Реванш
Шрифт:
— Конечно, своё знакомое зло привычнее, — фыркнула под нос.
А раз выгодно, значит, стоит радоваться уже тому, что если и придушит, то потом воскресит.
Его же… вы-год-но.
— Не переживайте так, дорогая. Стас — хороший мальчик.
Ну-да, ну-да. Кто бы спорил? Особенно с тем, кто «заказывает музыку».
Одно в этом соглашении вдохновляло: на мою учёбу шесть дней в неделю с утра и до вечера никто не покушался. Добавим плюсом секцию и подготовку к занятиям.
И, как итог, видеться с мажором получится
Но первая его реакция, конечно же, будет яркой. Вот и порадую душу его презабавной моськой в день «знакомства».
— Когда ждать «жениха»? — уточнила последние детали, чтобы сбежать к Иришке.
Уверенность, что Смешарик дома себе места не находит, была стопроцентной. Столько лет вместе. А ей лишний раз волноваться вредно.
— Не переживайте, свидитесь непременно, — потёр руки Аркадий Ильич.
Бесята проскочили. Хоть их хозяин и постарался это скрыть.
О том же, что факт «непременно свидитесь» большей частью и напряг, сообщать не стала. Пожелала «всего хорошего» старому интригану-купидону и, как говорится, «сделала ноги».
Не быстро, чтоб не решили, что сбегаю.
Дома Иришке сообщила очень и очень усечённую версию событий: нечего будущую мамочку волновать. Сама разберусь.
С моей-то хитро-мудростью мы и из мажора постараемся сделать человека.
— А сама-то, Жень, готова ко второму семестру? — возвращаюсь из воспоминаний к разговору с подругой.
Молодец я, однако. Успела и чемодан разобрать, и вещи рассротировать, и на кухню к чайнику подобраться.
— Конечно, — смеётся та, — как пионерка.
— Ага, которой никогда не была, — добавляю следом.
— О, кстати, забыла рассказать, — оживает трубка. — У нас же препод по физподготовке новый намечается.
— Откуда прилетело?
— Шаркова в чате скинула.
— А она каким духом? — уточняю удивленно.
Только одну минуту за серию и ту для видимости.
— На официальном, кажется, вычитала.
— А Петрович куда? А секция как же? — заваливаю Павловскую вопросы.
Бли-и-н, не хочу расставаться с волейболом. Он же классный. И энергия есть где выплеснуть, и с девчонками нормальными пообщаться. Спорт и отдых одновременно.
— Завтра и узнаем. Она не интересовалась.
— Кто бы сомневался… — ворчу недовольно.
Был бы Иван Петрович тридцатилетним качком-красавцем, тут — да! Не только староста, вся группа, а, может, и универ следили бы за его судьбой и причинами ухода. А раз шестидесятилетний, то и ладно. Не интересно.
— Не ворчи, старушка, — будто читает мои мысли подружка. — Вот придёт на место Чернышова молодой и симпатичный физрук, сразу будет и на занятиях стопроцентная посещаемость, и любовь к спорту проснётся, и интерес к преподу и его личной жизни!
— На Маслова намекаешь? Как по нему одногрупп сохнут?
— А что, разве не так? — углубляется в разъяснения Женька. —
— Так рассказывает предмет интересно, — наливаю себе чай и заглядываю в пустой холодильник.
М-да, о продуктах не подумала. Надо топать в магазин.
— Аська, хватит глупости говорить! Красивый он, — выдает Павловская в запале.
Ого!
Интересно девки пляшут!
Я даже холодильник закрываю, так как забываю, что хотела в нём найти. Настолько меня услышанное стопорит.
Нет, Маслов мужчинка… симпатичный. Только уж сильно правильный, на мой взгляд.
Из разряда тех, кто и рубашки сам гладит, и носочки стирает, и носовой платочек в карман кладет, и расческа у него имеется.
На такого смотришь и невольно ждёшь, что из-за угла его экзальтированная мамуля-домохозяйка выскочит и начнёт дитятку рекламировать. Из серии: "А наш Ромочка самостоятельно в пять лет крестиком вязать научился, а в шесть пирожки с капустой пёк…»
Бр-р-р…
Вот же чушь в голову лезет.
Зато вспоминаю, что хотела покушать. Даже желудок урчит, подтверждая.
— А как же Баев? — задаю вопрос на миллион.
Кажется, после проигрыша в бильярд моя подружка не только ляпнувшего под руку Костика хотела покусать, но и злую меня, придумавшую такое жестокое «желание».
— А что с ним? — удивляется показательно Женька.
— Любовь-морковь и прочая-прочая, — машу рукой, пытаясь объяснить жестами свой посыл, забывая, что собеседница меня не видит.
— Поживём — увидим, — заявляет эта хитрая лиса таким тоном, что сразу становится ясно: крутить хвостом ей дюже понравилось.
Главное, есть перед кем.
— Ладно, Женёк, до завтра. Пошла я в магазин затариваться. А-то дома шаром покати, а кушать хочется.
Пока-пока, увидимся, — летит смачный чмок мне в ухо, и наступает тишина.
Сборы занимают не больше пяти минут, благо раздеться не успела. Пуховик, шапка, шарф, ботинки и рюкзак.
Есть.
Выскакиваю на площадку, уже готовая закрывать квартиру, как вспоминаю, что ключи бросила на полочку.
— Чёрт, — залетаю назад, хватаю потеряшек и, не глядя, распахиваю дверь.
От души.
Шипение и парочка смачных выражений красноречиво намекают, что я кого-то по ходу зашибла.
— Простите, — выбегаю на площадку и извиняюсь перед спиной мужчины, который на корточках собирает разлетевшиеся документы.
Блин, неловко вышло.
Бросаюсь помогать, так как ругаться с соседями — последнее дело. Еще нажалуются хозяйке, разруливай потом, да тортики носи.
— Вот держите, — протягиваю собранные под дверью листы и замираю.