Репетиция
Шрифт:
— Не стоит так рисковать.
Лицо Кэла оказалось настолько близко от лица Джиллиан, что она чувствовала тепло его щеки. Губы мазнули, по ее рту, обжигая, когда Лайтман произнес сакраментальное «Милая». Джиллиан, хватала ртом воздух, кипя от негодования. Ей не хватало дыхания. Но вырваться не пыталась.
Они замерли в странной позе распятия, соприкасаясь щеками. Ничего не говоря, набираясь сил для решающего сражения.
Джилл слышала тяжелое с хрипом, дыхание Кэла, оно согревало ее ухо и висок, шевелило тонкие волоски на шее. Пальцы Лайтмана не хуже стальных наручников, все крепче сжимали хрупкие запястья, ажурный браслет, украшающий правую руку, впился в кожу, но боль оказалась
Их тела неумолимо сближались.
На долю секунды Джиллиан получила свободу, но тут же ладони Лайтмана легли ей на плечи, скользнули по шее, и пальцы запутались в волосах. Кэл привлек ее к себе, впиваясь жадным ртом в ее полуоткрытые губы, с силой засасывая их.
Пускаясь во все тяжкие, Кэл ожидал, что Джиллиан начнет вырываться, протестуя. Попытается освободиться и, в конце концов, все же залепит ему пощечину. Но вместо этого, она подалась к нему всем телом, теплые мягкие губы послушно разомкнулись, и Джилл безропотно впустила себе в рот страждущий язык Кэла. В свою очередь, пробираясь ласковым язычком ему между зубов и нежно проводя им по небу, так, что у Кэла голова закружилась от наслаждения. Поцелуй непозволительно затянулся. Лишая их ощущения реальности и унося на вершину блаженства. Они на несколько минут отдались во власть тщательно скрываемых и подавляемых желаний. Но слишком быстро опомнились, возвращаясь на грешную землю.
Почти теряя сознание, Джиллиан оперлась руками об стол. Ноги дрожали и подгибались в коленях, внутри все вибрировало, чувство потери чего-то важного и разочарование, что поцелуй так быстро прервался ослепили. На глазах выступили слезы сожаления, губы горели, остывая, лишившись сладостного контакта. Джилл не могла и представить себе, что так среагирует на дерзкий поступок Кэла. По всем правилам приличия, надо «отблагодарить» его пощечиной, а она была готова броситься ему на шею и вернуть поцелуй с не меньшей страстью и силой. Если бы Кэл мог заглянуть ей в глаза, то увидел бы в них страх, остатки недавнего гнева и желание. Не смотря на грубость и беспрецендентную наглость Кэла Джилл было хорошо рядом с ним. И как, оказалось, приятно чувствовать его руки, его тело, вкус его губ…и все еще ошеломленная поцелуем, подумала «Что же творится в этом мире? — признаваясь себе, — Я хочу, хочу его».
А вслух сказала
— Как это понимать? — Задыхаясь и судорожно ловя ртом воздух, еле шевеля онемевшими от поцелуя губами.
Она не успела заметить, когда Кэл отпустил ее и как оказался в противоположном конце кабинета. Джилл видела его четко очерченный силуэт на сером фоне окна, ссутулившиеся плечи взъерошенный затылок, опущенной головы.
— Репетиция, если хочешь тренировка, — его голос звучал глухо, с хрипотцой. Кэлу не хватало духа повернуться и посмотреть Джиллиан в глаза. Все что случилось сегодня было непозволительно и слишком хамским, даже для него. А поцелуй? Не так он представлял их первый настоящий поцелуй. С чего бы все не началось, но более настоящего жадного, требовательного поцелуя придумать нельзя. Они не сфальшивили ни на ноту, терзая губы друг друга. Упиваясь ворованной близостью.
Кэл не сожалел, но раскаивался, что не смог держать себя в узде. Слишком близко она была, слишком нежно пахла, слишком… Но, Джилл не заслужила такого отношения, он должен подойти к ней подставить обе щеки. Хорошие затрещины — это самое легкое наказание, что он заслужил, издеваясь над женщиной. Черт побери!!! Любимой и желанной.
Он знал, что насмешливые слова, ранят Джилл и разобьют вдребезги ту хрупкую связь, что породил поцелуй. С новой силой оттолкнут их друг от друга. Но все равно сказал, а теперь ждал ответа.
—
— Нашего ночного свидания.
— Ам, ам, ам.— Джил потеряла дар речи от такого заявления
— Ты не о том думаешь.— Кэл, стряхнул оцепенение, сковавшее его тело, и вальяжной походкой, не вынимая рук из карманов, пересек кабинет, вновь оказываясь в непосредственной близости от Джилл. Она даже и не пыталась отстраниться. Без слов, уселась на краешек стола, склонив голову к плечу, вопрошающе смотрела на Кэла широко распахнутыми, полными слез глазами. Только не это!
Кэл не любил женские слезы. Скорее он им не верил. Слишком часто эти прозрачные капельки, так красиво сбегающие по нежным щечкам, всхлипы и жалобные взгляды оказывались притворными и насквозь фальшивыми.
Он не любил, когда плакала Джиллиан.
Сразу же появлялось желание сгрести ее в охапку, крепко прижать к себе, подхватить на руки и долго-долго убаюкивать. Она никогда не использовала свою слабость, как оружие, не пыталась что-то доказать или получить при помощи слез. Джилл всегда была честна в проявлении своих эмоций, по крайне мере с ним.
Чтобы не поддаться искушению и не броситься ее утешать, обвиняя себя во всех прошлых и нынешних грехах, Лайтман отошел в сторону, глядя через плечо, как Джиллиан украдкой смахнула сбежавшую слезинку и попыталась улыбнуться.
— Что ты задумал? — слова прозвучали излишне равнодушно. Джилл с трудом подавила обреченных вздох.— Кэл. Я не желаю ввязываться в твои авантюры.
— Даже, если это дело на миллион долларов
— Хоть на сто. Сто миллионов. — Она спрыгнула со стола и направилась к выходу. Видеть и выслушивать бредни своего друга Джиллиан не собиралась. А сила ее влечения к нему пугала женщину. До сих пор где-то внизу живота танцевали и били крылышками те самые бабочки, о которых так части пишут в любовных романах. Впервые в ее жизни. Так требовательно. Джилл все еще находилась под властью неожиданного, лишившего ее привычной уверенности и равновесия поцелуя. Возбуждающего. И такого сладкого все еще отдающегося дрожью во всем теле. Сознание раздвоилось. Сделать вид, что ничего не произошло, принять его доводы за истину, а поцелуй посчитать обычным «рабочим моментом» или же попытаться доказать Кэлу, что она не послушная игрушка в его руках и ему нужно вести себя по осторожней не зарываясь, а такие шуточки с ней не прокатят.
— Стой! — крикнул Кэл ей в след, — Мы сегодня идем в ночной клуб.
— Размечтался, — небрежно бросила она в ответ, даже не поворачивая головы, решив не заострять внимания на случившемся, но все же замедлила шаг, раздумывая.
— Ты мне нужна, — незнакомые умоляющие нотки в голосе Кэла, охладили ее пыл.
Джиллиан повернулась к нему лицом, понимая, что еще немного, и она в очередной раз сдастся. Он умело манипулировал ею, зная слабые места женщины. И эта мольба в его устах хорошо продуманная игра, не более. Но Джилл так хотелось верить. И тем более Кэла не переделаешь и не перевоспитаешь. Она уже пробовала — бесполезно.
— И какая же роль уготована мне в этот раз. — Она сделала пару шагов ему навстречу и пытливо всматривалась в его лицо. — Проститутки? Да? Судя по твоей репетиции, я окажусь в твоей компании не в качестве друга и коллеги.
— Почти угадала, — Кэл чмокнул губами, изобразив одну из своих фирменных гримас, — моей сексуально озабоченной подружки.
— Ооооо, как интересно! — Джилл ткнула Лайтмана ладонью в грудь, — ни за что! Я больше не собираюсь играть роли в твоих каверзных играх. Кроме одной единственной — доктора Фостер. Говоря эти слова, она была в них абсолютно уверена.— Никаких игр!