Революция муравьев
Шрифт:
Но сомнения у присутствующих все же остаются.
У веры в Бога есть то преимущество, что она объясняет необъяснимое. Некоторые муравьи уже готовы воспринимать молнию или огонь как проявление воли их богов-Пальцев.
Принцесса 103-я повторяет, что Пальцы – вид относительно молодой, появившийся около трех миллионов лет назад, а муравьи живут на Земле уже сто миллионов лет.
– Как создания могли появиться раньше создателей?
Двенадцать разведчиков спрашивают, откуда у принцессы такие сведения, она отвечает,
Собравшиеся смущены. Даже если не все присутствующие муравьи уверены в том, что Пальцы – их создатели, абсолютно все вынуждены признать то, что это «молодое» животное чрезвычайно одарено и знает много вещей, о которых не подозревают насекомые.
Принц 24-й один не согласен с этим мнением. Он считает, что муравьи ни в чем не уступают Пальцам, в случае сотрудничества муравьи передадут Пальцам гораздо больше знаний, чем Пальцы – муравьям. Что касается трех загадок: искусство, юмор и любовь, то, как только муравьи точно поймут суть этих явлений, они смогут их повторить и даже улучшить. Принц в этом убежден.
Корнигерские муравьи, потрясенные использованием огненного копья во время битвы в тростниках, оттаскивают в сторону уголек на листке. Они проверяют действие огня на различные материалы. Они сжигают по очереди листок, цветок, кусочек земли, корешок, 6-й руководит. В результате они получают голубоватый дым и отвратительный запах. Без сомнения, именно так действовали первые изобретатели в мире Пальцев.
– Пальцы все-таки, должно быть, сложные животные... – вздыхает один из корнигерцев, у которого уже усики заболели от всех этих историй про высший мир. Он сворачивается в клубок и засыпает, предоставляя остальным досыта спорить и играть с огнем.
113. ЭНЦИКЛОПЕДИЯ
ИМЕНИННЫЙ ПИРОГ: задувать свечи на каждом дне рождения – один из самых многозначительных обычаев рода человеческого. Так человек регулярно напоминает себе о том, что он может зажечь огонь, а затем погасить его своим дыханием. Власть над огнем представляет собой один из ритуалов перехода ребенка к сознательному состоянию. Когда пожилому человеку не хватает дыхания на то, чтобы погасить свечи, это значит, что он уже социально не является активным членом человеческого общества.
114. НЕХВАТКА ВОЗДУХА
Жюли лежала на его плече. Жи-вунг с облегчением обнаружил, что выход из подземелья был далеко от полицейских автобусов. Он бросился на поиски дежурной аптеки, еще открытой в три часа ночи. Пока Жи-вунг в справедливом отчаянии колотил в дверь закрытого магазина, окно сверху открылось и оттуда свесился человек в пижаме:
– Не будите зря соседей. Единственная открытая в этот час аптека находится в ночной дискотеке.
– Вы шутите?
– Вовсе нет. Новая услуга. Ночью покупают в основном презервативы,
– И где же она, эта дискотека?
– В конце улицы направо тупичок – там и есть. Не ошибетесь, называется «Ад».
Действительно, «Ад» мигал светящимися буквами, на которых висели чертенята с крыльями летучих мышей.
Жюли была в агонии.
– Воздуха, ради Бога, воздуха! Почему так мало воздуха на этой планете? Жи-вунг поставил ее на землю и заплатил за два входных билета, как будто они были обычной парочкой любителей потанцевать. Портье с пирсингом и татуировками на лице нисколько не удивился, увидев девушку в столь плачевном состоянии. Большинство клиентов «Ада» приходили сюда уже наполовину оглушенными наркотиками или алкоголем.
В зале шелестел голос Александрины: «Я люблююююю тебя, моя любовь, я тебя люблюююю», пары обнимались в дымном сиянии. Диск-жокей усилил звук и никто уже друг друга не слышал. Затем он погасил освещение, оставив лишь маленькие красные мигающие лампочки. Диск-жокей знал, что делал. В темноте и оглушительном грохоте те, кому было нечего особенно сказать, и те, кто был не слишком одарен природой внешне, имели одинаковые со всеми шансы воспользоваться медленным танцем в целях обольщения.
«Любовь моя, я тебя люблюююююююююю, моя лю-боооооооовь», – скандировала Александрина.
Жи-вунг прошел через танцпол, бесцеремонно расталкивая пары, он думал лишь о том, как скорее доставить Жюли к аптеке.
Дама в белом халате была погружена в глянцевый журнал и в жевание жвачки. Когда она их заметила, то вынула одну из затычек, защищавших ее слуховые каналы. Жи-вунг завопил, силясь перекричать аппаратуру. Дама сделала ему знак закрыть дверь. Часть децибелов осталась с той стороны.
– Вентолин, пожалуйста. Побыстрее, это для девушки. У нее ужасный приступ астмы.
– У вас рецепт есть? – спокойно спросила аптекарша.
– Вы же видите, что тут вопрос жизни и смерти. Я заплачу столько, сколько вы скажете.
Жюли не надо было притворяться, чтобы вызвать сочувствие. Рот у нее был разинут, как у вытащенной из океана рыбы дорада. Но женщину этим было не пронять.
– Сожалею. Здесь не бакалея. Нам запрещено продавать вентолин без рецепта, это было бы нарушением закона. Вы не первые мне тут комедию ломаете. Все знают, что вентолин – сосудорасширяющее средство, очень помогающее при ломке.
Это для Жи-вунга было уже чересчур, и он взорвался. Он схватил аптекаршу за воротник халата, не имея при себе никакого оружия, уткнул ей в шею острый конец ключа от своей квартиры и проговорил угрожающим тоном:
– Я не шучу. Я прошу вас дать мне вентолин или вам, госпожа аптекарша, скоро самой понадобятся лекарства, продаваемые и по рецепту, и без него.
В этом шуме было бесполезно пытаться звать на помощь, кроме того, в подобном месте все встали бы скорее на сторону пары в ломке, чем на сторону аптекарши. Дама кивнула головой в знак согласия, принесла аэрозоль и неохотно протянула Жи-вунгу.