Реванш императора

Форстен Уильям P.

– Десять минут до взрыва,- сообщил Мупа.

Арх уселся поудобнее и приготовился ждать начала спектакля.

– Корабль Надзирателей прямо по курсу, - довольно ухмыляясь, сказал Хасан, отвернувшись от монитора.

Корбин молча кивнул.

–Если Ларис сумел каким-то чудом миновать заминированный участок, тут мы его и прихватим.

–А потом?
– холодно осведомился Габлона.

–Прикончим его, разумеется.

–А потом?

Хасан смерил презрительным взглядом угрюмую физиономию старого надутого толстяка, испытывая брезгливое отвращение при одной мысли о том, что когда-то служил у него на побегушках. Ему хотелось крикнуть в

ответ, что потом я выкину твою тушу в

открытый космос, уничтожу всех до единого Надзирателей и стану править миром. Но он не сделал этого. Еще не настало время. Это жалкое ничтожество может пока пригодиться - хотя бы как подставная фигура, марионетка, которую он, Хасан, будет дергать за ниточки, наслаждаясь собственным могуществом, но сам при этом оставаясь в тени.

Звездный диск за спиной перса продолжал сокращаться в размерах.

Зола Фалдон сидел неподвижно, вперив взгляд в экран своего персонального компьютера. Пришлось преодолеть немалые трудности, чтобы вывести из строя звездолет с журналистами. Хорошо еще, он был всего один - в связи с ростом цен крупнейшие компании скооперировались и направили к месту будущей вспышки Сверхновой сводные команды репортеров. Но операция прошла успешно, и теперь он точно знал, что посторонних здесь не будет. Зола уже купил у Мупы эксклюзивные права на съемку и ни с кем не собирался делиться прибылями от продажи будущего фильма. К тому же могли возникнуть непредвиденные затруднения. Маловероятно, конечно, но если кому-то вдруг вздумается предотвратить взрыв, деловой репутации магната может повредить выставленное на всеобщее обозрение противодействие такой попытке со стороны Корбина и Надзирателей.

Он налил себе в бокал солидную дозу спиртного и удобно развалился в подогнанном под его крошечную фигурку кресле.

– Прыжок через пять секунд, - заметно нервничая, объявил Зергх.

Элдин судорожно вцепился в подлокотники кресла. Корабль пересек сверхсветовую черту, промелькнула перед глазами гамма цветов - следствие эффекта Допплера, и через мгновение на обзорном экране вспыхнул тревожным багровым светом расплывшийся диск коллапсирующего солнца.

– Горючего едва-едва хватит, чтобы долететь до места, - сообщил Оиси.

– Внимание, мы не одни!
– закричал Зергх, включая двигатели на полную мощность.

Звездолет резко тряхнуло. Пространство за бортом озарилось яркой вспышкой.

– Проклятый Корбин!
– зарычал старый гаварнианин, бросая корабль в замысловатый вираж, чтобы выйти из зоны обстрела.

Корабль мчался по направлению к звезде. Яхта Корбина догоняла его, заняв выгодное положение для атаки: сверху и немного сзади от беглецов. Пока что звездолет шел впереди за счет высокой скорости на выходе из туннеля, но яхта тоже не отставала. Очевидно, их появления ждали и к нему готовились. Промелькнул неподвижно зависший в пространстве корабль Надзирателей. С их стороны попытки к преследованию можно было не опасаться - в считанные секунды расстояние между ними увеличилось до сотни тысяч километров,- а вот Корбин сел им на хвост и неуклонно приближался.

Элдин не мог оторвать взгляда от переднего экрана. Зрелище было удивительным, завораживающим. Странно только, что солнечный диск становился все меньше буквально на глазах, хотя корабль вроде бы двигался к нему, а не наоборот. Несмотря на это обстоятельство, готовая вспыхнуть звезда по-прежнему источала некую ауру небывалой мощи, неудержимо притягивая к себе все взоры.

– Топливо на нуле!
– горестно закричал Оиси.- Мы теряем контроль над управлением.

Элдин встретился глазами с самураем и печально улыбнулся. Что ж, они сделали все, что могли. Им не в чем было себя упрекнуть. Процесс превращения звезды в Сверхновую уже пошел, а их кораблик прямым ходом несло в бурлящий

котел коллапсирующей хромосферы. Сила тяжести на борту исчезла вместе с последними каплями горючего, и желудок его снова закувыркался. Элдин так и не привык к невесомости, хотя провел в космосе немалую часть своей жизни. В этой ситуации обидней всего было то, что теперь перед смертью не получится даже стаканчик пропустить напоследок.

А еще его пугало собственное безразличие к происходящему. Во всяком случае, никакого предсмертного ужаса и прочих неприятных эмоций он не испытывал. Он оглянулся. Чуть поодаль замерли, взявшись за руки, Оиси и Тия. Вот за них ему было больно, а за себя - почему-то нет. Да и чего, в сущности, бояться? По ту сторону просто ничего не будет, кроме покоя. Ни ночных кошмаров, ни врагов, ни друзей, ни целей, которых непременно надо достичь. Он слишком устал от всей этой возни, которой раньше придавал непомерно большое значение.

Он добрался до кресла, пристегнулся ремнями и приготовился терпеливо ждать, пока не закончится спектакль и не вспыхнет свет в зрительном зале.

Уже несколько сотен триллионов тонн железа ухнуло в сердце зарождавшегося звездного шторма, надежно затормозив термоядерные реакции в ядре. Продолжавшийся коллапс внешних слоев довел внутреннее давление до критической величины, и это давление продолжало с каждой секундой расти в геометрической прогрессии.

Диаметр гиганта, составлявший ранее сотни миллионов миль, сократился до одного миллиона. Его сердцевина, в которой теперь преобладало сверхплотное железо, испытала последний качественный скачок. Плотность внутриядерного вещества достигла предела в миллиард тонн на кубический сантиметр. Будь масса ядра меньше, эта материя, состоявшая из голых протонов, постепенно сжималась бы дальше, пока не достигла бы стадии черной дыры, перейдя в другое измерение.

Но масса была чрезмерно велика и к тому же разогрета до миллиардов градусов. Даже фантастическая сила тяжести в центре звезды не могла долее удерживать нараставшее внутреннее давление. У него был только один выход - выход наружу.

Порожденная червоточиной звезда вспыхнула Сверхновой.

В мозгу Древнего Странника появилась картинка приближающейся катастрофы. Пришедшие позже считали его лишь машиной Древних, но именно он был одним из подлинных Творцов Вселенной, чьи достижения неизмеримо превосходили жалкие возможности некогда создавшей их расы, ныне давно превратившейся в прах.

Он осознал, что должно произойти, за несколько минут до того, как это стало ясно остальным существам на борту потерявшего управление и мчавшегося в раскаленный ад звездолета. В иное время Древний Странник остался бы равнодушным наблюдателем, но ныне честь требовала от него выполнения условий подписанной капитуляции, которые пока не были соблюдены до конца.

– Передний монитор зафиксировал инициирующий взрыв!
– закричал Мупа.

Все взоры устремились на экран, где демонстрировались последние мгновения жизни звезды. Зонд слежения находился в непосредственной близости к хромосфере. Он успел передать картинку начала стремительного расширения звездной материи, потом что-то вспыхнуло, и изображение исчезло.

Арх перевел взгляд на главный монитор, на экране которого демонстрировалось реальное изображение событий. На нем пока ничего не происходило, но следовало учитывать, что от корабля до звезды было около пятидесяти миллионов километров.

– Нам пора уходить, Владыка, - почтительно напомнил Мупа.
– Волна проникающего жесткого излучения будет здесь через три минуты.

Все были шокированы свирепой радостью, отразившейся на лице Верховного Надзирателя при этом известии.

Букха Таг отвернулся от экрана, склонил голову и закрыл глаза.