Реплика
Шрифт:
– Не дадут, - наконец-то вставил Меньшиков. Вспоминая, сколько эгоцентризма и самомнения было только у Беляева и всю бюрократическую машину страны в целом, Жека не сомневался – Саня прав. А Саня, тем временем, продолжал:
– Ты, полковник, не представляешь, сколько ресурсов я могу достать из разломов. Научить людей это делать. Я уже молчу про…
Саня прикусил язык. Его понесло и он чуть не сказал то, чего не стоило. Он зло дышал и смотрел на Плотникова, мир которого если не перевернулся, то точно дал трещину. Всегда веруя в свое государство, он все же понял, что парень отчасти прав. Если всё так, как
– … У тебя уже разлом двадцать пятого уровня, а лучший феникс страны всего двадцатого. А я тебе так скажу, их уже хотя бы сотня двадцатых должна быть. Чувствуешь масштабы проблемы через полгода? Да вы столько прорывов не удержите.
Саня замолчал. Жека, раскрыв рот, пытался переварить информацию, которой получил за минуту больше, чем за полгода закрытия разломов. Плотников смотрел как Соколов встает и одевается в заранее приготовленную для него одежду и думал. Затем, приняв решение, сказал:
– Хорошо. Я понял. Но ты должен пойти мне навстречу, Саша. Из-за того, что я не донёс о тебе Беляеву, он угрожал мне трибуналом. И если я вас с Меньшиковым к нему не привезу, трибунал мне точно светит. Если ты такой… положительный, я хочу попросить вас отправиться со мной. А там, в кабинете Беляева, я встану на вашу сторону. Стой! – полковник поднял руку, не давая Сане сказать, - я понимаю! Всё понимаю. Но прошу. Дай нашему правительству шанс, хорошо? Ведь ты даже не пробовал.
Саня перевел взгляд на Жеку. Тот хмурился и отрицательно мотал головой. Но Соколов, который искренне хотел верить офицеру, сказал:
– Хорошо.
***
Когда Плотников доложил Беляеву об успехе своей мини-операции им выделили военный самолет. Парни только и успели, что впихнуть в себя какой-то больничной, но вкусной еды и сели в машину. Вот здесь язык у Меньшикова и развязался.
– А демоны в разломах, это прислужники Сатаны? Люцифер и все дела?
– Нет, - Саня улыбался, - считай их просто отдельной расой.
– А какой максимальный уровень?
Посчитав, что эта информация не такая уж скрытная, Саша ответил:
– Сотый.
– Сотый!!! Сотый уровень? Ты серьезно? Но ведь у меня максимальный навык на тридцатом уровне! - Жека в нетерпении дергал ногой. Саня же приложил палец к губам, дернув бровями в сторону сидевшего на переднем сидении Плотникова.
Меньшиков изменился в лице, кивнул и тут же задал новый вопрос:
– Почему я не вижу твой интерфейс?
– Все просто. Я его прячу. Небольшая плюшка как столпу мира.
– Кому?
– Я являюсь столпом мира. Плотникову это я, кстати, рассказывал уже.
– И что делает столп мира?
– Как раз то, о чем я говорил в палате.
– А-а-а, у меня мысли в голове разлетаются, - Жека ощущал какую-то эйфорию, будто запустил на компе свою любимую игру.
– Мы обязательно поговорим, Жень. Не торопись, ладно?
Саня понимал, что вываливать всё не стоит. Голова лопнет. Внезапно в разговор встрял Плотников:
– Саша, - полковник взял характерную паузы, указывая на серьезность своего вопроса, - я прошу тебя вести себя очень спокойно у Беляева. Поэтому у меня вопрос… Что ты планируешь делать, если
Парень мгновенно ответил:
– Знаешь, полковник. Я расскажу тебе о себе кое-что. Когда наш университет накрыло разломом биомассы, я всю ночь гулял. Был с похмелья, клеил очередную девчонку. Знаешь, как меня называли? Блин, это как будто в прошлой жизни было, - Саня хохотнул.
– Как? – Плотников решил подыграть.
– Ловелас. Представляешь? Помнишь, как я выглядел у тебя на кухне? Похож был на ловеласа?
– Кстати, я хотел спросить про твое лицо…
– Это неважно. Так вот, ловеласом меня звали из-за моих успехов у девушек. А потом одна на острове отшила. Почему-то очень я её запомнил. Но сейчас не об этом, - голос Сани стал на полтона ниже, посуровел, - и за эти полгода на острове, полковник, я прошел через такое, чего не пожелаю никому на этой планете. Я испытал все виды боли, а количество отродий, которые пытались меня убить, невозможно посчитать. И вот я вернулся сюда. На Землю. И никакой я больше не ловелас. И девушки меня не интересуют… Вроде. А знаешь почему?
– Ну? – Константину явно не нравилось, как с ним говорил Соколов.
– А потому что если я не сделаю то, что должен, это всё придет сюда, на Землю. А поскольку я еще живой, то снова переживать тот ужас не хочется. И не хочется, чтобы хоть кто-то пережил. Поэтому, отвечая на твой вопрос. Если что-то пойдет не по плану, я сделаю всё, что запланировал. И ни ты, ни Беляев, ни правительство мне не помешают.
Жека восторженно зааплодировал и засмеялся, но Саня резко повернулся и влепил тому подзатыльник. Это было настолько неожиданно, что Меньшиков даже не разозлился. Скорее удивился. Он уставился на однокурсника охреневшим взглядом:
– Ты че?
– А, по-твоему, я говорил сейчас о чем-то смешном? Ты тоже заруби себе на носу, хочешь играть в серьезные игры – соответствуй. И внимательно слушай о каких серьезных вещах идет диалог. Смеху здесь не место.
Жека не разозлился. Та сила, которая сейчас смотрела на него сквозь Сашкины глаза, отрезвила Меньшикова. Впервые за полгода он почувствовал если не страх, то опасение. Поэтому кивнул, почувствовал легкую несправедливость и отвернулся.
Довольный результатом, Саня замолчал. Хоть поступать так с Жекой не хотелось, но, если он хочет, чтобы однокурсник покорно вступил в его ряды – ставить на место нужно сейчас. Соколов лишь надеялся, что больше этого не потребуется. К Жеке он относился хорошо, но гонор лучшего феникса страны нужно было сбивать. Потому что теперь он просто хороший солдат. А лучший в России – Александр Соколов. И было очень важно, чтобы все это уяснили.
Они приехали к военному аэродрому. Выходя из машины, Саня, пытаясь смягчить ситуацию, спросил:
– Жек, ты, наверное, богатый теперь очень. Поможешь с жильем? – и искренне улыбнулся. А Женька испытал какое-то новое чувство. Ему захотелось помочь и услужить Сане, так, чисто по-дружески. Еще он всегда знал, «хочешь быть сильным – общайся с сильными». Наверное, оригинал звучал как-то иначе, но этот вариант подходил.
– Да, конечно, братан. Люксовую квартирку тебе найдем! – Он смело закинул Сане руку на плечо, а тот и не был против. Так, обсуждая будущее жилье, они сели в самолет, который очень скоро доставил их в Екатеринодар.