Регина
Шрифт:
– Всё-таки у тебя есть парень, а ты отпираешься, - надула губки блонди.
Я вздохнула и ... ничего не сказала. Объясняй, не объясняй, всё равно все слышат только то, что хотят слышать.
– Идём к школе, - постановила я, и мы пошли.
– Кстати, а почему здесь нет людей? Пока мы шли ни одного не встретили?
– заметила наблюдательная Маша.
– Потому что здесь людей нет!- провыл голосом мультяшного монстра Игорь, девочки рассмеялись.
– Я имею в виду местных жителей, - уточнила Маша.
– Так день ведь. А мы ведём преимущественно ночной образ
Улица, по которой мы шли, не была мне знакомой, но выглядела довольно опрятно и не вызывала опасений. Я живу здесь без году неделя, поэтому в выборе дороги полностью положилась на парней.
Мы прошли через какую-то сквозную арку и неожиданно город, с его многоэтажными домами и чистенькими улицами, оказался позади, а перед нами раскинулись во всей своей красе трущобы старого квартала. Двухметровые кривые заборы надёжно скрывали от нас собственно дома, от которых виднелись только крыши, покрытые разномастным материалом. Тротуары пропали, не заасфальтированная дорога была вся в рытвинах и колдобинах, заполненных мутной вонючей жижей. У меня сложилось впечатление, что о канализации здесь даже не догадываются, а нечистоты выливают прямо на дорогу...
Моё предположение подтвердилось: на наших глазах за ворота вышла женщина с тазом в руках, бросив на оторопевших нас мимолётный взгляд, она выплеснула содержимое таза прямо перед нами. В нос ударил запах мочи и тухлой крови. Вот эту женщину точно никто бы не перепутал с человеком: звериные глаза, выпирающие скулы, обтянутые сухой, дочерна загоревшей кожей, из-под верхней губы торчат желтоватые клыки, а на руках здоровенные крепкий ногти. Ещё не когти, но уже не ногти.
Мы инстинктивно замерли в самых нелепых позах. Женщина бросила на нас ещё один взгляд, неожиданно начала втягивать воздух, было видно, как шевелятся её большие ноздри. И негромко зарычала. У меня заподкашивались ноги, Иришка подалась назад, широко раскрытыми глазами смотря на чудовище.
В голове билась единственная мысль: "Только не верещи, Иришка, только не верещи".
Тут блондинке что-то попала под ногу, она медленно опустила глаза. Под её ногой была большая полуобглоданная берцовая кость. Раздался дружный девчачий визг, и девчонки как полоумные рванули вниз по этой грязной улице, вместо того, чтобы вернуться в арку, через которую мы сюда пришли.
– Стойте!
– крикнула я и попыталась догнать перепуганных подружек, но куда там, они так ломанулись, что уже скрылись за поворотом, лишь по визгу можно было определить направление, в котором они удалялись.
Я пробежала немного и запыхалась. Да, больше не буду прогуливать физкультуру.
Я обернулась посмотреть, где парни и почему они не остановили девчонок, и нос к носу с толкнулась с страшной женщиной.
Я замерла, застыла, оцепенела. Стучало только сердце да дыхание вырвалось со свистом. Женщина не по-человечески вытянула шею и принюхалась ко мне, затем крадущимся шагом обошла меня по кругу, с шумом втягивая воздух и что-то ворча. Я так и стояла, боясь пошевелиться, лишь глазами отслеживала её перемещение. Она была выше
От неё воняло. Воняло смесью запахов протухшей крови, немытого тела и ещё каким-то звериным духом. Этот запах забивал нос и мутил сознание, внушая первобытный ужас. Я вспомнила про баллончик. Моя рука осторожно потянулась в карман за ним, тут я вспомнила, что оставила его в форме.
– Зельда, назад, - раздался властный голос, обладателя которого я готова была сейчас расцеловать.
Женщина заскулила и отпрыгнула от меня, ещё ниже пригнувшись. Астах (а это к моей вящей радости был он) рыкнул на волчицу, та обиженно заскулила и потрусила в сторону своего дома.
– О, Астах!
– я повисла на нём, ноги не держали, но он не дал мне насладиться чувством относительной безопасности, грубовато встряхнул меня.
– Регина, сейчас не время для обмороков! Где девочки?
– Там, - я махнула в сторону, которую они убежали.
– Мать вашу!
– выругался Астах.
– Чего вас сюда понесло?
Он достал телефон.
– Нет, не успею, - и засунул его обратно в карман куртки.
– Слушай меня внимательно, - он снова взял меня за плечи.
Я посмотрела на него. Ах, как красиво солнечный свет отражается в его глазах, делая их янтарными. Я невольно улыбнулась.
– Регина!
– рыкнул парень, приводя меня в чувство.
– Ты меня слушаешь?
– Да, - пробормотала я, уцепившись за его футболку, не хотелось, чтобы он уходил.
– Девочек надо выручать. Пока я буду тебя отводить домой, с ними может что-нибудь нехорошее случиться. Поняла?
Я печально кивнула.
– Их убьют?
– на опасение за подружек уже не хватало сил.
– Нет! Не перебивай!
– он подвёл меня к облезлому дереву и начал под моим ошалевшим взглядом раздеваться.
– Сиди здесь, - он бросил мне на руки куртку, - карауль мои вещи, - в меня полетела футболка.
– Тебя не тронут, - он снял кроссовки и принялся за ремень джинсов, посмотрел на меня и отвернулся.
– Я перекинусь, найду девочек. За тобой придёт Глеб, - ремень от брюк больно ударил меня по руке.
– Ты долго будешь пялиться на меня?
– спросил Астах, не оборачиваясь, стоя в одних трусах. Я сглотнула.
– Отвернись!
– рявкнул он, повернув голову.
Я крепко зажмурилась. Он подошёл, удобнее уложил вещи на моих руках.
Со смешком сказал:
– Я пошёл,- чмокнул в нос на прощанье и был таков.
Когда я открыла глаза, возле меня никого не было, и улица в оба конца была пуста.
Зазвенел телефон - Астаха. От неожиданности я подпрыгнула, чуть не уронив всё Астахово барахло на эту грязную дорогу. Удобнее перехватила вещи и, наконец, достала телефон из кармана куртки.
Звонил какой-то Второй.
– Где эта засранка?
– голосом Глеба поинтересовался таинственный Второй.
– Я ей дозвониться не могу.
Видимо засранка это я. Ну что ж он сегодня недалёк от истины: от близкого общения с той женщиной-оборотницей, я чуть не стала засранкой в прямом смысле слова.