Революция
Шрифт:
Армия одного государства вторгалась на территорию другого государства, армия которого должная была его защищать. Мелкие стычки и, наконец, армии встречались на удобном для битвы месте, и происходило генеральное сражение, в котором одна из армий побеждала, а другая терпела поражение. В зависимости от результата сражения определенные земли переходили в собственность от одного государства другому, плюс контрибуция и награбленное добро.
Первой ласточкой нового типа войны стала война 1812 года. Сейчас это выглядит смешным, но Наполеон Бонапарт обратился к Императору Российскому Александру I с жалобой на незаконные методы ведения
События 1812 года вошли в историю под названием «Отечественная война» и стали первым грозным предупреждением всем, что, посягая на Россию, придется иметь дело не с государством и его армией, как раньше, а с целым народом.
Не только для Наполеона, для всей просвещенной Европы это было дикостью и варварством. Во время войны земли переходили из рук в руки, менялись короли и государства, но никто не начинал против чужого короля и его армии войну на тотальное уничтожение всем населением.
Россия же всегда жила «не так как все», и, возможно, поэтому в Крымскую, ставшую фактически ещё одной войной всей Европы против России, иноземные захватчики так и не рискнули идти вглубь страны, какой бы слабой она в тот момент не казалась. Остановились, вспомнив опыт нашествия наполеоновской двунадесяти язычной армии. В противном случае, думаю, была бы Вторая Отечественная война, и нет сомнений, чем именно она бы закончилась.
Так вот, афганцы были чем-то похожи на нас — русских. При вторжении на их территорию внешнего врага, все межплеменные и религиозные дрязги забывались, народ объединялся и дружно начинал колотить пришельцев везде, где только можно, не жалея своей жизни и чужой крови.
Во время первой англо-афганской войны командующий британскими войсками в Афганистане генерал Уильям Эльфинстон во время общенационального восстания в Кабуле в 1841 году был вынужден во главе отряда из шестнадцати тысяч человек (военнослужащих и нестроевого гражданского персонала), спасаясь, уходить в сторону Индии. Однако под Джелалабадом Эльфинстон был разбит. Те британцы, которые не погибли в бою, умерли от голода и лишений. Выжил только доктор Брайден, который добрался до британских частей в Джелалабаде и рассказал о случившемся. Один человек из шестнадцати тысяч. В этом афганцы превзошли нас по результатам 1812 года на реке Березине.
В 1878 году недовольные политикой Афганского эмира англичане начали вторую англо-афганскую войну. Корпус под командованием генерала Фредерика Робертса захватил Кандагар, Джелалабад и Кабул. Шир-Али отрёкся от престола в пользу своего сына Якуб-хана и бежал в Россию.
Новый эмир в 1879 году заключил с британцами мир, уступив им часть территории и приняв в Афганистане английского резидента сэра Пьера Луи Каваньяри. Однако вскоре афганцы вновь подняли восстание и убили его. Опасаясь за свою жизнь, Якуб-хан бежал под защиту англичан. Около ста тысяч афганцев развернули против Великобритании партизанскую войну. Несмотря на отдельные победы, англичане так и не смогли взять страну под свой контроль.
Эти две войны были чем-то похожи друг на друга. Обе начала Британия из-за страха перед Россией, в обоих случаях без понимания характера будущей войны, её длительности и стоимости. Как это не понял и Наполеон, когда вторгся в Россию.
Обе начались с войны против правителя, а закончились войной со всем народом, в обеих имели место инциденты, несовместимые
И сейчас англичане в третий раз наступили на те же грабли. Опять начиналась война английских экспедиционных войск против всего народа Афганистана. Только в этот раз Российская империя в стороне стоять не будет, так как наглы ведут войну уже и на нашей территории.
Вопрос Ахмад-хана одного из старейшин самого большого союза племён Дуррани прервал мои размышления:
— Генерал, а что будет делать Белый царь, когда мы начнём полномасштабную войну с англичанами?
— Уважаемый Ахмад-хан, старейшины и князья, англичане использовали земли Афганистана, чтобы через них вторгнуться на территорию Российской империи. Почти сто тысяч войск Британской Индии тремя потоками ворвались на наши земли. В настоящий момент бои идут рядом с населенными пунктами Ош — Курган-Тюбе — Кумкурган — Ширабад — Мерв. Наши войска, пропустив англичан с гор в долины, отбивают все атаки британцев на заранее подготовленных позициях, и не допустят дальнейшего продвижения англичан вперёд. Очень скоро, измотав противника в обороне, нанеся ему огромные потери мы пойдём вперед, изгоняя противника с нашей территории. Сил для этого у нас хватит. Уже началась переброска закаленных победными боями войсковых подразделений из Кореи, — я сделал паузу, чтобы Лавр Георгиевич перевел мои слова, после чего продолжил:
— Как вы знаете, на территории Российской империи проживает много афганцев, которые покинули свою страну во времена эмира Абдур-Рахман-хана. Теперь они собираются под зеленым знаменем Исмаил-хана — правнука Дост-Мухамед-хана — первого эмира Кабульского эмирата. На настоящий момент более пяти с половиной тысяч всадников с пушками и пулемётами находятся в районе Керки. Они готовы в любой момент идти на Мазари-Шариф. Там к Исмаил-хану должны присоединится десять тысяч всадников-туркмен и бывший гарнизон крепости.
Про гарнизон я несколько преувеличил, так как такой договоренности ещё не было.
— Так же мы рассчитываем, что жители провинций Мазари-Шариф, Сарыкуль, Шабирган и Андхой поддержат Исмаил-хана в его походе на Кабул, — я замолчал и обвёл глазами первый ряд джирги, где сидели наиболее влиятельные племенные старейшины, включая и названных мною провинций.
— Сарыкуль* пойдет за правнуком Дост-Мухамед-хана, — произнёс один из старейшин, чья чалма зеленого цвета говорила о том, что он совершил хадж в Мекку.
* современный Сари-Пуль.
Достойное уважения деяние. Где Сарыкуль и где Мекка?! Даже по прямой, больше двух тысяч километров. И самолеты сейчас туда не летают и железные дороги не проложены. Весь путь в основном ножками.
— Шабирган и Андхой поддержат Исмаил-хана. К десяти тысячам туркменских всадников, которые сейчас скрываются в наших провинциях, присоединится ещё десять тысяч аскеров. Если Белый царь даст нам оружие, то мы готовы выставить двадцать и даже тридцать тысяч храбрых воинов, — произнес другой старейшина и впился в меня требовательным взглядом.