Разведчики времени
Шрифт:
— Дышать-то я могу, — зашептала Марго, — просто это не слишком приятно. Мы едем в отель?
— На самом деле нет. Мы остановимся на ночь в меблированных комнатах у вокзала Виктория, а утром снимем квартиру. Это позволит нам приходить и уходить, не привлекая к себе излишнего внимания. А вот наш Джон останется в этой квартире и после нашего отбытия.
— Мистер Карсон был страшно щедр, мистер Мур, — отозвался из темноты Джон. Марго захихикала:
— Ты так забавно разговариваешь.
— Он разговаривает в точности так, как ему подобает, — жестко заметил Малькольм. — О вас, мисс, этого не скажешь. Воспитанницы
— Ну, прошу меня извинить, — промямлила Марго.
— Определенно я этого не сделаю. Учите вашу роль, юная леди. Это приказ.
Марго вздохнула. Еще один самоуверенный, тиранический мужик… Ей почти захотелось сменить свою школьную форму на рваные лохмотья сельского фермера или даже на еще более ветхое рубище бродяги. Переодетая мальчиком, она не должна будет так занудно заботиться о соблюдении всех этих стеснительных правил приличия. До нее начало понемногу доходить, что имел в виду Кит, когда настойчиво уверял, что женщинам, если они попытаются разведывать прошлое, придется в традиционном обществе несладко.
Звуки воды, плещущейся о камень, и изменение тембра уже привычного перестука лошадиных копыт подсказали Марго, что они находятся совсем рядом с рекой. Временами сквозь зловещий желтый туман доносились жалобные вопли пароходных свистков, подобные отдаленным крикам издыхающих псов.
— Где мы? Мне ничего не видно.
— Проезжаем через Ламбетский мост. Сквозь редкие просветы во мгле проглядывала вдали темная стена.
— А это?
— Милбэнкский исправительный дом. И Нью-Брайдуэлл тоже отсюда неподалеку.
— Нью-Брайдуэлл?
— Весьма знаменитая тюрьма, моя дорогая. Вы, право, то и дело задаете чрезвычайно шокирующие вопросы.
Туман снова сомкнулся вокруг них, как только они проехали открытый мост, обдуваемый слабым ветерком. Марго услышала низкий, приглушенный туманом шум проходящего неподалеку поезда. Резкий свисток пронзил душный, влажный воздух, он раздался так близко, что Марго аж подпрыгнула.
— Не тревожьтесь, мисс Смит. Это просто поезд, прибывающий на вокзал «Виктория».
— Нам всю ночь придется это слушать?
Она слышала, как хмыкнул Малькольм.
— И в самом деле.
Изверг. Он нарочно это подстроил, чтобы она завтра была невыспавшейся и неуравновешенной. Он ведь знал, что она и так уже давно обходится почти без сна. «Ладно, когда ты начнешь заниматься разведкой, тебе тоже придется порой недосыпать. Будем считать это частью урока». Наконец их кучер остановился. Малькольм оставил ее дрожать от холода в повозке. Он договорился с хозяйкой меблированных комнат, затем подал Марго руку и помог ей выйти из кабриолета.
— Ох, бедняжка, должно быть, вы устали, — с улыбкой сказала ей тучная леди, провожая их вверх по высокой темной лестнице. Газовый рожок на верхней площадке освещал ступени еле-еле. Марго приходилось следить за подолом своего платья, чтобы не споткнуться в темноте. — Ваш опекун сказал, как вы проделали весь путь из Гондураса и потом еще на поезде, бедное дитя, осиротевшее из-за тамошних ужасных лихорадок, и как он зачислил вас в школу, но пока не в силах расстаться с вами. Такой учтивый джентльмен, ваш опекун, осторожно, дорогая, смотрите под ноги, правильно,
— Теперь я оставлю вас, отдыхайте; встретимся за завтраком, дорогая. Дерните за шнурок колокольчика, если вам что-то понадобится.
На этом — Марго разинула рот, когда хозяйка вышла, шелестя нижними юбками и плотно закрыв за собой дверь, — на этом их разговор и закончился.
А она умерла более ста лет назад…
Марго вздрогнула, мгновенно захлестнутая ощущением ирреальности всего происходящего. Это было совсем не то же самое, что смотреть старый фильм или даже играть роль в сценической постановке. Скорее это было похоже на то, чтобы шагнуть в чью-то жизнь, полную звуков, запахов и прикосновений, которые, стоит ей моргнуть глазом, все вдруг исчезнут, как лопнувший мыльный пузырь. Но ничего не исчезло. Она осторожно присела на край перьевого матраца. Веревки кровати заскрипели. В комнате пахло сыростью. Газовый рожок тихо шумел внутри матового стеклянного шара на стене. Марго недоумевала, как, черт возьми, его потушить. Она развязала ленты шляпы и сняла ее, затем скинула пелерину и тяжелую шерстяную накидку. Пелерина, некогда белоснежная, теперь стала серой от сажи — ведь этот дым выходил из угольных каминов. В комнате было холодно и сыро. Никакого тебе центрального отопления.
— И что теперь? — вслух озадаченно сказала она. Тихий стук в дверь заставил ее встать. Марго стиснула озябшими пальцами свою накидку.
— Кто там? — Ее голос был слабым и дрожащим.
— Это мистер Мур, мисс Смит. Могу я одну минутку с вами поговорить?
Марго, разве что не по воздуху, вмиг пересекла комнату, оказалась у двери и рывком распахнула ее.
Он широко улыбнулся, заметив выражение ее лица, и кивнул на газовый рожок:
— Видите сбоку эту небольшую цепочку? Марго вперилась глазами в фонарь.
— Да.
— Дерните за нее один раз, чтобы перекрыть газ. Не задувайте пламя, иначе ваша комната наполнится газом, и мы все умрем весьма неопрятно.
Вон что.
— Спасибо. Я… я как раз недоумевала насчет этого.
— Вот и отлично. У вас есть ко мне еще какие-нибудь вопросы, прежде чем я покину вас на сегодняшний вечер?
У Марго крутились в голове тысячи вопросов, но единственное, что она смогла вымолвить прямо сейчас, было:
— Как мне согреться? Здесь ужасно холодно. Малькольм оглядел комнату:
— Никакого камина. И печки тоже нет. Хозяйка, видимо, боится пожара и правильно делает. Но тут должно быть достаточно пледов в ящике для белья. — Он кивнул на тяжелый предмет меблировки в противоположном углу комнаты. — Постелите их один на другой и заберитесь под них. Что-нибудь еще?
Марго не осмелилась признаться, что ей отчаянно хочется сказать: «Мне страшно». Поэтому она лишь покачала головой и бодро улыбнулась ему.
— Что же, очень хорошо. Встретимся за завтраком. — Он наклонился и поцеловал ее в лоб. — Доброй ночи, моя дорогая. Заприте дверь.