “Духовной связи”. Моя “девочка” голодна, но плоть существа Смерти для нее форменный яд. Поморщился — левое плечо дико ныло, кто-то из шатунов знатно приложил, но в горячке боя не заметил. Горела огнем левая скула от полученной вскользь раны. Коснулся шеи сзади под срезом шлема и ругнулся, вымазав пальцы в крови. Несмотря на шлем, удар твари все-таки разбил затылок. Не будь на мне шлема, помощь Фурии уже не понадобилась бы. Да и между лопаток припекало. Доспех после боя стал похож на мятую консервную банку, сдавливал грудную клетку, мешая нормально дышать. Но не будь его, и неизвестно, как бы все закончилось. Подарок Хорки Умного сделал свое дело.
Шагнув навстречу дикоше, устало обнял зверюгу за мощную шею обеими руками. Через силу хмыкнул — длины рук уже едва хватило, чтобы сцепить пальцы на мохнатом загривке. Рост питомца в холке и толщина шеи впечатляли. Получив солидную порцию опыта от моих достижений, Фурия достигла сорок девятого уровня и подросла в массе еще на четверть, осталось совсем немного до пятидесятого.
Горячей волной захлестнула яркая, как пламя, радость питомицы, наконец отыскавшей хозяина и больше не желающей его покидать. Я чувствовал ее вину за то, что это все-таки
— Да ни в чем ты не виновата, подруга, — я со вздохом погладил ее по шее, а затем отправился бродить среди вражеских трупов, запуская распад тел.
Теперь, когда не приходилось бороться за свою жизнь и можно было спокойно оценить количество поверженных врагов, насчитал не меньше трех десятков. Это впечатляло. Настолько, что запоздалый страх вновь ускорил начавшее было успокаиваться после адреналиновой вспышки сердцебиение. Мог и не выбраться. Но — пронесло. В очередной раз. Госпожа Удача не оставила своего верного последователя без заботливого присмотра. Да и Алан Темный сохранил.
Затейница-смерть, как обычно, постаралась придать весьма живописные позы своим жертвам. Кругом разбросано оружие, но мне сейчас не до возни с трофеями. Воины Видящего нашли бы им применение, мне же нужны только кристаллы — самое легкое и самое ценное для выживания. Замечаю интересную картину — один из пожирателей валяется, продолжая сжимать костяной меч, которым пронзил грудь шамана, а тот в ответ раздробил башку предателю посохом. Встроенный в меч “Теневой ожог” все-таки сработал, возможно, и не раз, просто в пылу битвы я не успел этого заметить. Ценная помощь нового умения.
Схватка с пожирателями дала нам с Фурией сил, и в то же время отняла их немало. Задерживаться здесь не стоило даже на лишнюю секунду — энергетические и ментальные выплески этого места горели ярким костром, приглашая всех желающих нас прикончить. А этих желающих после завершения схватки стало лишь больше. Три десятка? Бери выше — сейчас Фурия чувствовала уже полсотни смердящих смертью сигналов, стягивающихся в нашу сторону со всего острова.
Я по-прежнему не уверен, что это не случайность. Что рейд пожирателей здесь сам по себе, а не пожаловал по наши души. Впрочем, это беспокоило в любом случае. Неподходящее время для знакомства с тем, кто их сюда привел. Слишком много проблем предстоит решить в ближайшем будущем, и как можно быстрее.
Вскоре, собрав кристаллы, мы уносились с Фурией прочь.
Как я и предполагал, развитие питомицы в уровнях сделало свое дело. Пусть иначе, чем раньше, но я смог ее вновь оседлать — упираясь спиной в края слегка вздернутых для моего удобства крыльев, стиснув ногами могучую шею и вцепившись руками в длинную и жесткую как проволока шерсть на загривке. Летать между островов с такой ношей дикоша по-прежнему не сможет, из-за седока центр тяжести будет смещен к голове, но скакать — уже почти без проблем.
Чутье Фурии вело ее в сторону гор, скрытых коричневой мглой. Утро уже наступило, стало гораздо светлее, что радовало — ветер становился чище, пыль оседала или развеивалась, уносимая воздушными потоками прочь. Граница пылевой мглы отодвигалась все дальше, открывая усыпанные камнями холмы и стволы растущих между ними древесных великанов. Хорошо и плохо одновременно… Нет. Все-таки хорошо. Если опознаю какой-нибудь участок местности, а бывал я на острове неоднократно, то смогу понять, в какой стороне находится маяк, и проблема с пожирателями отпадет сама собой.