Рэп для мента
Шрифт:
Лиза почти не понимала, что говорит развалившийся в кресле двойник, перед ее глазами появлялись то улыбающееся лицо Романа, то черный дым над горящей заправкой. Он сгорел в огне…
Какая страшная смерть! И теперь Лиза никогда не увидит его, не обнимет…
И его песни будут звучать только с дисков, которыми будут бойко торговать расторопные дельцы, для которых смерть артиста — всего лишь удачный повод поднять тиражи.
Лиза подняла глаза на злорадствовавшего Батурина. Что он такое несет?
— … дурачок, что ли? Нет, красотка, —
Вдруг дверь с грохотом распахнулась и на пороге показался Арбуз.
— Трахни себя, — сказал он и по-хозяйски неторопливо вошел в номер.
Следом за ним вошли четверо широкоплечих суровых мужчин с поломанными носами и мятыми ушами. Увидев их, Костян сжался и прилип к стулу, а Батурин умолк на полуслове и смертельно побледнел.
— Ну что, тварь, отпелся? — ласково спросил Арбуз. — Ну-ка, подай мне вон то кресло!
Батурин торопливо вскочил и поставил перед Арбузом кресло.
— А сам отойди в уголок и стой там, пока тебя не позовут, — Арбуз оперся рукой на спинку кресла и посмотрел на растерянную Лизу. — А что это вы тут рассопливились, позвольте вас спросить?
— Миша! — Лиза вскочила с дивана и, бросившись к Арбузу, повисла у него на шее. — Миша! Вы еще ничего не знаете? Роман погиб, он умер! Сгорел на бензоколонке!
Тут Лиза зарыдала в голос, а Арбуз, крякнув, погладил ее по голове и осторожно усадил на диван.
— Как это сгорел? — удивленно спросил он.
Лиза подняла на него полные слез глаза и, шмыгая носом, произнесла прерывающимся голосом:
— В газете написано… А этот подонок еще радуется…
— А он больше не будет радоваться, — заверил Лизу Арбуз.
Взяв газету, он начал внимательно читать статью, а Лиза в это время, утирая слезы, взглянула на неподвижно стоявших в стратегических точках комнаты силовиков Арбуза. За плечом одного из них маячил какой-то малоприятный незнакомый тип с мерзкими молдавскими усами. Лица его Лиза не разглядела из-за слез, да и не до того ей было, чтобы разглядывать каких-то совершенно не нужных ей людей.
— Ну что же… — сказал Арбуз, закончив чтение, — грустная статья, ничего не скажешь. На, Ромка, почитай!
Он протянул газету стоявшему у двери молдаванину, а Лиза, с удивлением посмотрев на того, кого Арбуз назвал Ромкой, почувствовала, как комната поплыла перед ее глазами. В человеке, который одними только своими усами вызвал у нее чувство неприязни, она с удивлением узнала Романа.
Чаша переживаний оказалась велика для Лизы, и она потеряла сознание.
— Ну вот, сомлела, — усмехнулся Арбуз, — эх, бабы…
Роман, посмотрев на Лизу, лежавшую на диване с закрытыми глазами, перевел взгляд на прилипшего к стене двойника и, поморщившись, сорвал крепко приклеенные усы.
— Ну что, пидар, узнаешь? — спросил он и шагнул к Батурину.
— Я… На эту тему не со мной! — торопливо забормотал тот, вжавшись
— С ними мы еще разберемся, — кивнул Арбуз, — но ты ответишь в первую очередь.
Он повернулся к Роману и спросил:
— Как там Жеглов сказал? С солдатом вражеской армии все просто, он воюет с оружием в руках, и его вина не требует доказательств, вроде так?
Снова взглянув на двойника, Арбуз сказал:
— Вот ты и пойман на месте с поличным, гнус! И еще девушку обижаешь… Ты ее вроде трахнуть хотел вместе с этим уродом? — Арбуз бросил взгляд на Костяна. — Встань, козел, когда о тебе говорят!
Костян вскочил со стула, и Арбуз недобро усмехнулся.
— Ты, я вижу, парниша конкретный… Ну что же, значит, и ответишь конкретно. По понятиям.
Костян опустил глаза, боясь посмотреть на Арбуза.
Он гораздо лучше Батурина понимал, что за человек стоит перед ним, и понимал, что в его жизни настали плохие времена.
Роман подошел к Батурину и спросил:
— Ну как, хорошо звездой быть? И деньги хорошие, и девок невпроворот… А?
И неожиданно ударил двойника в голову.
Удар пришелся в левый висок, Батурин замычал, поднял руки к лицу, потом безвольно уронил их и сполз по стене на пол.
Роман несколько раз пнул его, а Арбуз, снисходительно усмехнувшись, сказал:
— Ты бы вообще-то девушкой занялся, Тайсон недожаренный. С этими уродами успеется…
Роман неохотно отошел от неподвижного тела Батурина и посмотрел на Лизу.
— Так… — озабоченно сказал он, — тут нужно мокрое полотенце.
И добавил:
— А мне — бутылочку пива. Чтобы рука верная была…
Ангар — изделие военное.
Но, если очень хочется, то можно приспособить его к любым гражданским нуждам. Например — устроить в нем колхозный рынок или, например, фестиваль поп-музыки. Или выставку современной скульптуры, которая с легкостью превращается в тематическую конференцию «Творчество душевнобольных».
Однако вор в законе Виктор Касторов по прозвищу Бритва рассудил, что нездоровая суета вокруг принадлежащей ему недвижимости ни к чему, поэтому авиационные ангары, которых Бритва по случаю откупил ровно восемь штук, ничем не привлекали к себе внимания — как стояли тридцать лет, так и стоят — обычные алюминиевые сараи за колючей проволокой, только очень большие.
Когда-то Бритва был простым и скромным карманником, неизвестным никому, кроме корешей и оперов, а ангары принадлежали авиационной части и охранялись как зеница ока, то есть — зрачок глаза. Но все меняется в этом мире, и Бритва стал смотрящим по Волгограду, а ангары потеряли краснознаменную невинность и перешли в собственность Бритвы. Новый владелец пока еще не решил, как с наибольшей пользой распорядиться доставшейся ему по дешевке собственностью, и использовал ангары от случая к случаю — как придется.