Релокант
Шрифт:
— Что такое? — не поняла меня она.
— Как выглядят? Опиши.
— Да красавчик такой блондинистый, высокий, накачанный…
— Да срать я хотел на этого щегла, ты бабу опиши!
— Хм… Ростом с меня, грудь третьего размера, лицо такое… одухотворённое, брови широкие, на шее родинка, в веснушках вся. Волосы каштановые, каре…
— Охренеть… Вот это я джек-пот поймал… Где вы, говорите, находитесь? — посмотрел на Анжелу в упор.
— А ты что, красавчик, решил к нам в гости зайти? Так закрыты мы! Чем ты слушал-то? Пока правила новые
— И всё-таки, на будущее, так скажем.
— Ищи районный центр культуры по улице Советской. Семьдесят седьмой дом. Ну и там… прилегающее здание.
— Спасибо, красавица, — широко улыбнулся, сияя всей душой.
В этот момент из кабинета выскочил взмыленный парень и задал Анжеле тот же самый вопрос.
— Да вы что, сговорились? — вылупилась она, продиктовав тот же самый адрес.
— Спасибо, красавица! — кивнул ей парень и убежал.
— Какой-то вечер комплиментов… — засмущалась леди, заёрзав на месте. — Так, что там тебя интересовало, красавчик?
— Хм, да в общем-то… — договорить не успел: из кабинета выскочила предводительница бабьего бунта и громко хлопнула дверью.
— Ну что там, Оксан? — в делегата от партии возмущённых со всех сторон полетели вопросы.
— ДА НАХРЕН ЭТИХ ИМПОТЕНТОВ! Задолбали! Ждём эту суку! Будет очная ставка! — с горечью заявила глава профсоюза ночных бабочек.
— Я бы ей все волосы повыдирала! — предложила одна возможный вариант беседы на очной ставке
— И ногти поотрывала бы! — подтвердила намерения первой вторая.
— Да её саму под два десятка кабелей кинуть на двенадцатичасовую смену! Чтоб ощутила, падла, что такое тяжёлая работа! — справедливо заметила третья.
Я дёрнул за рукав мою собеседницу, решив задать ещё один очень волнующий вопрос.
— Слушай, не удивляйся только моему вопросу, ок? Что случилось с беременными после перехода в новый мир?
— А? Да ничего. Всех беременных Система этой радости лишила. И правильно сделала — нечего с пузом гонять, пытаясь выжить. Даже те, кто на сносях были, с огромным обвисшим животом переместились, но без дитя под сердцем. Одна баба, правда, не выдержала, с окна прыгнула… Но это единичный случай.
— Спасибо.
Дверь снова открылась, и оттуда показалась взъерошенная женщина, которая будто только из восьмидесятых прилетела, даруя миру моду на бигуди.
— Ещё на приём есть?
— ЕСТЬ! — разом гаркнули мы с Николаем.
— Кто? — обвела глазами присутствующих владелица гнезда на голове.
— Артель «Лесные Рейнджеры», — отозвался глава объединения
— По какому вопросу? — безэмоционально продолжила она.
Тут я придержал Николая и встал сам.
— По вопросу ограбления со стороны «Саблезубых».
— КАКОГО НАХРЕН ОГРАБЛЕНИЯ?! — с той стороны двери прорычал голос, и баба-гнездо скрылась внутри кабинета, уходя с пути прущего бульдозером мужчины. — Я СПРОСИЛ — КАКОГО НАХРЕН ЕЩЁ ОГРАБЛЕНИЯ?! КТО
— Ну я. А ты чё, и есть тот самый глава бандитов, что меня на бабки кинуть решил? А ну зашёл внутрь, крикун. Сейчас порешаем, кто кому и сколько должен.
— Имя назови, борзый!
— В душе не гребу, какое у тебя имя. Погоняло знаю — Тень. А по всем остальным вопросам обращайся к своим сучкам Серому и Ворону. И скажи спасибо городской страже, иначе я бы их прямо на улице выпотрошил, — ответил ему спокойным голосом, двигаясь в сторону кабинета.
Лучшая защита, даже в словесной дуэли, — нападение. И пусть я слегка приукрасил возможные последствия, эффект стал только лучше. Такого напора и спокойствия этот увенчанный системной бронёй и оружием мужик не ожидал и замялся. Этого хватило, чтобы дойти до двери и оказаться прямо напротив него.
— Предпочитаешь говорить в кабинете? Или на улице, как и твои беспризорники оборзевшие? — очередной вопрос с подвохом, да при свидетелях, в любом случае был ударом по репутации.
Вот только какую репутацию он хотел получить? Дипломата или бунтаря. А с учётом того, что шёл я на приём не к нему, это роняло его авторитет ещё и в глазах босса.
— Заходи. И не дай бог ты хоть что-то соврал. На главной площади четвертую.
— Даже если бы соврал — не смог бы. Пока ты в кабинетах да в барах сидишь, я убиваю тварей, которые тебе только в кошмарах снятся. Радуйся, что по просьбе пары людей я решил уступить собственным принципам и идти договариваться.
Понты, понты, понты… Как же от них тошнит. Правда, видеть в глазах оппонента зарождающееся сомнение весьма приятно. Странно, но раньше я так не делал. Интуиция подсказывает, что это подарок от способности Обманщика. Блеф — дело такое… Рискованное.
— Долго стоять будете? Входите оба, — прозвучал звонкий бас по ту сторону двери, и мы шагнули внутрь.
Уже закрывая дверь, краем уха услышал реплику одной из бабочек в сторону Оксаны: «Видела? Какой крутой! Я даже завелась немного, если бы они ещё и подрались…»
Понты, как оказалось, действуют не только на противников, но и на свидетелей. Главное, чтобы понт не сдулся. А проще всего удержать его, воплотив в реальность. В моей голове уже созрел план на это питерское отделение эскорта и его работниц…
— Ну, чего припёрся? — спросил глава города, оценивая взглядом мой прикид, после того как я скинул у стены рюкзак и положил на стол неподалёку оружие, до этого висевшее на поясе.
Женщина из восьмидесятых тут же описала всё имущество, сложенное на столе и упорхнула в отдельную подсобку.
— Мне описывали тебя как грамотного мужика, а не как идиота, хамящего с порога. — прищурил я один глаз и начал провокацию.
— И они не ошиблись. Что, в гости ко мне пожаловал ещё один соло-выживальщик, готовый нагнуть мир? Сколько вас таких за последние три дня было, представляешь? — сходу заявил он мне, частично попадая в цель.