Разведена и очень опасна
Шрифт:
– Вот и я нашел тебя потому, что я знаю, что ты моя половинка. Я это сразу почувствовал. Ты меня за прошлое прости, если что-то было не так. Я ведь только с зоны сбежал. Одичавший был, озлобленный. Жена только к другому ушла… Все одно к одному. Я обещал найти тебя в третий раз и нашел.
– Но почему в третий, а не во второй?
– Потому что в первый раз я увидел тебя
– Это был ты?!
Конечно. Это была наша с тобой первая встреча. Тогда я на тебя злой был. Я ведь с зоны бежал, мне нужно было подзаработать, и мне предложили это дельце, а ты мне тогда все испортила. Меня тогда чуть не взяли. Думал, найду тебя и разорву собственными руками. Я тогда тебя выследил, но, когда узнал, кто ты такая, решил на тебе заработать денег. Да, ладно, это все дело прошлое. Я больше криминалом не занимаюсь. Я стал совсем другим. Я на зоне познакомился с одним очень влиятельным человеком, и он мне помог. Оказалось, я когда-то спас его сына, который чуть было не утонул в реке. Мы с ним с зоны вместе бежали. Мы с ним как братья. Он и себе новую внешность сделал и мне помог.
Мужчина помолчал и продолжил:
– В общем, Саня, решать тебе. Мы с тобой жили неправильной жизнью, а очиститься от всего сможем только вместе. Если ты уйдешь из мирского, что тогда мне делать? Мне без тебя не жить. ДАВАЙ ПОПРОБУЕМ НАЧАТЬ ВСЕ СНАЧАЛА. ВЕДЬ ГОВОРЯТ, ЧТО НАЧИНАТЬ СНАЧАЛА НИКОГДА НЕ ПОЗДНО. НИКОГДА. ДАВАЙ ПОПРОБУЕМ ЭТО ВМЕСТЕ. Ведь мы половинки единого целого и судьба не зря соединила нас вместе. Сними с себя этот платок. Мы уедем из Москвы в другой город… Мы сможем… У нас еще есть силы… У нас все получится…
Я сняла платок, тихонько всхлипнула, уткнулась в Колькино родное плечо и почувствовала, что у меня еще много сил для земной любви, что мне еще и в самом деле рано отрекаться от мирского. Я знала… Я точно знала, что человек, который сейчас стоял рядом со мной, и есть моя судьба и любовь, потому что он послан мне самим Богом. Я знала, что мы обязательно попробуем начать все сначала и у нас все получится. Демоны уже отступили от нас и подарили
И нам можно простить все. Буквально все… Потому что все отступает, прощается и меркнет перед большой, настоящей любовью.
Когда к обрыву подошла экскурсионная группа, все уставились на нас, словно на привидение. Экскурсовод замолчал, да и туристы не произносили ни единого слова. Они смотрели на плачущих мужчину и женщину… Дорого одетый мирской мужчина прижимал к себе плачущую, женщину из монастыря, а в реке плавала ее косынка… Все смотрели, как завороженные, и все понимали, что, несмотря ни на что, эти люди из разных миров счастливы… Они неимоверно счастливы…
– Мы повенчаемся, – шептала я Николаю и целовала его заплаканное лицо. Ведь у мужчин тоже есть слабости и наступают моменты, когда они не просто выдавливают мужскую слезу, они плачут… Они по-настоящему плачут…
– Мы обязательно повенчаемся, – повторил мою мысль Николай. – И ты будешь красива. Ты будешь самая красивая невеста на этой земле… А повенчает нас отец Дмитрий… Он поймет. Он нас обязательно поймет… Он поймет, что мы тоже имеем право на счастье…
Когда и мы заметили стоявшую рядом с собой экскурсионную группу, мы смутились, а я прошептала:
– Извините нас!
Но туристы были настолько растроганы, что захлопали в ладоши и закричали:
– Горько! Горько!!!
Мы засмеялись и начали целоваться. В моей жизни это было уже второе «Горько». Первое и на самом деле оказалось горьким, но я свято верила в то, что второе «Горько» у меня обязательно будет сладким.
А еще… Еще мне обязательно захотелось снять черное платье и надеть белое. Жаль, что Женька нас не видит и не может порадоваться вместе со мной. Хотя нет… Он все видит. Он же стал человеком-невидимкой. Он всегда рядом. Он где-то здесь… Он с нами и он одобряет мой выбор… Он улыбается нам…
– Сашка, пойдем, я познакомлю тебя со своей мамой, – сказал Николай, взял меня за руку и повел к машине.
Из машины вышла немного постаревшая Глаша. Она громко заплакала и бросилась мне на шею…