Репетиция
Шрифт:
Заледеневшие пальцы плохо гнулись, и Джиллиан никак не удавалось попасть ключом в замок зажигания. С шестой или седьмой попытки, несколько раз уронив ключи под сиденье, ее старания увенчались успехом
— Ну милая, ну пожалуйста, — молитвенно шептала женщина, — не подведи меня.
Ключ повернулся в замке зажигания с едва различимым щелчком — тишина.
— Господи, — пробормотала Джиллиан
Мотор чихнул, в недрах автомобиля, что-то булькнуло, заскрежетало, машина дернулась еще раз, недовольно рыкнув, и ровно загудела, заработавшим двигателем.
Джиллиан облегченно выдохнула, распрямляя, напряженную спину, положила руки на руль, вернее вцепилась в него, как в последнее средство спасения
Седан, показав характер норовистого жеребца, встал, как вкопанный, встретив на своем пути какое-то непонравившееся ему препятствие. Вежливая и хорошо воспитанная, выдержанная Джиллиан в сердцах выругалась такими грязными словами, о существовании которых в своем лексиконе даже и не подозревала. Женщина опешила, мысленно повторив, то, что секунду назад выкрикнула во весь голос. Ужаснулась, но неожиданно стало легче.
Промучившись несколько минут, Джиллиан была на грани истерики, готовая кричать и топать ногами, поняв, что самостоятельно ей не выбраться. Эта чертова машина застряла намертво, не желая слушаться незадачливого водителя. Проехав немного вперед, содрогаясь от отвращения, стуча зубами от холода, Джилл открыла дверцу машины, перегнулась через порог, рискуя вывалиться и искупаться в снежной грязи, шарила рукой под днищем, пробуя на ощупь обнаружить, что же там такое попало ей под колеса. Оказывается, когда машину кружило по дороге, в дьявольском танце, а затем выбросило на обочину в сугроб, она по инерции перелетела передними колесами, через ограждающий бордюр. Это, пусть не очень высокое сооружение в содружестве с мокрым снегом и водой стало преградой на пути к свободе. Джиллиан простонала в отчаянии, и в хорошую погоду на сухом асфальте, при солнечном свете она с трудом могла переползать через такие зловредные ограждения. Тяжелая машина, с низкой посадкой, не любила лихих акробатических трюков.
Но сдаваться не в правилах Джиллиан, она с упорством раскачивала машину взад, вперед, ей казалось еще немного, еще чуть-чуть… но мощный и скоростной седан, словно издевался над ней, вступив в сговор со злыми силами, почти выехав колесами на бордюр, замирал, вздыбившись. Двигатель ехидно мурлыкал. И машина вновь ухала носом в огромную лужу, подкидывая в воздух и забрасывая на лобовое стекло комья грязи и ошметки мокрого снега.
Борьба оказалась неравной, Джиллиан искусав губы в кровь, измученная и взмокшая от усердия откинулась на спинку сиденья, глотая злые слезы.
— Ну ты и гад, — гневные слова слетели с языка. А память насмешливо подсказа. Машинку то ей помогал выбирать Кэл. И кому было адресовано это неласковое обращение, Джилл не могла определить. Скорее всего, и к мужчине и к автомобилю.
Ее начал беспокоить след от ремня безопасности, осторожно обследовав раненое место, Джилл поняла, что кровоподтек стал опухать и малейшие прикосновения к воспаленной коже, отдавались острой болью, которая растекалась по всему телу.
Джиллиан потрясла головой, хотелось плакать, но слезами помочь себе она не могла. Но и сидеть в машине, ожидая чуда, не было смысла.
Как ей не хотелось вылезать под дождь и мокрый снег, но пришлось. Одно, давно не дающее покоя и усиливающееся с каждой минутой желание, требовало немедленного исполнения. Заодно можно осмотреться, чтобы понять, где же она застряла. Выбираясь из машины Джиллиан, случайно провалилась ногой в ледяную воду, взвыла от неожиданности,
Вокруг была непроглядная тьма, пустынная улица, без видимых признаков жизни.
Постепенно глаза привыкли к темноте, и Джилл смогла рассмотреть место своего случайного визита. Совсем рядом шумел вечерний город, можно было расслышать рев проезжающих машин, рассмотреть отсветы рекламных огней, окрашивающие снежную хмарь в нежные почти неразличимые полутона. А здесь стояла тяжелая кладбищенская тишина, и живая струящаяся вокруг, затягивающая в себя темнота, и лишь небольшой круг тусклого света ближних фар, попавшего в капкан авто, отвоевывал у тьмы небольшую частичку мертвого мира.
Машина стояла в нескольких ярдах от забора, ограждающего заброшенную стройплощадку. Высокая бетонная стена, разрисованная граффити, чернела на фоне мрачного затянутого тучами неба. Она тянулась в обе стороны, исчезая в пелене снега, переходящего в дождь. Джиллиан стояла, съежившись и засунув руки в карманы пальто, снежинки падали на окаменевшее лицо, медленно тая. От охватившего женщину ужаса стало жарко, а по спине скатывались капельки холодного пота. Проехав еще пару ярдов, она не избежала рокового столкновения. Между стеной и машиной, на расстоянии вытянутой руки уродливой громадой высился покореженный грейдер, его задранный над землей ковш, ощерившись острыми, похожими на зубы краями, замер на уровне лобового окна. Он бы с легкостью снес крышу машины, а заодно и голову Джиллиан. Необычайно яркая картинка, раскрашенная преимущественно в кроваво-алые тона предстала перед ее внутренним взором.
Женщина закрыла руками лицо, подавив крик — страшная и нелепая смерть, она так близко подобралась, но ей не хватило самой малости, чтобы прихватить с собой Джиллиан, дав ей время исправить все совершенные ошибки и доделать, отложенные на потом дела.
Трясясь от холода и страха, Джиллиан нырнула в нагретое нутро машины. Неловко хлопнув дверцей, чуть не прищемила себе ногу, и не похоронила туфлю, зацепившись высокой шпилькой о порог.
Мягкое сиденье упруго спружинило под спиной, принимая женщину в свои объятия. Мотор довольно урчал, с еле слышным шелестом работал климатконтроль, включенный на максимум. Подставив руки под струю обжигающего воздуха, желая как можно скорее согреться, Джиллиан взмокшая от пота, дышала тяжело и часто, словно только что пробежала марафон, тело подрагивало, желудок сжимали тошнотворные спазмы. Заглянув в глаза смерти, пока лишь, случайно перебежавшей ей дорогу, Джиллиан понимала, что страстно желает жить и все случившееся сегодня, ее ссора с Кэлом, показались столь мелкими и незначительными, что окажись он сейчас рядом, она сама бы попросила прощения, лишь бы только быть с ним вместе.
Прикрыв глаза и упираясь затылком в подголовник, сквозь прищуренные ресницы Джиллиан смотрела в потолок. Нервный смешок, был ответом на любопытное открытие. Оказывается, тиснение на обивке салона было в виде мелких снежинок. Проездив на машине более года, Джилл так и не обратила внимания на эту деталь, и вряд ли сделала это после, если бы не события этого длинного, снежного дня. Мелочь, а Джилл смогла немного отвлечься от мрачных, тянущих мыслей. Но сосредоточится на чем-то одном все равно не получалось, в голове все смешалось, короткие отрывочные воспоминания о прошедших годах жизни, мелькали, как яркие стеклышки в калейдоскопе. Сменяя друг друга, без какой-либо системы. Это походило на беспорядочное переключение каналов в радиоприемнике — то веселая музыка, то новости, то спортивный комментарий… Джиллиан оказалась в тупике, она не знала, что ей делать.