Разведка боем

Андреев Николай

– Им представится возможность поквитаться с мерзким тварями, – сжав кулаки, проговорил Олесь.

– О поступке начальника внутренней охраны пилотам сообщил Нейлан, – продолжил командир «Клосара». – Вилл не хотел, чтобы вы попали в неловкое положение. Потерять авторитет на флоте равносильно самоубийству. Кроме того, он беспокоился о судьбе гравитационного катера. Уйти от погони подобной машине непросто. Летательные аппараты насекомых гораздо быстрее и маневреннее. Наши поиски ни к чему не привели. Если честно, мы не очень рассчитывали на успех. Иначе, как чудом, появление катера не назовешь. В первые мгновения

я не поверил собственным глазам. Но хорошо то, что хорошо кончается. Глядишь, и десантный бот где-нибудь вынырнет...

– Нет, – с горечью вымолвил землянин. – Горги его сбили. Останки машины лежат на дне глубокой расщелины. Больше с «Лаваля» никто не спасся.

– Вечная память погибшим, – тихо сказал Деквил. – Честь дороже жизни.

В рубке управления воцарилась тишина. Офицеры молчаливо вспоминали товарищей, служивших на флагмане. Такова судьба большинства космопилотов. Даже похоронить нечего. На монументе героям выгравируют очередной скорбный список. И вряд ли он будет последним.

Храбров почувствовал слабость в ногах. Голова закружилась, люди и предметы начали расплываться в глазах. Русич явно переоценил свое состояние. На всякий случай Олесь оперся о поручни командирского мостика. Аланец тотчас поддержал начальника экспедиции под локоть. По левой щеке землянина текла тонкая струйка крови.

– Врача немедленно в рубку! – закричал полковник.

– К черту! – выругался Храбров. – Принесите мне стул и доложите ситуацию.

Спорить с русичем Деквил не посмел. Командир крейсера был наслышан об упрямстве землянина. Как настоящий наемник, Олесь покидал поле боя либо раненным, либо убитым. Прирожденный воин, незнающий страха и упрека.

– «Эльдор» и «Баскет» благополучно покинули систему, – произнес аланец. – Они предупредили нас о засаде и преследователях. По всей видимости, построение судов в две колонны не позволило врагу правильно оценить численность эскадры. Четверки горгов действовали чересчур нагло. Твари не сомневались в победе. За что и поплатились... Лобовая атака привела к уничтожению трех кораблей. К сожалению, на разворот потребовалось много времени. Крейсера противника рассеялись. Резко снизив скорость, насекомые ушли из гиперпространства. Догонять их мы не стали. Горги собирают силы возле Эдана.

– Отлично! – похвалил Храбров, садясь на мягкий стул с высокой спинкой. – Враг попытается удержать планету до подхода подкреплений. Медлить нельзя. Сколько у тварей судов?

– Точно сказать трудно, – пожал плечами полковник. – Наблюдатели обнаружили еще одну четверку крейсеров. Плюс трофейные корабли валкаалцев. По примерным подсчетам около двадцати целей. Но не исключено, что часть судов спрятана за Эданом.

– Риск в данном случае оправдан, – заметил русич. – Каковы наши потери?

– У «Келвита» разбиты головные боевые рубки и поврежден двигатель. Самое тяжелое положение на «Стайке», – проговорил Деквил. – Многочисленные пробоины, нарушена система гравитации, полностью уничтожены верхние надстройки. Погибло одиннадцать человек.

– Понятно, – задумчиво сказал Олесь. – Слушайте мой приказ. Я объявляю «Клосар» флагманом. «Лазан» и «Браст» немедленно возвращаются в гиперпространство. Им предстоит облететь систему и при обнаружении флота противника предупредить эскадру об опасности. «Келвит» и «Стайк» остаются возле астероида

и занимаются ремонтом. Всех десантников перевезти на поврежденные корабли.

– Но ведь это почти полторы тысячи человек! – вырвалось у аланца.

– Я знаю, – спокойно отреагировал Храбров. – В космическом бою толку от солдат нет. Так какой смысл понапрасну рисковать людьми? Они понадобятся при наземной операции.

– Вы собираетесь высаживаться на планету? – изумленно спросил командир судна.

– Почему бы нет... – вымолвил русич. – Вряд ли насекомые успели закрепиться на материках. Прежде всего, горги контролируют воздушное пространство. Мы уничтожим вражеские базы и лишим тварей стратегического преимущества. Остальное сделают сами эданцы.

– А если голубокожие существа на стороне противника? – возразил полковник.

– Сомневаюсь, – произнес Олесь. – Валкаалцы слишком горды и высокомерны. Отдельные предатели не в счет. Уверен, на планете нас ждет поддержка союзников.

– Будем надеяться, – едва слышно проговорил Деквил. – Иначе трибунала не избежать.

– Смелость города берет, – усмехнулся землянин. – Эскадра выступает ровно через час. Поторопите пехотинцев. Для внутренней охраны достаточно десяти человек.

В рубку вошла женщина-врач. Судя по синеватому оттенку кожи и светлым волосам, она родилась и выросла в подземной Тасконе. Медик бесцеремонно приподняла голову Храброва за подбородок, посмотрела на его разбитое лицо и с сочувствием в голосе сказала:

– Вид у вас далеко не блестящий. Синяки, ссадины, порезы. Наверняка есть легкое сотрясение мозга. Потерпите, сейчас поменяю повязку...

– Ничего не поделаешь, – вымолвил русич. – Рука у Карса тяжелая. Властелин не раз ударом кулака убивал противника. Силой мутанта бог не обидел. При желании майор может...

Олесь осекся на полуслове.

Господи, ведь Карса уже нет в живых. Преданный телохранитель и друг навсегда исчез в яркой вспышке двух взорвавшихся крейсеров. Еще одна невосполнимая потеря. Оливиец пожертвовал собой ради товарища. А ведь у властелина был шанс улететь с «Лаваля». Не захотел. Он поступил как мужчина, как воин.

Сердце сжалось от боли и тоски. В душе нарастал гнев. На Тасконе покоятся останки Дойла, Воржихи, Олана, Мелоун, Стюарта. На Алане похоронены Салан и Белаун. Сгорели в звездных кораблях де Креньян и Карс.

Кто следующий?

Смерть буквально шагает по пятам землянина. Ее коса уже зависла над Храбровым. Неужели спасения нет? Русич сдаваться не собирался. Драться надо до конца. Вестник прав – хотя бы не за себя, а за жену, сына, человечество. Мерзкие твари должны умереть. Никакой жалости! Идет большая игра. Любая пешка может стать главной фигурой.

Врач работала быстро и умело. Тщательно обработав раны, женщина снова забинтовала землянину голову. В ее пластиковом пакете лежала груда окровавленных повязок.

– Господин полковник, вам необходим отдых, – произнесла тасконка. – Несколько часов сна, плотный, калорийный обед и былые силы сразу вернутся. В противном случае...

– Искренне сожалею, доктор, – улыбнулся Храбров. – На войне некогда думать о здоровье. Вколите мне стимулятор. Я обязан продержаться как минимум сутки.

– Это очень большой риск, – заметила врач. – Сердце не железное. В таком состоянии легко сделать передозировку.