Разрушитель
Шрифт:
— Нас подставили! Тревога! Демонобогом вампиров оказался Ш'гор!
— Он же развоплощен северным архимагом пару столетий назад! Как такое могло случится?!
— Вперед! Мочи «козлов»! — Откуда у Флакссарда такой зычный голос. Мимоходом он сворачивает голову вампирессе, которую только что нежно прижимал к себе и шептал нежности.
В зале завязывается нешуточный бой, но он скоротечен. Темные легко вырезают всех клыкастых буквально за одну минуту. Слишком велика разница в классе, тут собрались высшие дроу. Бьет набат тревоги, поднимая вармовскую гвардию. Ему вторят зычные трубы тревоги общего сбора темных из-за замковых стен.
Изначально Первый! Что тут происходит?!
Добиваю бьющуюся в конвульсиях под моими ногами вампирессу. Не стоит оставлять за спиной того, кто может потом подняться и ударить. Кровососы переиграли темных эльфов на их же поле интриг. В принесенном кристалле оказался единственный демон в мире, по мощи сравнимый с Ш'лоб! И подчинить его не удалось. А сама попытка навязать контроль соответственно была замечена присутствующими при ритуале графами. И понеслось…
Над замком бушевала не только природная стихия. Гигантский «водоворот» разрывал реальность, открывая врата нижнего мира. Да и битва Великих магов, графов и жрецов вносила посильную лепту в разворачивающийся катаклизм. На Архипелаге сейчас, наверно, творится не приведи Создатель что!
Дроу, закончив добивать вампиров, выстроились клином, острием которого был до'Уорн, и пошли на прорыв. Клыкастые попытались запереть темную знать во дворце. Но просчитались. Пять десятков вармов навсегда успокоились, а остроухие высыпали во двор, потеряв лишь двоих охранников. Я же пополнил свой счет двумя «скальпами».
На узких замковых улочках стояла суета, где-то начались пожары, центральная башня угрожающе раскачивалась, сотрясаемая изнутри. И никто не слышит тихий и очень высокий звук, напоминающий тот, что издает расстегиваемая металлическая молния. Никто, кроме меня.
Опять видение коридора затуманивает глаза. Коридор кончается, и меня ждет две двери. Обе манят одинаково, присоединиться к Флакссарду или следовать за звуком, который так напомнил Архипелаг. Жители Большого мира не слышали никогда ничего подобного, вот и не реагируют. Остановить до'Уорна уже не успеваю, возглавляемый им отряд вступил в серьезный бой. А я выбираю вторую дверь. И путь мой не далек, всего-то в одну из башен детинца, находящуюся в трехстах метрах. Почему? Мне любопытно, кто же строит «Лестницу в Небо», дорогу в иные миры!
Навстречу мне бегут два варма. Знак Умд выплескивает свою силу, но не в них целюсь, а в мостовую. Ручьями текущая вода застывает ледяной дорожкой. Пошатываются, теряя равновесие, клыкастые, я же, скользя на коленях, оставляю их безногими инвалидами, отрубая к демонам по одной ноге каждому. Лагерь дроу находится с противоположной стороны замковых стен, и больше мне никто не мешает.
Мощная башенная дверь заперта. Будь что будет, в происходящем столпотворении на меня вряд ли обратят внимание. Разворачиваются затосковавшие по свободе крылья истинной ауры. С рук срывается плетение «нанонитей». Теоретическая разработка Джэда, ни разу не примененная на практике из-за немыслимой сложности сочетания всех трех энергий. Плетение срывается с пальцев, разрезая в мелкую полоску мореный дуб закрытых ворот, а также стоящих за ними вармов.
Ох! А дальше не так просто, с каждого пролета лестницы, ведущей вверх, на меня смотрит затуманенный взор пары кровососов. Адамантитовые серпы зажаты в их руках. Я выложился, как мог, был быстрее молнии, отчаяннее смерча, но не успел! Когда весь покрытый слизью и кусками тел вывалился на верхнюю башенную площадку, последний кусок «дороги» встал на свое место. И покачнулся Мир, едва не сойдя с привычной орбиты. А я уперся в стену барьера Непроницаемости.
За ней неизвестный человеческий
Магические скобы скрепляют межмировой путь, одновременно подпитывая барьер. Вся эта конструкция держится на энергиях происходящей внизу войны. Тут сплетено все: и астрал, и тварность, и кровь, и класическая магия. Когда последнее заклинание срывается с уст неизвестного, тот в бессилии опускается на колени.
И падает наложенный на него морок высшего класса. Худощавая, почти сгорбленная фигура мне знакома. Танатос! Более известный как северный архимаг или Большой Т. Приглядевшись, понимаю, не уйти вовне он желает, «Лестница в Небо» построена по правилам призыва!
— Кого зовешь ты? — В бессилии крошу зубы. Недоброе предчувствие обуревает меня.
— А, это ты! Думал, что убежишь за этим темным шутом, а обернулось вот значит как. — За мной следили? Похоже на то, причем начиная с момента, как вступил в Большой мир. — Расслабься, уже ничего не поможет. — В подтверждение «дорога» отозвалась гулким эхом, на «ступени лестницы» кто-то ступил. — А кто придет, так увидишь, ждать осталось недолго!
— Зачем тебе все это?! Для чего ты натравил дроу и вампиров?!
— А также вытащил тебя с Архипелага? — Ой… — Не думаешь же ты, что жалкий горец сам все придумал и умудрялся водить Черного за нос так долго? — По правде, именно так я и считал. — Наивное и глупое создание, мне тебя жаль.
— Для чего?! — Я кричу? Ну и пусть.
— Как долго я искал это место! Нигде больше нельзя создать подобное! — Короткий взмах на «лестницу». — Под этой никчемной постройкой находится то место, на которое первый раз ступила нога Творца после творения. Угораздило же д'Серна возвести тут свой замок, как это все усложнило. Но предсказание феи все расставило по своим местам. И я понял! Сама Леньйа хочет того же, что и я! — А вот мне кажется совсем другое, но вроде мой голос не в зачет. — Осталось только подтолкнуть графов к суете и попытке обзавестись личным богом. А потом подменить кристалл, подставив Ш'лоб, равного по силе и люто ненавидящего Ш'гора! А дальше природа дроу и вампиров должна была сыграть за меня. Так и получилось. Я гений! — Это и так признает весь мир, зачем ему так поступать?
— А при чем тут я?
— Ты, ты всего лишь запасной вариант! Не получись с демоном, спусковым крючком послужила бы твоя личность! — Как плохо себя чувствовать даже не пешкой, а джокером в крапленой колоде.
— Только не Они!!! Одумайся! — Я «вижу» того, кто идет в наш мир. Скользит в межмировом потоке, спускаясь в наш мир, Белый Пес Порядка. — Зачем?!! — Голос срывается в крике ужаса, а спина мерзнет от охватившего озноба.
— Я не люблю Творца. Он лишил людей неба! В этом мире нельзя ЛЕТАТЬ! Поднимись выше четырех сотен метров от поверхности рельефа, и тебя размолят в труху бушующие энергии. За века мне удалось создать только дирижабль! Эту пародию на летательный аппарат. Ненавижу! — Он захлебывается в негодовании, глотая слоги. — Одна любовь была у меня, там, на Земле. Дело всей жизни! Летать! Творец говорил, успокойся, Леньйа молода, и постепенно все придет в норму. Несколько веков не срок для мира. Я ждал! Создатель! Сколько я ждал! Надоело! Пирамида наведет тут порядок! — Что за тавтология?! Но его уже несет, и он не контролирует речь. — Тебе тоже не за что Его любить.