Разведбат
Шрифт:
— Я долго плакал, когда узнал, что Петя Захаров погиб. Сначала не поверил.
Накануне мы отправили «вертушку» с сухпаями и боеприпасами на Малый Харсеной, туда должен был выходить весь батальон, «коробочки» уже подтянулись. Я туда улетел накануне вечером, ночевал там. Сначала в вертушку сели Елена Ивановна Чиж и комбат, но машина оказалась перегружена — они вылезли. Полетел я туда вечерним рейсом, со мной были контрактник Кузя и Женя Подопригоров. Сидим, никакой стрельбы не было, ещё конину ели. Петя сказал Елене Ивановне: «Мне отдохнуть бы надо, помыться, и вернусь назад». Палатку поставили,
Петя для меня был как младший брат. Он ко мне относился, как к старшему брату. По своей культуре и воспитанию он был, как офицер царской армии. Таких сейчас редко встретишь.
Рассказывали, что его убил снайпер. Старшего лейтенанта Теплякова тоже ранили в этот момент.
С нами в это время был и начальник разведки 58-й армии полковник Тупик, он к нам вечером приходил. Помню, что осталось ощущение: можно было и не ходить нашим туда, куда приказал идти Тупик. Мы как-то чувствовали, что он своих разведчиков из Северокавказского военного округа, жалел, а наших — нет.
Елена Чиж, начальник медслужбы батальона:
— Гибель Петра Захарова — это было неожиданно, непонятно. Он был очень хороший, дотошный в службе парень. Крепкий, боевой пацан.
После этого боя на собрании офицеров обсуждали замполита 1-й роты. Это был случайный человек в батальоне, присланный недавно на пополнение. Он был с Захаровым, но отсиживался за дорогой, не вступая в бой, а мог ему помочь. Доля вины, что Захаров погиб, на нём: струсил пойти ему помочь. Спрашивали его: «А почему ты сидел?». — «Вы понимаете, я пригодился бы потом…» — «Ты мог помочь, и этого бы не случилось». Офицеры сказали, что ему не место среди нас, и он скоро уехал.
Александр Ступишин, старшина 1-й разведывательной роты, старший прапорщик:
— Это был наш замполит, бывший мент, не кадровый офицер. Его выгнали с треском.
После гибели Петра Захарова меня вызвал комбат, штатку (штатное расписание роты — авт.) вручил прямо перед строем роты: «Давай командуй! А эти — пусть как хотят». Он имел в виду двоих последних офицеров роты — капитанов Шапошникова и Федотова. Я сел на пенёк тутовника, ребята стоят строем, и говорю: «Ну, мужики, как жить будем?» — «Нормально», — говорят.
Капитан Тритяк уехал в отпуск после Нового года. А ведь офицеры на тот момент в роте были. Два капитана — Шапошников и Федотов. Непонятно было: то один из них замполит роты, то другой. Задачи ставили мне, когда Петя погиб. Шапошников ходил с урной, голоса за президента собирал, а майора получил и — уехал. Федотов — квасил в палатке, его и бойцы-то матом посылали… Им бойцы даже в палатку дымы подкладывали, чтобы вышли, а то пьяные лежат.
Из письма отца Петра Захарова, Валентина Ивановича:
«Говорят, что с прошествием времени боль проходит. Нет, это, наверное, теперь до самой смерти будет с нами…
Петруша рос очень любознательным ребёнком. В 4 года его старший брат Сергей, который учился в 1-м классе, научил читать и когда Петя пошёл в школу, он уже вовсю читал и писал. В школе был увлечён
Его никогда не надо было что-то заставлять, он всегда знал, что нужно делать. Мы с ним с детства занимались строительством. Он умел абсолютно всё — хоть сруб срубить, хоть сено косить. Всё, что нужно знать мужику, он всё умел.
Он очень любил мать и свою сестрёнку. В начальных классах школьной столовой дали ему яблоко, так он его не съел, а принес домой и поделил маме и Леночке. Он никогда не забывал наши дни рожденья и хоть подарок и поздравление, но пришлёт.
Даже в Чечне он Леночке на день рожденья в письме отправил тысячу рублей, но какой-то почтальон стащил эти деньги. Когда мать по телефону просила его бросить эту службу, он ей сказал, что у него там столько оставлено, что пока не выведут войска, он не уйдёт.
Ну вот, в общих чертах я и описал нашего Петрушеньку. Я таких детей ещё не встречал…».
3 марта
…Старший лейтенант Вячеслав Тепляков, и. о. командира разведроты получил задачу скрытно выдвинуться на высоту 861,7 завладеть ей и удержать до подхода подразделения 752-го мсп. Разведгруппа под его командованием скрытно вышла к вершине высоты, мощным и стремительным броском, в сложных условиях местности, под шквальным огнём противника заняла её. В ходе захвата высоты лично уничтожил пулемётный расчёт и гранатомётчика. Старший лейтенант Тепляков при захвате высоты был ранен, но продолжал командовать разведгруппой до подхода основных подразделений батальона. Благодаря решительным действиям и умелому руководству старшего лейтенанта Теплякова высота удерживалась несколько дней. Представлен к ордену Мужества.
…Рядовой Сергей Аверин, радиотелеграфист 3-го взвода 1-й разведроты. Обеспечивал бесперебойную связь, автоматным огнём подавлял опорный пункт противника, проявил смекалку и находчивость. Медаль «За отвагу».
…Младший сержант Алексей Размахов, радиотелеграфист разведроты. Когда группа попала под огонь из засады боевиков, занял выгодную позицию и стал подавлять огневые точки противника, чем дал товарищам возможность рассредоточиться и занять оборону. При отходе был ранен, но вёл бой до подхода основных сил группы. Уничтожил 3-х боевиков. Обеспечил выполнение боевой задачи. Представлен к ордену Мужества.
…Рядовой Евгений Безродный. Подавлял огневые точки, чем сдерживал натиск боевиков. Уничтожил 3-х бандитов. Вёл бой до подхода основных сил группы. Обеспечил выполнение боевой задачи. Представлен к ордену Мужества.
…Рядовой Евгений Коптяев, разведчик-пулемётчик 1-й разведроты. Пулемётным огнём подавлял огневые точки противника. С риском для жизни помогал в эвакуации раненых. Принимал участие в захвате пленного на высоте. Представлен к медали «За отвагу».
…Рядовой Сергей Котов, старший разведчик разведроты. В бою уничтожил 2-х пулемётчиков, чем прикрыл открытый левый фланг группы. Вынес с поля боя раненого солдата мотострелкового полка. Представлен к медали «За отвагу».