Реалист
Шрифт:
– Эт-то же Ашела!!! Почему великий герой сражается с нами? – крикнул один из офицеров, прежде чем упал на землю, судорожно сжимая рассеченную шею. Многих выбила из колее сама суть того, что сейчас им противостоял тот, кто когда-то помогал остроухим в войнах с демонами. Ашела Бесстрашный, как его прозвали, хоть и принадлежал Сагаю, но был готов помочь соседу, будь то приказ матроны, или собственная инициатива. А сейчас, перед разрушенными вратами донжона стоял совершенно другой человек. Который уже не принадлежал своему роду.
– Предатели. –
– Укараи, я хочу побыть с тобой после всего этого. – нежно прикоснувшись к чистому и печальному лицу молодой валькирии, Аварата одновременно издевательски уничтожала чувствительных (имеются ввиду мистики и волшебники) среди врагов. Смотря на свою изменившуюся подругу, полубогиня не ощущала одиночества или отвращения. В каком-то роде она даже радовалась, что ее любовь стала такой могущественной, но не охладела к собственной покровительнице. И все же...
– Немедленно прекратить!!! – наперед вышел высокий эльф, одетый в удобную и недлинную рясу. На его груди красовался символ церкви Великой Богини. Спрятанная под тканью инсигния слегка выпирала. Не говоря больше ни слова, инквизитор бросился на двух оккупантов. Его движения были отработанными и испытанными, потому сжатый кулак мог свалить с ног даже они. В нем также присутствовал ощутимый объем символов, способный разбить темную экранацию. Однако, сейчас удар намертво остановился, встретив твердый и сплошной щит из тусклого металла.
– Это все? – сей вопрос не имел издевательского подтекста. Контратака могла рассечь святоше шею вместе с хребтом, если бы не вовремя выставленный боковой блок.
“Ну и сила!” – пораженно подумал один из козырей фанатической религии, понимая, что его металлические перчатки не выдержат много столкновений с оружием противника. Проведя серию наступательных движений, остроухий понял, что с ним не сражаются, а сдерживают. Все, чем отвечал Ашела, были сильные выпады, призванные держать на расстоянии.
– Зачем ты стал на сторону зла?! – сцепившись с бывшим героем, инквизитор внимательно вгляделся в его кошачьи глаза. – Почему не помог нам, когда так нужен свету?!
– А что такое “свет”? – вопрос имел необычное значение. Он словно заставлял задуматься над собой.
– Уходим. – ментальный оклик пришел вместе с разломом, который поглотил волшебницу и воителя, моментально скрыв с глаз прибежавшей армии.
– Что произошло? А, не важно! Соберитесь и следуйте за мной! Нужно помочь Ее Важности! – выжившие построились, разбившись на поисковые отряды. Один за другим, они рассредоточились по замку, который теперь выглядел намного менее величественно, чем был. Вскоре послышался рог, и большинство прибежало к усыпальнице дочери Лиуднарта. К счастью, девушку ничто не ранило.
– Вы целы, Ваша Важность?! – оказалось, что она только что проснулась от шума. Да и
– Да, все в порядке. – имея те же особенности, что и отец, Калдара обзавелась большим животом, пребывая уже на конечной стадии беременности. Ее муж, второй сын Его Особенности, отправился на фронт, готовить войска к встрече с силами Эверисаммера. Сейчас он уже приближался к родному городу вместе с родителем. – Только вот...
– Пришлите медика! Ее Важности нездоровится! – дворец за несколько минут оцепили и избранные лекари приступили к осмотру королевской особы. Пока не услышали ее крик.
Совсем неожиданно у Калдары начались роды. Это не только переполошило порушенный город, но также заставило поднажать остальных важных особ. С тех пор, как это началось, прошло пять часов, и Орленус (сын Лиуднарта) вместе с королем прибыли в помещение.
– Ты цела, дорогая?! – напуганный вестями о нападении, наследник еле не выскакивал с седла лошади, на которой ехал. А когда бедное животное упало, покрытое пеной, он бежал без остановки еще пятьдесят километров.
– Да... кажется... – вся покрытая потом и белыми простынями, девушка очень тяжело дышала. Хотя в подобных происшествиях это не должно вызывать вопросов.
Сделав уже тысячное усилие, ей таки удалось родить. Маленький ребенок плакал, впервые показавшись на свет божественный.
– Какое прекрасное дитя... – в глазах особиста (монарха) исчезла та затравленность и страх, что мучили его последние месяцы. Столь радостное событие заставило беспокойное сердце забыть об ужасе и понадеяться на лучшее.
– А что это за черное пятнышко? – спросил принц, указав на животик младенца. Когда все склонились, чтобы присмотреться, точка внезапно расширилась до большого черного круга. Не дав опомниться, она разлетелась по розовой коже множественными ветвистыми татуировками, покрыв тельце с головы до пят.
– А... – таковым был последний звук, который издал глава Эльфийской Просопократии. Закричав, детеныш излил из себя невероятное количество смешанной синергии, который подействовал подобно бомбе. Яростная вспышка поглотила большую часть дворца, разрушив структуру, а обломки набрали скорость, сравнимую с болванкой, выпущенной из рельсовой пушки (около 1080 м/с), разламывая в хлам все, что становилось на пути. Все пожрала необузданная сила, собранная в невинном, но мертвом теле.
Месть владыки свершилась.
Неправильность почувствовалась юным полуинкубом еще за пределами стен Последнего Оплота. Позже “глаз-бионит” заметил аномальные завихрения, охватившие древнюю цитадель. Ускорив темп, он приказал приготовиться обоим компаньонам.
– Владыка!!! – рядом с ним поравнялись все элитные некоматы Хиланар. Их лица излучали тревогу и настороженность.
– Что произошло?! Вражеский легион?!
– Нет! На нас напали диверсанты! Одетые в темные латы с изображением трех колец!
“Неужели инквизитор Гвидоним и его свита?! Зачем?!”