Реликт
Шрифт:
Фон Раух кивнул.
— Значит, дройд проявил сострадание к несчастному, полуживому инсекту и защищал его?
— Нормально для машины серии «Хьюго». Не знаю, как там у них с состраданием, а вот оказание помощи нуждающимся в ней…
— Людям, — перебил его фон Раух.
Замятин пожал плечами.
— Кто знает, каким путем пошло саморазвитие машины после активации третьего уровня программной свободы? Если верить насекомому, дройд помогал всем. Он организовал там, на дне, что-то вроде островка безопасности.
Фон Раух невольно покосился на объемное изображение человекоподобной машины.
«Интересно, как он ее обеспечивает?» — невольно возник мысленный вопрос.
— Мы уклонились от темы, — вслух произнес хозяин магазина. — Почему инсект считает, что его неминуемо ждут карательные санкции
Замятин широко улыбнулся.
— Бытие определяет сознание, — философски изрек он. — Думаю, на дне найдется достаточно людей, способных объяснить начавшему осознавать себя ксеноморфу, что с ним сделают, когда узнают о причастности к тем событиям.
— И он решил сдать своего спасителя, верно оценив его потенциальную стоимость?
— В этом виноват сам дройд. Насколько я понял, он не раз упоминал в присутствии инсекта, что для большинства людей является лишь вещью, жестянкой, ценность которой в данный момент определяется исключительно древностью.
— Откуда ты все так хорошо знаешь?
Александр лишь пожал плечами.
— Телепатический контакт — понятие всеобъемлющее. За одну минуту можно получить максимум информации. Желаете попробовать?
— Нет, — отрезал фон Раух. — Уволь.
Он ненадолго задумался, а затем добавил:
— Меня интересует андроид. Саша, он стоит бешеных денег, и я готов взять тебя в долю. Это удача, которая выпадает один раз в жизни.
Замятин с сомнением покачал головой.
— Рискованно. Дройд давно не вещь, он мыслит, а третий уровень программной свободы дает ему внутреннее право на самозащиту.
— Струсил?
— Нет, — ответил Замятин. — Всего лишь обозначил степень риска.
— На то есть современные средства борьбы с машинами, — ворчливо отозвался фон Раух. — Я торгую артефактами.
— То есть нам нужна только оболочка?
— Да. Механизм, маркированный клеймами земных заводов, с инвентарным номером, который, без сомнения, отыщется в декларациях груза колониального транспорта «Кривич». Я знаю как минимум десяток коллекционеров, которые заплатят очень большие деньги за подобный уникум. И никому не нужно, чтобы он шатался по комнатам, создавая постоянную угрозу своей непредсказуемостью.
— Понял, — лицо Замятина просветлело. — Это уже проще. А как быть с нашим «торговцем»?
— Пусть сначала приведет нас к машине. Скажи, что я отправлю его хоть на край Вселенной, если он не солгал.
— А конкретнее?
— Сначала дройд. Потом все остальное. Так и передай.
— Хорошо, попробую.
— Займись этим и объясни нашему гостю, что некоторое время ему придется посидеть взаперти. А я пока сделаю пару звонков.
Фон Раух дождался утверждающего кивка, затем отключил интерком и погасил голографическую сферу.
У него уже начал складываться в голове план предстоящих действий.
Замятин даже не подозревал, о каких деньгах идет речь.
Машины серии «Хьюго БД-12» проектировались исключительно для использования в колониях.
Именно исходя из предвидения экстремальных условий, в которые попадут поселенцы, большинство «фирм-отправителей» старались снабдить колониальные транспорты универсальными, похожими на людей машинами, в пропорции один к трем — то есть на троих покидающих Землю колонистов приходился как минимум один робот серии «Хьюго».
Каждый андроид снабжался пакетом программ, которые позволяли ему действовать на трех разных уровнях свободы.
Первый являлся стандартной программной оболочкой для бытовой машины. При активации робот годился для выполнения любых хозяйственных работ, с полным запретом самостоятельных действий и жестким регламентированием ситуаций, когда его деятельность могла представлять угрозу для окружающих.
В первом состоянии такие машины были идеальными слугами и разнорабочими, послушными, эффективными и туповатыми.
Второй уровень программных оболочек включался автоматически, в случае если от людей не поступало никаких команд на протяжении стандартного земного месяца. Для совершившего посадку колониального транспорта это был критический отрезок времени, в течение которого исчерпывались все бортовые энергоресурсы.
Данный уровень
Третий уровень программной свободы мог быть включен только человеком, путем ручного ввода команд со встроенного пульта программатора. Его включение активировало все процессорные и программные возможности андроида, а кроме этого жестко привязывало его к определенному человеку или группе людей, которых он был обязан защищать при любых обстоятельствах. Всего блок идентификации дройда серии «Хьюго БД-12» мог хранить от одного до пяти образцов ДНК и связанных с ними образчиков голосового ряда для распознавания речевых команд. Находясь в состоянии третьей степени свободы, андроид мог исполнять любые функции, начиная от посадки цветов, уборки помещений и заканчивая убийством любого существа, включая физическое уничтожение других людей, если они прямо угрожают жизни его хозяина.
Оставшиеся на Земле разработчики отдавали себе отчет, что колониальные транспорты, покидающие Солнечную систему, несут на борту отнюдь не спаянные общей идеей коллективы единомышленников. Триста тысяч человек, отобранных по принципу: «заплатил и полетел», являлись разношерстной массой индивидуумов, большинство из которых вряд ли знали друг друга при жизни на Земле, и в таких условиях после посадки космического корабля в неизвестном мире, среди чуждой и агрессивной природы, очнувшиеся от криогенного сна люди могли повести себя самым непредсказуемым образом.
Именно исходя из таких соображений создавались и программировались андроиды серии «Хьюго». Земные разработчики пытались создать идеальную для выживания связку «человек плюс робот», когда даже отдельные, малочисленные группы поселенцев, отколовшиеся от основного коллектива вместе с принадлежащими им андроидами, могли бы противостоять любым мыслимым опасностям неведомых планет, включая и гибельные ситуации, возникшие в результате противостояния отдельных человеческих групп…
Воздух был застойным, в нем витал запах едкой бетонной пыли.
Он нес воспоминания, воздействовал на сенсоры, но мысленные процессы, медленно протекавшие в сознании андроида, не окрашивались эмоционально. Он не умел чувствовать так, как чувствуют люди. Его саморазвитие достигло предельной отметки и остановилось у незримой черты, не в состоянии двигаться дальше.
БД-12 был замурован в тесном помещении, но за века заточения не предпринял ни единой попытки выбраться из-под руин здания. Он давно понял, что не может развиваться дальше — город сомкнулся над ним, оставив устаревшую модель андроида, давно утратившего своих хозяев, на дне.
Существование без смысла, бесконечное накопление данных об окружающем без потребности в их обработке. Цивилизация ушла вперед, машины стали более совершенными, у них появился новый программный язык.
Смысл существования канул в Лету, никто не нуждался в его услугах, не просил о помощи.
Андроида это не задевало. Он давно, еще до катастрофы, замуровавшей его в тесном помещении, научился сторониться людей, проявлявших очевидную алогичность по отношению к нему. Войдя в энергосберегающий режим, он впал в полный стасис.
Будущего не предвиделось, прошлое потеряло смысл, и он не видел ни способа, ни причины, чтобы прорвать порочный круг небытия.
Все изменилось внезапно, ранним утром, когда над заливом Эйкон еще плавали перистые полосы тумана.
Глава 3
3803 год Галактического календаря.
Нулевой уровень Раворграда.
Пять часов утра…
— Вау!.. Чудовище… Монстр!.. — Восторженное восклицание превратилось в сдавленный шепот.