Развод. Без тебя будет лучше...
Шрифт:
— Милан, пойдем, — зовет меня Андрей. — Оставь его. Думаю, он хочет все хорошенько обдумать и принять верное решение, не так ли? — произносит он с давлением.
— Да, пойдем…
Только когда отходим подальше, и Андрей меня обнимает, позволяю себе тоже расплакаться.
— На апелляцию он собрался подавать, скотина! Гад! Опять затянуть хочет? Ну, сколько можно? Нам уже переносили заседание, чтобы примирились, по состоянию его здоровья…
Андрей меня обнимает и целует, успокаивает.
— Ты мне сейчас сердце разрываешь слезами. Не бери в голову
— А если подаст? — цепляюсь за Андрея. — Что, если подаст, Андрей?!
— Ты же слышала судью? Вас все равно разведут. Таков закон… — улыбается и целует, шепнув на ушко. — Призналась бы лучше, как сильно хочешь за меня замуж. Да?
Я улыбаюсь сквозь слезы.
— Выйдешь за меня? — предлагает напористо. — Все четко. Вас развели. Решение есть. Апелляция — дело десятое.
— Да. Да, я выйду за тебя…
— Вот и славно.
От слез я даже не разглядела почти ничего, но ощутила, как кольцо скользнуло мне на палец.
И потом я еще раз расплакалась, только теперь уже от счастья и надежды, которая несмотря ни на что, согрела меня.
***
Позднее
— Настя уснула, — отчитывается Аня. — Да, я ее искупала, надела пижаму, почитала сказку. Сонная такая, капец какой-то… Сама чуть не задрыхла, — зевает.
— Сладких снов вам, девочки. Люблю вас.
— Ага. Я тебя тоже. Все хорошо, мам. Отдыхай…те, — добавляет скупо и сбрасывает звонок.
Андрей терпеливо ждет.
— Как они?
— Все хорошо.
— Я рад… Иди ко мне, — зовет, сидя на кровати. — Красивая такая, сам себе завидую.
Мне не терпится вновь вернуться в его объятия.
Сегодня у нас небольшой праздник, романтический вечер на двоих с горячим продолжением.
Под жарким взглядом Андрея во мне снова разгорается желание, но я останавливаюсь в шаге от кровати. Потому что снова дал о себе знать телефон.
— Михаил. Вот черт, а… И отвечать так не хочется, ой.
— Ответь, — кивает Андрей. — И если он станет нести чушь, просто передай телефон мне, и я сам с ним пообщаюсь.
— Ладно.
Сердце все-таки замирает, когда я подношу телефон к уху.
— Алло.
Несколько секунд ничего не слышно, только горячее и тяжелое дыхание.
— Я не буду подавать апелляцию, — выдыхает Миша. — Прости.
Он так торопливо это выдохнул, что я не сразу поняла, послышалось мне или нет.
Но, главное, что он больше не хочет пытаться отравить нам с дочерями жизнь.
Надеюсь, его слова не разойдутся с делом.
Прижимаю телефон к груди и, закрыв глаза, отпускаю.
Окончательно отпускаю наше с бывшим мужем прошлое, чтобы сделать шаг вперед с сердцем, которое полностью будет открыто для новых отношений и любви…
Эпилог
Эпилог
Она
Спустя три года
—
— Давай, — соглашаюсь сразу же. — У меня сегодня день сумасшедший, рук не хватает. Помощь будет очень кстати.
Успеваю поцеловать старшую дочь напоследок, поблагодарив за помощь.
Мы с Андреем подали заявление в загс сразу после того, как я убедилась, что Миша не собирается подавать апелляцию после развода. Все-таки я переживала и боялась подвоха с его стороны, но все обошлось.
На свадьбе были только самые близкие, пышное празднество мы не делали. В моей жизни уже была одна довольно пышная свадьба, которая совсем не гарантировала то самое «вместе и навсегда». Вместо того, чтобы тратить миллионы на свадьбу, мы отправились в классный, дорогой отдых за границей и замечательно провели время, ни в чем себе не отказывая — ни в культурно-развлекательной программе, ни в шоппинге.
Некоторое время в браке с Андреем у нас не было детей.
Он полюбил Настю, и с Аней у них тоже сложились уважительные отношения без неприязни. Но я знаю, что он хотел бы иметь детишек от меня, и я тоже мечтала о сыне, расстраиваясь, что очередная попытка забеременеть не увенчалась успехом.
Гинеколог заверял меня, что и с одним яичником можно завести детишек, но каждая неудача лишала меня уверенности в том, что у нас получится.
И вот… долгожданная новость — я забеременела!
Моей радости не было предела. Андрей тоже едва не сошел с ума от счастья, но мы держали в секрете эту новость до определенной поры.
Плюс то время выдалось довольно переживательным для меня — наконец, состоялся суд на Ириной. Вскрылось много нехороших делишек, по некоторым обвинениям я выступала в суде, как один из свидетелей, пришлось пересекаться и с Михаилом. Он медленно, но все-таки шел на поправку. Ему дали условный срок. С дочками виделся по мере возможности, но не могу сказать, что он не видел жизни без них… Может быть, конечно, сыграло роль то, как старался Андрей, чтобы найти общий язык с дочерьми… Та же Аня, допустим, охотнее проводила время у любимых бабушки с дедушкой, чем с отцом, который на время стал просто невыносимым брюзгой…
Еще одним поводом для переживания стали мои собственные родители. Когда я бросила в сердцах, как бы они на улице не оказались после махинаций младшего брата, я на самом деле ничего такого им не желала. Не со зла же сказала, отнюдь… Однако когда мне позвонила мама в слезах, воя, что они с отцом на улице остались, и квартиру заберут за долги, она сказала, мол, вот ты и накаркала, язык твой…
Узнав, в чем дело, Андрей решительно избавил меня от влияния токсичных родственников… Не знаю, о чем он с ними говорил и в каких выражениях, но мама мне больше не звонила с претензиями и просьбами помочь. Теперь они снимают квартиру… Может быть, и думают, что с моей стороны эгоистично не помогать им с покупкой собственного жилья, но я точно знаю: дай им такую возможность, они снова все потеряют.