Реликт (том 2)
Шрифт:
— Начинайте. Через пять минут я буду на месте, только по смотрю за сменой.
Драккар, управляемый К-мигрантом, не обманул ничьих ожиданий и вслед за коггами смены выписал аккуратную траекторию к спейсеру «Перун», словно всегда принадлежал команде погранзаставы. Пилот драккара, покинув борт машины в эллинге крупнотоннажного транспорта и не встретив препятствий, неторопливо направился к отсеку метро, одетый в синий стандартный кокос погранслужбы. Грехов узнал его сразу, наблюдая за коридорами по видеомонитору.
Войдя
— Не торопитесь, маэстро.
Гость стремительно обернулся, в руке у него сам собой появился «универсал». Но и у людей в отсеке тоже в руках были пистолеты, Один из них — Грехов — шагнул вперед.
— Здравствуй, Эрнест, бывший спасатель. Я почему-то так и думал, что это будешь ты.
— Как ты узнал? — спокойно сказал Эрнест Гиро. Грехов так же спокойно пожал плечами.
— Я знаю практически, каждый ваш шаг, за вами наблюдают мои друзья.
— Кто именно? — прищурился с иронией Гиро.
— Чужане. Спрячь оружие. Уйти отсюда на Землю тебе не удастся, а разговор с оружием в руках имеет несколько иной характер. К тому же в реакции я тебе не уступаю, и нас здесь двое.
— Второй не в счет.
— В счет, в счет, этот парень интрасенс и специально тренирован.
Гость подумал и спрятал пистолет, причем выглядело это так, будто пистолет исчез из его ладони. Универсал Грехова «исчез» подобным же образом, а его напарник просто прищелкнул свое оружие к поясу.
— Зачем вы пытаетесь попасть на Землю, я знаю, — продолжал Габриэль. — Ответь мне всего на два вопроса, и ты свободен.
Гиро, безуспешно пытавшийся прозондировать пси-сферу собеседника, вытянул губы трубочкой, словно собирался плюнуть, в глазах его проступило недоверие.
— Ты меня отпустишь?
— Мне твоя жизнь не нужна, мы не враги, как вы себе внушили. Вопрос первый: кто убил Вакулу?
Гиро помедлил.
— А если я?
— Твое алиби я проверил, не уходи от ответа.
— Мэтьюз Купер.
— Зачем?
— Физик подсказал идею Т-конуса и начал реализацию формулы, мы надеялись остановить работу в этом направлении.
— Оказывается, даже став сверхлюдьми, вы не в состоянии избежать ошибок, основанных на худших человеческих качествах: эгоизме, властолюбии, трусости и равнодушии. Понимаю, что решения вы принимаете коллегиально, однако прошу передать Куперу — я убью его. А также подумайте над предупреждением: каждый из вас, кто совершит убийство — из любых побуждений, будет уничтожен.
— Кем? — с пренебрежением спросил Гиро. — Оперативниками безопасности? Пограничниками?
— Мной, — сказал Грехов. — Вспомните Батиевского. Он тоже был уверен в своем превосходстве. Черт
— Я могу идти?
— Дима, пропусти его.
Демин в «бумеранге» отступил в сторону, Гиро медленно направился к выходу из отсека, задержался на пороге, оглядываясь.
— Отбой прикрытию, — тихо сказал Демин в усик рации. — Клиента проводить до его машины без шума.
— Почему ты с ними, а не с нами? Ведь ты тоже обязан всем Конструктору.
Грехов хмуро усмехнулся, разглядывая Гиро с видимым сожалением.
— Неизвестно, кто кому обязан больше. А почему с ними?.. Я, скорее, сам по себе, чем с ними, это будет точнее. Но с вами мне не по пути.
К-мигрант безмолвно исчез, словно растворился в воздухе Габриэль расслабился, отвечая понимающим кивком на взгляд Демина.
— Все правильно, Дима. Задержать мы его могли бы, удержать — нет. Надеюсь, некоторое время мы поработаем спокойно, хотя бдительности терять не стоит.
— Пойду сообщу Железовскому, — пробормотал пограничник, — и Эрбергу.
— Который час?
— Второй по средне-солнечному.
— Значит, ночь и там… Что касается командора — звони, он — твое непосредственное начальство, а комиссира-два не трогай, до семи утра хотя бы. — Грехов улыбнулся своим мыслям. — Этой ночью он, считай, родился снова.
— У него день рождения? — поднял брови Демин.
— Нет, но пусть хотя бы эту ночь проведет без тревог.
— Хорошо, — кивнул пограничник, ничего не поняв. — А вы сейчас куда? Извините…
— Я? — Габриэль снова стал прежним Греховым, мрачновато спокойным, скупым на слова и мимику. — Я на Землю. Держись, кобра, отдыхать тебе рано.
Смерть чужанина
Железовский прибыл на куттере погранслужбы в сопровождении шустрого, взъерошенного Шадрина, бывшего заместителя кобры-один Берестова.
Савич смотрел, как они вылезают: Железовский, несмотря на размеры и свои сто с лишним килограммов, спрыгнул на землю не менее ловко и проворно, чем малыш Шадрин.
Маяк границы, «открытый» Берестовым на Марсе, был уже оцеплен кибами погранслужбы, и возле него вырос небольшой городок исследователей объекта: три стандартных жилых купола, кессон, реактора и четыре конуса лабораторий. Сам «маяк» уже не был похож на изделие рук человеческих, голографический камуфляж выключили, а то, что пряталось под ним, больше напоминало двадцатиметровую этажерку, завернутую в ослепительно белую «авоську» с крупными неровными ячеями. На двух нижних полках этажерки, открытой со всех сторон, лежали два пятиметровых «булыжника» непередаваемо черного цвета.