Реставратор

Стивенс Аманда

И тут до меня дошло: Мейкон Доуз ведь говорил в саду, что берёт отпуск на три дня, а я две ночи назад слышала шаги наверху. Кто-то проник в дом и расхаживал по второму этажу всю ночь. Ослабил болты и открыл дверь.

 Я пыталась усиленно моргать, чтобы сфокусировать зрение. Но комната закружилась перед глазами, и я ухватилась за стену.

— Что вы здесь делаете?

Он не кинулся на меня, а опустился на корточки.

Я понимала, что должна была развернуться и броситься бежать через парадную дверь. Выход находился всего в нескольких

шагах, но я не могла пошевелиться. Взгляд упал на пролитый чай. В него что-то подмешали?

Я подняла голову с усилием.

— Что?..

— Успокоительное и мышечный релаксант. Ничего серьёзного, — услужливо ответил Даниэль. — Наверное, тебе лучше присесть.

Я не хотела ему подчиняться, но у меня не осталось выбора. Колени подогнулись, и я рухнула на пол.

— О боже, — пробормотал он, спеша ко мне. — Подействовало быстрее, чем я ожидал.

Я попыталась встать, но он положил руки мне на плечи и надавил.

— Приляг, а то ненароком поранишься. Хотя ты вряд ли сможешь пошевелиться.

Он был прав. Руки и ноги стали ватными.

Я легла на пол, стараясь остановить вращающийся потолок.

— Вот так. Дай я тебе помогу.

Он суетливо вытер лужицу от чая, взял подушку с кушетки и аккуратно положил мне под голову.

— Так лучше?

— Зачем? — попыталась прошептать я, но голос прозвучал хрипло и искажённо.

Но кажется он понял вопрос. Тяжело вздохнув, Микин присел рядом и положил голову на колени.

— Ты даже не представляешь, насколько сильно я всё это ненавижу. Ты одна из немногих, кто увидел меня… настоящего. Но ты ведь увидела и его?

Я беспомощно покачала головой и попыталась ответить.

— Ш-ш-ш. Всё хорошо. Я всё знаю про тебя. Про твою способность.

Как это возможно? Только если…

Я вспомнила, как Тула Маккей описывала второго мальчика:

…это был тихий худенький малыш. Я часто видела, как он часами шатается по улицам или сидит в одиночестве на крыльце. Наверное, поэтому он и связался с Клейтоном Мастерсоном. Бедняжка был так одинок.

Взгляд упал на запястье Микина. Рукав скрывал его шрамы, но я помнила их, неровные перекрёстные линии агонии.

Клейтон связал их запястья и вложил нож в руку. Он заставил его вонзить лезвие в сердце несчастной собаки.

Прошлой ночью на призраке Клейтона Мастерсона были кандалы. Один конец крепился к его запястью, а другой болтался свободно... потому что Даниэль ждал его во дворе. Силуэт, что я увидела на крыльце...

Даниэль начал раскачиваться назад-вперёд, напевая под нос. Он положил щёку на колени и посмотрел на меня.

— Знаешь, почему этот дом для тебя безопасен?

Я снова покачала головой.

— Раньше здесь находился детский приют, а на месте дома стояла церковь. В конце концов, сирот стало так много, что их решили переселить за город. Однако в 1907 году приют сгорел, и в огне погибло множество детей.

«Ангелы, — подумала я. — Ангелы папа защищают этот

дом».

Неудивительно, что здесь я ощущала умиротворение. До сегодняшнего дня…

Микин поднял голову и огляделся.

— Я понял, что это место особенное, стоило мне переступить его порог. Ты счастливица, раз нашла этот дом. Хотя я не верю, что дело в удачливости. У всего своя причина. Зачем тебя отправили на «Дубовую рощу», как не освободить меня?

— Как… долго?..

— Как долго я за тобой слежу? С вечера в «Восторге». Я приходил сюда, чтобы изучить тебя. Мне нужно было узнать твои слабости, твой распорядок дня. Как лучше к тебе подобраться. Это было легко, потому что у твоего соседа такой хаотичный график. А когда он взял отпуск, я подумал, что могу здесь поселиться. Вдруг я тоже буду здесь в безопасности. Но это всего лишь временная отсрочка. Есть только один способ избавиться от него навсегда.

Он нежно провёл пальцами по моим векам.

— Знаешь, а я видел твоё лицо тем вечером, когда ты заметила призрак Клейтона в саду. Никто бы не обратил внимания на твой взгляд, но я понял. Я понял.

Он снова стал раскачиваться.

— Все эти годы его никто не видел. Не представляешь, как мне было одиноко.

— Ты… ошибаешься…

Он положил руку мне на плечо в знак сожаления.

— Прости. Я перебью тебя. Наверное, ты единственная в целом мире, кто может понять, с чем мне приходится жить.

Я услышала благоговение и печаль в его голове.

Его глаза наполнились слезами.

— Знаешь, ты не сможешь от них избавиться.

— Я… знаю.

— Как бы сильно я ни резал, я не мог от него избавиться. А потом я увидел тебя в «Восторге» и понял, что надежда ещё есть. Я приехал домой после ресторана и стал думать, как положить всему конец. Понадобилось время и осторожность, чтобы Клейтон не успел ни о чём догадаться. Я понимал, что он попытается найти способ остановить меня, но на этот раз я его перехитрил. Я закончил последнюю книгу, привёл дела в порядок и оставил подсказки, чтобы полиция смогла найти трупы. Я не мог оставить их на своей совести. Я старался организовать большинству достойные похороны и отнестись к ним с должным уважением, но это не всегда было возможно...

— Как… много?

Он закрыл глаза и пожал плечами.

— Не знаю. Я потерял им счёт. Старался подойти к выбору рассудительно… выбирал лишь несчастные души, которые нуждались в освобождении. Остальное творил Клейтон. Эти кандалы, пытки… — Он произнёс последнее слово шёпотом. — Мне хватило глупости думать, что я смогу остановить его, когда он был ещё молод. Я был счастлив, когда его увела полиция, я словно переродился, но в конце концов он получил свободу и показался в Эмерсоне. Он рассказал мне, какая участь постигла мою кузину Эфтон… он несколько лет планировал её убийство, лишь чтобы поиздеваться надо мной, досадить… я понял, что должен придумать, как положить этому конец. Он никогда бы не оставил меня в покое.