Рефугиум

Faster

Договорив, он откинулся на все ещё разложенный спальник. Я тоже откинулся, но, прикрыв глаза, подумал, что сейчас все обсуждали поход на кластер внешников так, как будто вопрос решён, хотя по факту мы ещё даже не обговаривали это всей группой.

Глава 14

– Кто там спрашивал про дронов?
– медленно, вполголоса поинтересовалась Яся, как и все наблюдая за выходом колонны из ворот.

– Походу они всё-таки сильно всполошились, - добавил Сарыч.

Выход

в этот раз был организован иначе. Когда из проёма удалили последнее заграждение, наружу первыми вылетело два с половиной десятка дронов, которые кроме Ки никто не успел сосчитать, а затем выехала странная машина. Приплюснутая тарелка с огромным шаром наверху явно являлась разновидностью радиолокационной техники. Вместо колёс у неё были необычного вида гусеничные траки, по четыре с каждой стороны, как будто под неё запихали несколько обрубков снегоходов, только малость покрупнее. Я не был особым знатоком военной техники, но, судя по тому, что и напарник выражал крайнее удивление наблюдаемой конструкцией, я оказался прав в её необычности.

– Это ещё что за хрень?
– спросила Яся, когда странная машина, выехав, развернулась на месте и первой направилась вдоль зданий.

Никто не стал ей отвечать, да она и не требовала ответа, скорее выразив своё удивление таким образом. Последующая техника была уже более привычного вида: классические легкобронированные зенитные установки в количестве двух штук и виденные ранее внедорожники, а уж за ними пошли рабы, контролируемые погонщиками с двух сторон. Без подсчёта было видно, что погонщиков стало значительно больше, и это не преминула заметить Ки:

– Количество тех, у кого ошейник, отличается всего на три процента, надзирающих на двести, и внешников так же, - сухо констатировала она.

– Среди рабов, - начала Зуун, запнулась и продолжила: - есть владельцы развитых даров: вон тот, что идёт пятым от рыжего надзирателя, лысый с татуировкой на голове.

Я быстро отыскал взглядом указанного человека, но тому ещё до попадания в мою сферу нужно было пройти пару десятков метров.

– Засланный казачок?
– поинтересовалась подруга.

– Если так, то он такой не один, - добавила Зуун, начав их описывать.

Всего в колонне с ошейниками было пятеро тех, у кого имелся прокачаный дар, на том же уровне, что и у погонщиков. Такое развитие имело только одну причину, звавшуюся белым жемчугом, и вряд ли его бы стали тратить на то, чтобы получить иммунного раба. Вариант с понижением статуса или наказания я отбросил, поскольку слишком глупо делать раба из иммунного с раскачанным даром, гораздо надёжнее от него избавиться. Так что предположение Яси вполне обоснованно.

Практически у всех погонщиков имелся и второй, и третий, и даже больше даров, но они находились либо в зачаточном состоянии, либо в слаборазвитом. Складывалось впечатление, что они использовали только тот дар, который получили благодаря белому жемчугу, игнорируя развитие

других. По крайней мере, раньше я ни разу не видел такого дисбаланса, потому что те, кто умудряется выжить, попав в этот мир, хватаются за любой полученный дар, чтобы не погибнуть. Никому и в голову не придёт развивать только один, полностью забив на другие, даже если те бесполезные.

Но ещё больше вызывал вопрос тот, у кого развит дар пирокинетика, к нему не развитый сенсорный и дар ускорения. Не прокачивать такой комплект - это практически преступление, и есть у меня уверенность, что так бы подумал любой. А вот по остальным, тем кто в ошейнике, вопросов не возникло. Судя по всему, многие из них прожили далеко не год в Улье, но все имевшиеся дары были не развиты, и причина этого легко читалась: их прогресс пресекался со стороны надзирателей или внешников.

– Что скажешь?
– повернувшись к Зуун, спросил я, - на что она помедлила, но все же решила ответить.

– Я бы сказала, что у них нет знахаря, но точно знаю: это не так, я как минимум трёх с хорошо развитым даром видела, и поэтому у меня нет других предположений.

– Вы о чём?
– не оборачиваясь, поинтересовался Сарыч, его больше волновала техника, чем живая сила.

– Дары у тех, кто без ошейников, странно распределены: один развит хорошо, явно тот, что проявился после белого жемчуга, а остальные если есть, то вообще в состоянии зачатков или около того. Такое ощущение, что они им просто не нужны, а это не только странно, это глупо, - пояснил я.

– Как минимум, - ответил он, обернувшись, поскольку последний внедорожник скрылся за зданием, - а у рабов?

– У тех странных, кого Зуун выявила, так же как и у погонщиков, возможно, как предположила Яся, засланные казачки, ну или те, кто не угодил чем-то, у остальных все дары неразвиты. Я такое уже видел, помнишь, рассказывал про Око Пекла, но там была беда в том, что они много чего не знали и не имели средств к развитию даров. Когда мы их подтолкнули, они начали быстро прогрессировать, так что, думаю, здесь та же проблема: кто им будет давать горох и не дай бог жемчуг? Вряд ли, прокачавшись, они не захотят снять с себя ошейники, или ещё хуже, поквитаться с погонщиками и внешниками.

– Но они собирают жемчуг и потроха, - спокойно сообщила Ки.

– Собирают, - согласился я, задумавшись, - мне кажется, что сейчас мы видим всего лишь часть картины и пытаемся сложить мозаику, в которой не хватает нескольких важных элементов.

– Я с тобой полностью согласен, но предлагаю это обсудить уже там, - Сарыч махнул рукой в сторону стены, намекая на то, что нам пора, - за стеной, когда у нас будет надёжное укрытие.

Надобности спешить ещё не было, выставленный караул с внешней стороны стены только начал возвращаться. Наш план должен реализоваться, когда все хаотично движущиеся объекты разойдутся, и мы сможем перебраться через заслон.