Разведбат
Шрифт:
— все до одного офицера обязаны иметь карты;
— у каждого военнослужащего должны быть индивидуальный перевязочный пакет, 2 тюбика промедола, резиновый жгут;
— в каждом подразделении готовить авианаводчика, в каждом батальоне иметь подготовленного артиллерийского корректировщика;
— информация доводится до лиц в части касающейся.
Необходимо заметить, что все эти требования изложены в боевых документах и уставах, но Шаманов жёстко потребовал их неукоснительного выполнения.
Александр
— До нас общей информации о противнике не доводили. Воевать мы учились на ходу, информацию у пленных получали через жёсткие допросы, через кровь, грязь, потери. Это был жестокий, ненужный опыт. Всё это напомнило рассказы деда о Великой Отечественной, когда он ходил в штыковую атаку без патронов. Такая большая наша страна, так много лет прошло после той войны, и как мало изменилось с тех пор…
Как добывали информацию… Все друг друга боялись, потому что знали: где-то в штабе была утечка информации к противнику. Прихожу в пехоту — говорю с офицерами, с солдатами, чтобы узнать хоть что-нибудь о противнике. Пришёл к артиллеристам, спрашиваю: «Куда ты бьёшь? По какому району работаешь?». Много разговаривал с местными жителями. Женщина за кусок хлеба для детей — всё расскажет. На основе этих расспросов и делал свои аналитические выводы.
4. Глаза и уши
«С 22 сентября 1999 г. личный состав батальона приступил к выполнению боевых задач по разведке местности и маршрутов выдвижения».
Александр Куклев, начальник разведки дивизии, подполковник:
— Административная граница Ставрополья с Чечнёй была оборудована следующим образом. Наши прорыли глубокую широкую канаву вдоль всей северной границы. Характер грунта позволял это сделать. Вдоль границы стояли блокпосты внутренних войск.
Чеченские пастухи, что на территории Ставрополья, тем более на чеченской территории были глазами и ушами бандформирований.
Владимир Самокруткин, командир батальона, подполковник:
— Первый выход к границе с Чечней… Ходили на рекогносцировку с командирами рот и взводов. Посмотрели на местности маршруты движения. У Терека стоял блокпост, оттуда и вели наблюдение, и от наблюдающих с блокпоста взяли информацию, что они видели на той стороне реки.
Яков Чеботарёв, командир разведывательного взвода наблюдения:
— У границы с Чечней почти пять суток стояли лагерем. К нам во взвод приходили специалисты из полков — учили нас, как работать с приборами ночного видения, как ориентироваться по карте. Закопали машины в землю, распределил бойцов по линии, и они следили за впереди лежащей местностью. С горы всё просматривалось на расстояние до 10 километров. Вели журнал наблюдения. Приезжаешь в батальон — составляешь докладную записку командиру: было такое-то движение, столько-то человек засекли,
Во взводе было 20 человек. Заместителем у меня был Михаил Игольский. На каждой БРМ по шесть человек. Второй машиной командовал младший сержант Григорьев, 64-й — Силёв, контрактник.
Александр Ступишин, старшина 1-й разведывательной роты, старший прапорщик:
— Поскольку командира 3-го взвода в роте не было, комбат мне сказал: «Давай пока ты, рули, старшина». Я всё ребятам и рассказывал, как нужно действовать в боевой обстановке. Комбат прикажет: «Встать здесь, обеспечить безопасность продвижения колонны». «Бэха» (БМП — авт.) встала, где нам приказали — солдаты побежали в неё. Я говорю: «Нет, ребята… Пулемёт — сюда, «коробочку» прячем в лесок, дымы выкладываем». Надо быть готовыми, чтобы уехать, если на нас будет нападение. Они послушали: «Ага…». Начали понимать. «Всем замаскироваться!», — даю команду. Комбат назад поехал — расположения взвода не нашёл: «А где у тебя кто?» — спрашивает меня. — «Все на месте», отвечаю.
«26 сентября батальон в составе колонны 3-й мсд совершил перемещение в новый временный пункт дислокации, где вёл разведку в направлении Бено-Юрт, станция Наурская».
01.10.99 г. в оперативном штабе при президенте Чечни утверждают, что 30.09.99 г. подразделения российских ВС пересекли границу в Наурском и Шелковском районах и углубились более чем на 10 км на территорию Чечни.
Александр Куклев:
— Ход боевых действий на Северном Кавказе можно разделить на три этапа. Первый этап — действия по уничтожению и вытесне¬нию НВФ (незаконные военные формирования — авт.) с территории Дагестана. Второй этап — действия по уничтожению НВФ на территории северной и центральной части Чечни. Кратко рассмотрим второй этап — действия по уничтожению НВФ на территории северной и центральной части Чечни.
С 15 сентября осуществляется перегруппировка войск и создание северной (оперативная группа 67-й армии), западной (оперативная группа 58-й армии) и восточной группировок общей численностью 50–60 тыс. человек.
С 21 сентября началась специальная операция по освобождению северной части Чечни, включающей три района (Шелковской, Наурский, Надтеречный) силами северной группировки с двух направлений (Наурское, Шелковское).
С 23 сентября начала активные действия западная группировка с Надтеречного направления.
Наиболее сильные столкновения с противником были за Рубежное, Червлённое, Ищерскую.
Второго октября КП группировки сосредоточился в районе озера Капустино.
Здесь части группировки получили боевые задачи на овладение северными надтеречными районами Чечни. В течение пяти суток задача была выполнена. Здесь противник стал проявлять некоторую активность. Но к открытому сопротивлению не переходил.