Решала
Шрифт:
Из этих соображений наличие дома готовой к близости женщины, – вещь крайне удобная.
Что интересно, между собой Аристократы спариваются только для продолжения рода. А для удовольствия всегда ищут простых людей. Вроде бы, только так могут сами ощущать в полной мере кайф.
Поначалу меня такая особенность мира очень устраивала. Это, как воплотившаяся мечта большинства мужчин. Ты будто оказался в центре событий эротического фильма. Но сейчас уже приелось.
– Итак? Внезапная беда вынудила Вас обратится ко мне? – Начал разговор первым, как только дверь в кабинет закрылась.
Я уселся в кресло, которое стояло
– Да… – Она буквально секунду помолчала, а потом продолжила, – Ситуация несколько щекотливая, а так же для нашей семьи чревата последствиями. Поэтому вмешивать в нее органы полиции или что-то ещё более серьезное… вы понимаете… не имеем возможности. В данном случае, говорю об Особом отделе.
Господи… как она разговаривает… Меня возбуждает даже этот ее интеллигентский бубнеж. Слова произносит, будто вслух книгу читает.
– Таааак… И? Хотелось бы уже перейти к сути. Вы знаете, я занимаюсь только теми вопросами, которые решить никто не может. Отсюда цена за мои услуги. Кстати, о цене…
– Да. Я знаю. Не утруждайте себя деталями. Вы помогли одному знакомому. Он отзывался о вас, как… – девушка замялась, подбирая слова.
– Как о редкостном мудаке? – Я усмехнулся, – Не мучайтесь, скажу за Вас.
– Ну, да, – она смущённо улыбнулась и поправила волосы.
Сука. В паху заныло ещё сильнее. Капитан Марвел давал о себе знать все настойчивее. Он явно не понимал, почему мы всё ещё сидим в этом идиотским кресле, а не находимся в столь привлекательной для нас особе.
– Однако, при этом уточнил, что решить его проблему смогли только Вы. Сказал, если нужно, Вы спуститесь в ад.
– Тронут. Еле сдерживаю слезы. И все же. Давайте ближе к делу. Что у Вас? – Я наклонил голову к плечу, всем своим видом демонстрируя интерес.
– Видите ли, – Моника, наконец, решила присесть за стол, чем значительно упростила мою задачу по сдерживанию своего разыгравшегося либидо.
Правда, теперь блузка, верхние пуговицы которой были расстёгнуты, чуть больше разошлась в стороны, обнажая очень привлекательную часть груди. Что там, интересно… Мммм… Похоже, твердый третий. Неплохо.
– Я расскажу Вам сейчас все подробно, без утайки. Ситуацию, как она есть. – продолжила госпожа Берг.
– Ну, наконец-то. Я уже начал беспокоиться, что состарюсь и умру в Вашем шикарном кабинете. В принципе, вполне приличная смерть, но я видел ее немного иначе. Как минимум, в момент оргазма. Вряд-ли сиюминутная ситуация похожа на нечто подобное.
– Вы бываете на самом деле невыносимы, – Моника снова улыбнулась.
Твою ж мать. Как бы ей намекнуть, чтоб она перестала привлекать мое внимание к своим губам. Этой женщине нужно говорить строго и сдержанно. И то, не уверен, что это как-то изменит ситуацию.
– Так вот, Максим. Могу я Вас так называть?
Я хотел ответить ей, что она может называть меня, как угодно. Особенно, если в этот момент мы будем заняты чем-то другим, а никак не разговорами. Но лишь кивнул в ответ.
– У меня есть дядя. Родной брат отца. Два дня назад он
– Дяде, я так понимаю, далеко за сорок?
– Да. Но какое это имеет значение? – Моника положила одну руку на стол и нервно постукивала ноготками.
– Жена?
– Что жена? – Ее тонкие пальцы замерли на мгновение.
– Жене сколько?
– Двадцать восемь. Если Вы намекаете на предумышленное убийство с ее стороны, то, уверяю, нет. Девочка была бедна, как церковная мышь, когда он встретил ее. Мезольянс, знаете ли. Отец был крайне недоволен женитьбой брата. В случае его смерти супруга не получает ничего. Вернётся в свой провинциальный город, где останется насовсем. Наоборот. Наденька теряет. Все, что имеется, по завещанию отойдет другому человеку.
– Интересно… Кому же? – Я слегка подался вперед, с интересом рассматривая лицо Моники. Меня в первую очередь волновали эмоции на этом лице. А вернее, их отсутствие. Похоронила любимого дядю и так спокойна.
– Мне. – Ответила она после короткой паузы.
О как… История становится занимательной.
– И много?
– Общая стоимость имущества, которое я получу, оценивается в двести миллионов.
– Мммм… Долларов? Евро?
Девушка посмотрела на меня с таким выражением, будто я в лицо ей плюнул, не меньше.
– Ааааа… Понял. Имперских рублей. Не суть. Ок. Ну, Вам и Вам. В чем проблема?
– Видите ли, за неделю до смерти дяди, отец полностью лишил меня всего. Я официально являюсь членом семьи. Это понятно. Могу пользоваться многим. Работаю в компании. Но на самом деле, у меня не осталось ничего. Ноль. Я планировала выйти замуж. В двадцать пять лет хочется чего-то уже создать в личном плане. Это и стало причиной радикального поступка моего родителя. Его, скажем так, не устроила выбранная мною кандидатура. Получается, на момент смерти дяди я по факту была нищей. Уйду из дома, даже на еду денег не будет. И вот после несчастного случая, выходит, интерес в наследстве был только у меня. Теперь имею возможность делать все, что сочту нужным. Никто мне не указ. И ещё… Я виделась с нем в ту ночь. Он спускался вниз не для того, чтоб попить воды. Нам нужно было поговорить.
– Ночью? – Честно говоря, не удивился. Ждал чего-то подобного.
– Да. Это был очень срочный разговор. Извините, но в подробности посвящать не могу. Личное. Факт в том, что мы общались буквально десять минут. Потом я уехала. Он остался в столовой один. Понятия не имею, чем занимался оставшийся час. И по какой причине сломал себе шею. Дело сейчас, естественно, в полиции. Особого отдела пока это не касается. Нет связи с Аристократами. Но… Рано или поздно все сойдется на мне. Вы знаете, никто не будет разбираться по-настоящему. Тем более, у отца очень сложные отношения с остальными семьями нашего круга. Возможность осадить Александра Берга за счет обвинения дочери в убийстве… Что может быть лучше? Мы ведь все… Финансисты, имею в виду. Мы, как пауки в одной банке. Для него это станет сильным ударом. К тому же, пока что, о завещании не знает никто кроме меня. Но это вопрос времени. Влад скрывал данный факт.