Разведчики
Шрифт:
Разведчики взглянули вниз. У подножья сопки раскинулся лагерь боевиков. Одни лежали на траве, другие бесцельно бродили, третьи играли в нарды.
—Яковенко, — разворачивая карту, позвал Стальнов радиста.
—Я здесь, товарищ майор.
—Приготовь рацию.
Через несколько минут радист доложил:
—Готово.
—Передай все, что написано на этой бумаге. После передачи, бумагу сжечь!
Пчельников, Тарасов, считайте боевиков отдельно друг от друга, потом сверим. Остальным занять круговую оборону, наблюдать
—Яковенко, свяжись с группой Сергея Тарасова.
—Есть.
Прошло много времени, но радист не докладывал.
—Яковенко, почему молчишь, что там с Тарасовым?
—Товарищ майор, они не отвечают.
—Вызывай еще.
Через десять минут, Яковенко доложил:
—Не отвечают, товарищ майор, — радист опустил глаза.
Стальнов почернел лицом, он корил себя за то, что оставил необстрелянных солдат одних, причем острой необходимости в этом не было, хотя в случае гибели основной группы, кто-то должен был доложить командованию об исходе операции.
—Всем! Внимание!
Разведчики тревожно смотрели на командира.
—Группа Вячеслава Тарасова не отвечает, а это означает, что мы обнаружены.
—Почему Вы так считаете?
—Потому, что мы должны рассчитывать свои действия по самому худшему варианту. Удвоить внимание. Радист, сообщить на базу о том, что мы обнаружены. Просим ускорить течение операции. Иначе боевики рассосредоточатся или уйдут.
Сознание Сергея Тарасова возвращалось медленно. Все яснее проявлялись предметы и стены грязного сарая. Первые мгновения он не понимал, что произошло, но увидев рядом лежащего Николая Потемкина, все вспомнил и потянулся к нему, острая боль в ногах окончательно привела его в чувства.
Когда боль несколько поутихла, Тарасов тихо позвал товарища:
—Николай. Николай! Потемкин, отзовись.
Потемкин молчал.
Сергей поискал глазами радиста Сойкина, но его нигде не было.
За стенами сарая начали кричать. Мужчины пытались друг друга урезонить, из этого ничего не получалось.
—Видимо решают, что с нами делать, — догадался Тарасов.
Казбек Джабраилов постучал в двери дома Руслана Ахматова.
—Хозяин показался в дверях и недовольно сказал:
—Мог бы и тише стучать, Амина спит.
—Муса Тушуев притащил двух русских солдат.
—Что-о?
—Тушуев притащил двух русских солдат.
—Где он их взял?
—Он поручил своим детям найти пропавших овец. Они вышли прямо на троих русских солдат, которые затаились у аула. Дети бы не заметили, но собака нашла их. Солдаты пытались уйти, но у старшего сына Умара был автомат. Он начал стрелять, одного убил, двух ранил.
—Где Тушуев?
—Он у своего дома.
—Идем к нему, Ахматов потянул за собой гостя, — идем скорее,
Тушуев, увидев идущих к нему Ахматова и Джабраилова, принял воинственную позу. По его виду было видно, что он ничего никому не уступит и не отдаст.
—Муса, что ты наделал?
—Я ничего не делал, это пацаны подстрелили русских, как куропаток.
—Зачем ты их притащил в аул? Придут русские, отвечать придется головой.
—Придут русские, не придут, а лишние рабы не помешают. Ты же знаешь, что таких в ауле много.
—Тех рабов покупали на рынке, а этих подстрелил твой сын. Улавливаешь разницу?
—Русские не придут, я послал к твоему племяннику донесение о том, что рядом с ними есть русские.
—Русские придут, и ты лишишься головы.
—Русские убьют меня или нет, а если боевики узнают, что я им не сообщил, то Аллах точно призовет меня к себе.
—Где солдаты?
—Зачем они тебе? — Тушуев загородил дорогу Руслану.
—Они ранены, их лечить надо.
—Я не допущу, чтобы мои рабы умерли.
—Тогда иди и лечи, а не стой как баран, выставив рога.
Тушуев сверкнул глазами, но перечить дяде Вахи Ахматова не посмел, он круто повернулся и пошел к сараю.
—Подожди, где третий?
—Он мертвый, бросили его в зарослях. Волки все сделают за нас.
Ахматов повернулся к Джабраилову.
—Ты знаешь, где это случилось?
—Примерно.
—Идем, похороним, мы же еще пока люди…
Когда они прошли несколько метров, Руслан вдруг остановился.
—Солдата мы похороним позже, а сейчас я уйду, у меня появилось дело. Ты собери мужчин вооружайтесь, возможно, придется спасать свои семьи.
—От кого?
—Если русские прижмут хвост банде, она побежит в аул, чтобы как щитом закрыться от пуль русских.
—Командует этими людьми твой племянник, разве он допустит?
—Когда их начнут расчесывать вертолеты, тогда командовать ими будет уже нельзя. Они станут спасать свои шкуры….
—Может увести семьи в горы? — с надеждой Джабраилов взглянул на Руслана Ахматова.
—Нельзя! Куда идти с малыми детьми? Лётчики могут принять нас за бандитов и накрыть огнем. Если начнется бой, прячьтесь по подвалам.
—А ты куда?
—Я попытаюсь это предотвратить.
—Как?
—Не спрашивай, времени больше нет.
Стальнов сидел на сваленном дереве и размышлял у развернутой карты. Главный вопрос, который не давал ему покоя.
—Как будут действовать боевики, если узнают, что они под наблюдением?
Вариантов было два: разойдутся мелкими группами или уйдут все на ранее заготовленную базу. Он склонялся ко второму варианту. Дробить силы перед боем они не станут. Куда пойдут? Далеко уходить от того места, где будет засада, они точно не станут. И вернее всего, войдут в аул, под защиту жителей.