Реми
Шрифт:
— Мне нравится все, что ты со мной делаешь.
Я опускаю голову и кусаю ее возле плеча, сладкие гладкие изгибы ее ягодиц в моих руках, когда она опускается все ниже и ниже. Она пытается опуститься на последний дюйм, и я останавливаю и поднимаю ее так, чтобы облизать ее сосок.
Я вылизываю его долго и детально, затем дую на сморщенный кончик. Ее глаза открываются от удивления, она вздрагивает и начинает двигаться напротив меня.
— Ремингтон, — умоляет она, опуская бедра к моей эрекции.
Я переворачиваю ее на спину.
— Что ты хочешь?
Щеки
— Я хочу своего мужа, — говорит она, скользя пальцами по моей груди. — Прямо сейчас. Всего его.
Хватаю ее ноги и развожу их и наклоняюсь, влажное место между ее ног сводит меня с ума. Но сначала я провожу губами по ее бедру, чтобы поцеловать шрам на ее колене, затем двигаюсь ртом обратно вверх.
— Ты хочешь его член, но как насчет его языка. — Мой рот парит над ее киской, и я облизываю влажное место.
Она выдыхает мое имя и сжимает мой затылок.
— Да, — выдыхает она, постанывая.
— Где ты его хочешь, — бормочу я, скользя пальцем в ее трусики, а затем и в влагалище, двигая ее клитор кончиком языка, и между нами только эта тонкая влажная ткань. Ее складки гладкие и набухшие. Я ввожу один палец, затем два, работая языком на ее клиторе. Она кончает, и мои пальцы становятся влажными, я вытаскиваю их и даю ей облизать.
С голодным звуком, она толкает меня на спину. Я охотно падаю и притягиваю ее на себя. Оседлав меня, она стонет от контакта нашей кожи. Она трется влагалищем по моему члену через нижнее белье и ласкает пальцами мою грудь. Я стону и сажусь, чтобы сжать ее грудь в руке, первобытное желание завоевать ее, перевернуть и трахать берет надо мной верх. Я переворачиваю ее, затем протягиваю руку между нами, чтобы поиграть с ее киской, когда я облизываю один сосок. Ее вкус так хорош, как и запах, и я прижимаюсь головой к ее шее, и делаю вдох, когда ее бедра широко разведены подо мной. И я приоткрываю ее белье так, что могу дразнить ее складки головкой своего члена.
Она снова стонет и покачивает бедрами.
— О да, — ее ноги раздвигаются шире подо мной, манят меня. Она наклоняет бедра и вжимает ногти в кожу моей спины. — Реми, — говорит она мне на ухо, благоговейно, будто я ее бог и это, мы, здесь, является нашей церковью.
— Мы занимаемся любовью всю ночь, — говорю я ей, смотря в ее лицо и потирая головкой своего члена ее мягкую кожу.
— Всю ночь, — соглашается она.
Хватая кружево между ее ног, я разрываю ее трусики.
— Я направляюсь внутрь тебя.
— Да.
Я поднимаю вверх ее руки и вхожу внутрь.
— Внутрь своей жены.
— Да, — выдыхает она в мое ухо, вздрагивая, когда я наполняю ее.
Направляя ее за бедра вниз, я стону и начинаю двигаться в ней, наши тела горячие, скользкие от пота. Она стонет, я стону и пульсирую внутри нее, наши тела двигаются вместе, быстро, желая большего, шлепаясь, когда она опускает бедра, а я толкаюсь, желая быть настолько близко, как могу.
Облизываю ее ухо, шею, затем ее соски, по одному за раз, мои руки поднимаются ее по бокам, ее пальцы
«Я люблю тебя», выдыхает она.
«Нет, черт, нет, я люблю тебя.»
Она мечется и вздрагивает подо мной, кончая быстро и сильно, и когда ее киска сжимает мой член, я начинаю эякулировать внутри нее, сжимая руками ее дрожащее тело и позволяя ей взять меня с собой. Я мягко стону в ее шею, кусая изгиб ее шеи, когда я кончаю внутри нее в третий раз, и она стонет от удовольствия, пока мы оба не насыщены и тяжело дышим, мой язык потирает место, которое я только что укусил.
Я передвигаюсь, чтобы убрать с нее свой вес, когда она шепчет:
— Не выходи. Пожалуйста. Ты мне нужен во мне.
Я поворачиваюсь на спину и тяну ее с собой, она вздыхает и прижимается ко мне, переводя дыхание, когда я скольжу рукой по ее телу и к ее попе. Наклоняю ее голову назад носом, бормоча:
— Я все еще хочу тебя, — и когда она поднимает взгляд, я целую ее, двигая руками ее попу, раскачивая ее на члене.
Издав гортанный звук, она хватает меня за волосы и жадно запускает свой язык к моему, начиная качаться на мне.
— Правильно, детка, — напеваю я, хватая ее за бедра и двигая ее к себе, посасывая ее язык, покусывая ее нижнюю губу. — Правильно, возьми меня, оседлай меня, покажи мне, как сильно ты во мне нуждаешься.
Она садится и раскачивается на мне сильнее, и я поднимаюсь, чтобы полакомится ее грудью и сжать ее ягодицы, когда она азартно двигается на мне.
— Реми, — выдыхает она, и я знаю, что она уже близко. Она горячая, влажная и чертовски тесная на мне, и я издаю стон, когда мое тело напрягается и удовольствие накапливается у основания моего позвоночника.
Я проникаю языком в ее рот с сильным стоном, и мы целуемся и ласкаем друг друга, пока не кончаем. Когда она расслабляется, то все еще держит меня внутри, прижимаясь лицом к моей шее, а я прижимаюсь носом к ее волосам и вдыхаю ее аромат. Мы некоторое время не разговариваем, но в этом и нет необходимости. Я знаю ее, а она знает меня. Я внутри нее, а она держит меня. Наши тела говорят это громко и ясно.
Некоторое время мы молча лежим в кровати. Брук попеременно целует мою шею и дразнит кончиком пальца вокруг моего соска, в то время, как я вдыхаю запах ее волос и шеи, и молча ласкаю свою маленькую петарду.
НАСТОЯЩЕЕ
СИЭТЛ
БРУК
На следующее утро я просыпаюсь прижатой к его твердому телу и его запах так соответствует ему и только он заставляет меня так чувствовать себя, и я осознаю, что до сих пор не показала ему его свадебный подарок. Живот скручивает от нервов и волнения. Бабочки порхают внутри.
Рядом с ним у меня всегда внутри бабочки.
Я чувствую себя девственницей каждый раз, когда он прикасается ко мне, целует меня и занимается со мной любовью.