Разрушитель
Шрифт:
Линевич принял шлемофон, прижал его к уху.
– Да. Где? Хорошо. Вас понял. Далековато от нас. Но постараемся подъехать. Часа через полтора, не раньше. Да. Подождите. Сверим, узнаем…
И торжествующе повернулся к нам:
– Нашли! «Вертушки» нашли. Один джип пришлось долбануть ракетой, зато остальных налетчиков захватили тепленькими. Сейчас подъедем, сверим протекторы, убедимся, что те…
Интересно, если не те? Мало ли? Ехали куда-то люди, и вдруг крылатые машины над головой, стрельба, взрыв…
Извинимся за жертвы? Мол, обознались?
– При них оружие, захваченные продукты и какие-то вещи по мелочам, –
Да ясно все. Пока время смутное, надо пользоваться. Хоть немного очистить мир от дряни. Кому-то приходится быть чистильщиком, дабы остальные не погрязли в мусоре.
– Ты решил уничтожить цивилизацию?
В голосе Виктора не было ни удивления, ни осуждения, ни испуга. Элементарная констатация факта, и больше ничего.
– Не всю, а лишь одно ее изобретение, – признался я.
– Знаешь, я в компьютерах не специалист, мягко говоря. Точнее – вообще понятия не имею, как там все работает. Но разве возможно сделать так, чтобы они накрылись по всему миру?
– Выходит, возможно.
Я как мог и как понимал сам рассказал Виктору об информполе, таинственном взаимодействии всех электронных устройств с ним по достижении некоторой сложности и мощи. Николаич не перебивал, слушал внимательно.
– Допустим, – кивнул в конце моей речи. – А зачем?
– Есть другой выход? Страна рискует быть оккупированной, превосходство противника (ты ведь не будешь отрицать – НАТО нам не союзник, что бы ни твердили политиканы наверху) настолько велико, даже шансов нет. Плюс – реформы, окончательно уничтожившие армию. От какой-нибудь банановой республики еще как-нибудь отобьемся, и все. Ни на что большее мы неспособны. Интересно получается – прежде ликвидировали военную силу, затем принялись разводить руками, мол, без союза с западными странами нам не выстоять, необходимы чужие базы, и лишь тогда наступит долгожданная безопасность… Не знаю, глупость это или измена, но факт остается фактом. Буквально в течение года мы утратим суверенитет. Чего не сумел добиться Гитлер, добилось собственное правительство. Мы ведь присягу когда-то давали. Пусть другому государству, которого давно нет, но все же… А создание чужих баз на нашей территории – вопрос уже решенный на правительственном уровне.
– Террорист ты доморощенный, Сашка! Самый натуральный!
– Другие предложения имеются? – и сам же ответил: – Не имеются. Хотя все равно поздно. Процесс запущен, и остается ждать результатов. Ты лучше с другой стороны глянь. Электронные деньги, мобильники и прочее были лишь первым шагом. Вдруг Европа воспылала поголовной чипизацией, мол, тогда не будет исчезновений, человека всегда отыщем, спасем, словно так много народу пропадает. И наши немедленно устремились вслед. Да что там вслед – еще и обгоняя развитые страны. Такую энергию – и в созидательное русло. Не скроешься, повсюду отследят, а там наши гости долбанут какой-нибудь вполне материальной мерзостью с электронной начинкой. Зря, что ли, они столько гадостей клепали? Зато теперь ни проследить не смогут, ни уничтожить. Слаб Запад духом, не решится рисковать жизнью.
– Я понимаю, – кивнул Виктор. – Просто вместе с военным делом накроется столько… Считай, вся цивилизация повязана. Даже телевидение и то давно цифровое. Ничего не останется. Полная катастрофа.
– Не
Подумалось – а вдруг Виктор спросит о неизбежных жертвах? Не спросил. Самое слабое звено начавшего осуществляться плана. С другой стороны, мы же действительно вымираем. Без цели, без смысла, жертвы гламура, толерантности, глобализации, виртуальных обогащений и еще много чего. А так – кто-то погибнет, но большинство ведь уцелеет. Это не наводнение, землетрясение, падение астероида на голову, атомная война и прочие прелести, коими активно пугают вездесущие средства массовой информации вкупе с ученым людом. Прочее – не страшно. Особенно нам, пережившим перестройку.
Виктор долго молчал, а потом выдохнул:
– Что же… Исполать нам всем! Будем верить…
А во что – добавлять не стал. Все было ясно…
Глава 31
На базу мы прибыли перед самым наступлением тьмы. Вернее, она наступила, когда мы миновали предпоследние ворота, и дальше пришлось ехать в свете фар.
Я еще успел услышать про два нападения за двое суток. По утверждению охраны, ничего особо страшного. Налетчики явно понятия не имели, куда направляются. Иначе они предпочли бы объехать район по широчайшей дуге, а поперли напролом. Одна группа позавчера вечером по боковой дороге, другая, сегодня, по главной. Разумеется, результат был один.
Активизация разных банд наводила на мысли. Оказавшиеся вне МКАДа преступные группировки после первого отпора залегли на дно, а затем, убедившись в уходе войск и основных милицейских сил в столицу, решили сорвать куш. Вряд ли их действия кем-то координировались. При нынешней системе связи, разбросанности бандитов, их различной «клановой» принадлежности подобное представлялось настолько маловероятным, что практически не принималось в расчет. Просто каждый главарь шел по пути наименьшего сопротивления. Схема была привычной еще с развала прежнего государства – при бардаке любые злодеяния могут остаться безнаказанными, если действовать быстро, четко, а затем тщательно замести следы. Или смешаться с местными жителями какого-нибудь подмосковного города, или уехать на некоторое время еще дальше, чтобы затем заявиться к родным местам с кристально честным невинным взглядом. Мол, а нас-то тут и не было никогда.
Обращение Комитета было проигнорировано. Мало ли в стране издавалось различных обращений и призывов? Слова власти отнюдь не означают, что когда-нибудь последуют реальные дела. Тут главное – ловить момент. Потому резкие действия были просто необходимы. Всегда лучше нападать, пока тебя не ждут.
Преступники не учли одного – на этот раз наверху оказались люди дела. Вдобавок новой власти остро требовалась поддержка народа. А чем проще заслужить ее? Правильно. Скорейшим наведением порядка. Все прочие намеченные пункты штурмом решить было невозможно. Создание рабочих мест, восстановление экономики, нормальное функционирование рынка – тут уже действительно не справишься ни за день, ни за месяц.