Репетиция
Шрифт:
Пальцы руки Кэла ожили и прошлись по ее щеке, задержались на подбородке, погладили ее шею, плечи, скользнули о ложбинке между грудей и опустились до талии. Приятная тяжесть мужской руки, замершей на животе, вызвала дрожь. Ощутив нетерпение, ладонь скользнула ниже и, накрывая всей пятерней мягкий шелковистый островок внизу живота, надавила на лобок.
Джилл невольно приподняла бедра и согнула ноги в коленях, несколько раз развела и свела их, как бабочка крылья. Кэл подавил довольный смешок, его рот повторил очертания ее грудей, небольших идеальной формы, упругих, как у юной девушки. Потерся подбородком о нежные куполообразные холмики.
Джилл тихонько простонала,
Обхватил губами затвердевший бутон, пощекотал его языком, глубоко вбирая в рот, бережно перекатывая языком. В то же время рука Кэла, прогулялась по внутренней части бедра Джилл, пройдя, дразнящее и нежно по развилке между ног, подхватила ягодицу, приподнимая чуть выше, а затем весомо легла на промежность Джиллиан, вызвав нетерпеливое протяжное «оууу». Пальцы Кэла оказались около входа во влагалище, мягко стимулируя его, пока не погрузились в выступившую смазку .Увлажнившись сделали несколько кругов, подобрались и смачивая поиграли клитором, ответно начавшим набухать, выступая из своего нежного укрытия, вызвав новый прерывистый вздох у Джиллиан и заставив ее непроизвольно податься бедрами вперед, навстречу ласкающей руке, выгибая спину и запрокидывая голову.
Будто покорившись ее настойчивому желанию, средний палец вернулся ко входу во влагалище, осторожно проникая внутрь. Сначала на одну фалангу, обводя по кругу внутренние стенки уже набухшей, но еще достаточно узкой дырочки, затем медленно погрузился на всю длину. Теперь рот и рука Кэла работали едином ритме, губы слегка посасывая, вбирали в себя затвердевший, вытянувшийся сосок, прижимая его языком к небу, а палец одновременно проникал все глубже в разгоряченную плоть, нежно поглаживая влажные стенки и очень осторожно прикасаясь к выпуклости шейки матки. Дыхание Джилл становилось все чаще, движения Кэла быстрее и резче, пока палец не перестал доставать до заветной точки, заставив Джилл дернуться и приподняться, пытаясь глубже насадиться на ставший слишком коротким, дразнящий палец. Замотать головой, обиженно простонав .
Кэл снова поцеловал ее, не замечая недовольства, потом прижался лицом к ложбинке между грудями, Джилл моментально почувствовала, как электрический ток пробежал сквозь ее тело, при прикосновении его жесткого, колючего подбородка к ее подернутой испариной чувствительной коже. Желание Джилл росло и, поймав руку Кэла, она положила ее на низ живота, покрытый влажными от любовной росы мягкими волосками. Его ловкие и чуткие пальцы вновь начали исследовать ее лоно, нащупали заветный нежный бугорок клитора, задрожавший в ответ на его прикосновения.
– Кэээл,— простонала Джилл,— Кэлл,— в ее тихом протяжном голосе было столько мольбы и нетерпения, что мужчина, разведя влажные складочки, несколькими точными движениями подвел ее пиковой точке. Заставив Джилл громче застонать, она с силой свела бедра, сжимая
Дождавшись, пока волны захлестнувшего ее наслаждения утихнут, чувствуя лежащего рядом теплого, как печка Кэла, Джилл прошептала ему на ухо, щекоча дыханием взмокшую шею
– Знаешь эта ночь …Словом, для меня она была первой более чем за год
Кэл изумленно встрепенулся, но ничего не сказал, прижимая ее к себе и укрывая разгоряченное тело одеялом.
– А ты…— начала было Джилл, но замолчала, громко сглотнув, поняв, что чуть не сморозила глупость, спросив его почему, он остался в стороне, уделяя внимание только ее персоне, — а ты говорил полчаса,— пробормотала она, лениво пошевелившись,— сколько еще осталось
– Достаточно,— он поцеловал ее макушку. Ему было приятно, что смог доставить удовольствие Джилл и был сражен ее тактичностью и пониманием, радовался, что она не заострила внимание на его не состоятельности. Не удивлялась и не спросила «почему».
– Разбуди меня, через пару минут, — она приподняла голову, и усиленно борясь с закрывающимися веками, сонным голосом спросила,— Кэл, скажи мне, я уже сплю и мне все приснилось?
– Надеюсь, что нет, милая
– Если я сплю, ущипни меня, чтобы я проснулась,— пробормотала она, падая на подушку
Перевернувшись на живот и обхватив ее руками, Джилл, повертела головой, ища более удобное положение, и замерла, отключившись от реального мира. Только едва слышное дыхание шевелило упавшую на лицо прядку волос.
– Милая,— негромко позвал ее Кэл, легонько тряхнул за плечо
– Ммммм— промычала она в ответ, еще глубже зарываясь носом в подушку и крепче ее обнимая.
И дело было не в том, что лежащий рядом мужчина и его объятия мешали и были неприятны, просто она не привыкла во сне чувствовать кого-то рядом и инстинктивно отстранилась от помехи. Ведь даже живя последние годы в вполне счастливом, на посторонний взгляд , браке в Джилл с мужем четко делили постель на две половины ее и его, и лишь в редкие минуты близости двуспальная широкая кровать становилась их ложем, ложем медленно умирающей любви.
Опираясь щекой на ладонь Кэл смотрел на безмятежно спящую Джиллиан, он предполагал ее утреннее недовольство – она же хотела покинуть его дом, а сама спит, как младенец, даже негромко причмокивает во сне. Кэл убрал с лица женщины заблудившийся пушистый локон и поцеловал в кончик носа. Джилл издала тихий протяжный звук, сморщилась и расплылась в довольной улыбке. Ей спилось, что-то очень приятное.
У Кэла до сих пор кружилась голова от близости Джиллиан, дурманило голову от теплого женского запаха. Он столько раз видел ее спящей. И неудобно скорчившуюся за рабочим столом, положив щеку на клавиатуру ноутбука, когда ее срубала усталость после многочасовой нудной работы над отчетами. Уютно свернувшуюся в уголке дивана, убаюканную забойным триллером, что они смотрели втроем с Эмили по ДВД. Засыпающую на сиденье машины, во время долгой поездки и неловко клюющую носом, повисая на ремне безопасности, сердито отрицающую, что ужасно хочет спать. Но сейчас она ровно дышала, лежа у него под боком, согревая дыханием его плечо. Было в этом нечто особенное, была такая огромная разница, что Кэл почувствовал, как защемило у него в груди, и сбился с ритма пульс. Пусть она сейчас спит в обнимку с подушкой, но он понимал, что это временно. И если он не упустит шанс, сделает все верно, не испортит своей ужасной привычкой давить на Джилл, то скоро, очень скоро, она будет спать в его объятиях, утыкаясь не мягкий халлофайбер, а ему в грудь.