Реликварий
Шрифт:
– Того растения, без которого не мог прожить Музейный зверь? – спросил Хорлокер. Марго напряглась, ожидая услышать в голосе шефа саркастические нотки, однако ни сарказма, ни иронии она не уловила.
– Да. Но теперь я думаю, что растение служило не только источником питания Мбвуна. Если я не ошибаюсь, оно несет в себе реовирус, способный вызывать морфологические деформации у принимающих его внутрь существ.
– Ну-ка, еще раз, – попросил Уокси.
– Проще говоря, вызывает физические изменения. Уиттлси – руководитель экспедиции – видимо, употребил растение в пищу. Возможно, это произошло случайно,
Фрок судорожно вздохнул. Никто не произнес ни слова.
– Знаю, что в это трудно поверить, – продолжила Марго. – После уничтожения зверя мы пришли к совсем другим выводам. Мы решили, что Мбвун – всего лишь зигзаг эволюции, а растение ему необходимо для того, чтобы выжить. Мы предположили, что после того, как экологическая ниша зверя оказалась уничтоженной, он отправился в музей вслед за сохранившимися растениями. Волокно растения было использовано в качестве упаковочного материала для артефактов, собранных экспедицией и отправленных в Нью-Йорк. Позже, когда чудовище потеряло доступ к растению, оно стало пожирать ближайший заменитель – человеческий гипоталамус, который, как мы определили, содержит те же гормоны, что и растение. Но, как я теперь считаю, мы в то время совершили ошибку. Зверь был претерпевшим чудовищную деформацию Уиттлси. Я также полагаю, что Кавакита нашел правильный ответ. Грегори, видимо, обнаружил несколько растений и приступил к их генетическому изменению. Думаю, что он надеялся избавиться от всех негативных последствий, связанных с его потреблением.
– Расскажите им о наркотике, – попросил д’Агоста.
– Кавакита выращивал растения в большом количестве, – сказала Марго. – Возможно, что из него производился очень редкий искусственный наркотик (кто-то говорил, что препарат носит название «глазурь») – впрочем, в последнем я не уверена. Это очень мощное наркотическое вещество и сильнейший галлюциноген. Кроме того, препарат является носителем вирусов. Кавакита, видимо, продавал его группе избранных потребителей, скорее всего с целью собрать средства, необходимые для дальнейших исследований. Но в то же время он проверял результаты своей работы. Нет сомнения в том, что в какой-то момент он употребил растение в пищу сам. Это объясняет те резкие изменения, которые наблюдаются в структуре его скелета.
– Но если это растение – наркотик или как его там – имело такой ужасный побочный эффект, зачем Кавакита принял его сам? – спросил Хорлокер.
– Не знаю, – мрачно ответила Марго. – Возможно, он продолжал совершенствовать препарат и решил, что негативный эффект уже устранен. Кроме того, он наблюдал положительные аспекты приема наркотика. В данный момент в моей лаборатории проходят испытания этого вещества. Мы ввели наркотик лабораторным животным – в первую очередь белым мышам – и в одноклеточные организмы. Моя ассистентка Дженнифер Лейк в данный момент проверяет результаты.
– Почему я не был поставлен в известность?.. – начал Уокси.
– Если бы у тебя было время заглядывать в ящик с входящей почтой, то ты бы заметил, что мы письменно сообщали тебе о каждом нашем шаге, – перебил его д’Агоста.
– Хватит, – поднял руку Хорлокер. – Лейтенант, мы все знаем,
Д’Агоста сел на место. Марго еще никогда не видела его в такой ярости. Казалось, он считает всех присутствующих, включая себя, виновными в подземной трагедии.
– В данный момент мы оказались в чрезвычайно сложной ситуации, – продолжал тем временем Хорлокер. – Мэр не слезает с меня, требуя действий. А теперь, после этой резни, к нему присоединился и губернатор. – Он вытер платком лоб. – Ну хорошо. По словам доктора Грин, мы имеем дело с группой наркоманов, наркотики для которой поставлял ученый Грег Кавакита. В данный момент Кавакита мертв. Не исключено, что преступники потеряли источник снабжения. Возможно также, что они свихнулись. Правонарушители обитают глубоко под землей, в так называемых Тоннелях Астора, которые, по словам д’Агосты, заброшены много лет назад в результате затопления. Теперь, страдая от абстиненции, эти люди утратили разум. Лишенные наркотика, они вынуждены питаться человеческим мозгом. Подобно Мбвуну – Музейному зверю. Отсюда и все недавние убийства. Прошу привести факты, подтверждающие эту теорию. – Он обвел взглядом присутствующих.
– Растение Мбвуна обнаружено в лаборатории Кавакиты, – сказала Марго.
– Большая часть преступлений совершена в местах, расположенных над Тоннелями Астора, – добавил д’Агоста. – Пендергаст это четко показал.
– Весьма спорное доказательство, – вставил Уокси.
– А как насчет многочисленных утверждений подземных жителей о том, что Чердак дьявола с недавнего времени заселен? – спросила Марго.
– Неужели можно верить шайке бродяг и наркоманов? – тут же задал риторический вопрос Уокси.
– С какой стати они станут врать? – возмутилась Марго. – И кому лучше знать истинное положение дел, как не им?
– Хорошо, хорошо! – Шеф снова поднял руку. – Перед лицом только что приведенных фактов мы вынуждены согласиться с моей гипотезой. Никаких иных версий не предложено. Власти нашего города требуют немедленных действий. Не завтра, не послезавтра, а сейчас же. Не-мед-лен-но!
Фрок негромко откашлялся. Это был первый звук, который он издал за довольно продолжительное время.
– Слушаем вас, профессор, – произнес Хорлокер.
Фрок неторопливо выкатился вперед.
– Прошу простить мой скептицизм, но я нахожу все эти домыслы несколько фантастичными, – начал он. – Они представляются мне всего лишь экстраполяцией разрозненных фактов. Впрочем, с полной уверенностью я утверждать это, естественно, не могу, поскольку к последним исследованиям не привлекался. – Он с мягким укором поглядел на Марго. – Но, как правило, самое простое объяснение и есть наиболее правильное.
– И в чем же состоит это простое объяснение? Поделитесь с нами, умоляю, – вмешался д’Агоста.
– Прошу прощения, лейтенант. Я вас не понимаю, – кисло протянул Фрок.
– Помолчи, Винсент, – распорядился Хорлокер.
– Я допускаю, что Кавакита работал с растением Мбвуна. И у меня нет оснований сомневаться в утверждении Марго, что восемнадцать месяцев тому назад мы совершили ошибку. Но разве мы располагаем фактами, подтверждающими существование наркотика, или сведениями, говорящими о его распространении? – Фрок развел руками.