Реванш
Шрифт:
Переводит он взгляд в сторону жмущегося в углу Жабина.
— Держи, — передаю приятелю пакетик с таблетками, подобранными с пола в том месте, где стояла Арсения — Надеюсь, в этот раз дело пойдет без тормозов. И эту гниль даже богатенький папашка не вытащит под залог.
— О, учитывая скольким он дорожку перешёл, думаю, в камере ему будет безопаснее, чем на свободе.
— Вот и прекрасно. Разберёшься пока сам? Я Арсюшу домой отвезу.
— Конечно, парни уже в пути. Если что, маякну.
— Тогда я погнал, — протягиваю руку для рукопожатия.
— Стой, а эта… Мальцева где? — напоминает Роман про запертую мелкую козу.
— Тьфу, точно. В тренерской, — достаю ключ с биркой.
Совсем забыл про стерву, пришедшую ко мне после тренировки «загладить вину и выпросить прощение». Так ссучка выбесила своими нудными причитаниями и прижиманиями, что я просто закрыл ее в пустом кабинете Петровича.
— Подозреваю, она с этим придурком в паре, — киваю на Жабина.
— Ей же хуже, — хмыкает Маслов.
— Привет, — стучу по стеклу машины, привлекая внимание Арсении.
Умничка. Сообразила закрыться изнутри и завести двигатель, чтобы не замёрзнуть.
— Ты быстро, — хмурится она, заглядывая мне за спину, давая понять, какой вопрос её беспокоит.
— Там Ромка остался и своих парней уже подтягивает.
— Значит, всё официально? — прищуривается сообразительная малышка.
— Ага.
— Фух, — выдыхает она, расслабляясь и откидываясь на спинку пассажирского сидения.
— Не понял, — приподнимаю бровь.
— Значит, не прибил, — улыбается заразка довольно.
— А надо было?
— Не-а. Вот еще, руки о всякую срань пачкать.
— Тоже верно. Ну, что, домой? — перехватываю такую маленькую по сравнению с моей ладонь, несильно сжимая.
— Ага, — соглашается Арся и устраивается поудобнее.
Жду, что попытается выпутаться из захвата, так как ей не очень удобно сидеть, но нет, и сама держит крепко.
— Устала? — ловлю направленный на меня взгляд.
— Нормально, — щурится, явно что-то уже обдумывая в голове. — Слушай…
Ну, так и думал. Где покой, и где Арсения.
— А ты почему так поздно пришёл?
Мля… начинается…
— Задержали.
— Кто?
— Э-э-э… это так важно?
— Мальцева?
Даже воздухом давлюсь от сообразительности некоторых.
— Долго же она тебя задерживала, — делает свои выводы «невеста». — Значит, хорошо получалось.
— Да с чего ты взяла?
— С того, что ты кобель!
— Я?
— Ну не я же! — фыркает злючка, вылезая из машины, так как за время препирательств успели доехать до дома.
— Да я вообще её запер в кабинете! — рыкаю, хлопая по кнопке вызова лифта.
— Ну кто бы сомневался? Вдруг такая
— Чушь несёшь!
— Да что ты? А скажи-ка, милый, ты случайно назад не собирался ехать, как меня домой доставишь? — бьёт не в бровь, а в глаз Власова.
Даже замираю, приоткрыв рот, от ощущения, что «невеста» меня, как открытую книгу, читает.
Не, ну, собирался. Естественно, чтобы с Жабиным помочь.
Только этой красотке фиг, что докажешь.
— Арррся! Не беси меня! — нахожу пока единственный аргумент, нажимая на цифру «9», и дожидаюсь закрытия створок лифта. — Всё не так!
— Трепло!
— Язва!
— Балабол!
— Зануда!
— Ай! — резко сдувается моя заразка, бледнея и часто дыша.
— Эй! Асенька, солнце, ну прости меня, — тут же беру на себя все грехи, замечая крупные слёзы на глазах. — Я — идиот, придурок, болван. Конечно же, ты права!
Мляяя! Сцука!
Она никогда не плакала. А сейчас-то что?
— Лифт сломался… — выдаёт сквозь всхлипывания это чудо.
А я шумно выдыхаю от облегчения, притягивая трусиху к себе.
Твою ж кочерышку… у каждого свои тараканы.
— Не бойся, смотри на меня. Всё хорошо, — ловлю испуганный карий взгляд, чтобы она видела только меня, слышала только меня, чувствовала и дышала вместе со мной. — Давай. Вдох-выдох. Не страшно же?
— Страшно… — не соглашается упрямица, пыхтя, как ёжик.
— Тогда есть другой способ. Даже лучше, — ухмыляюсь и с огромным удовольствием впиваюсь в сладкие-сладкие губы.
— Эй! Есть кто в лифте? Вы там как? Подождите немного, сейчас вытащим, — прорывается спустя какое-то время в сознание чужой голос, заставляя разорвать поцелуй.
— Ждём, — говорю громко, чтобы нас услышали.
И снова сосредотачиваюсь на своей невесте.
Глаза в глаза.
— Мне кроме тебя никто не нужен. Было бы по-другому, ни за что не позволил себя окольцевать. Даже в шутку, — тихо произношу то, что думаю, и глажу Арсю по щеке. — Не хочу больше игр, давай попробуем по-настоящему.
— На полгода?
— Насовсем, — чмокаю строптивицу в нос и, достав из кармана помолвочное колечко, возвращаю его на законное место.
Эпилог 1
СТАС
В какой момент игра и желание прогнуть, ужалить, насолить переросли в нечто более важное и значимое? Сформировали потребность видеть, чувствовать и ощущать именно её рядом? Только ЕЁ.
Ведь, в принципе-то, ничего в моём мироощущении особо не поменялось. Я также свободен, доволен жизнью и счастлив. Я продолжаю замечать вокруг красивых девчонок.