Рейдер
Шрифт:
— Какие дела привели культурного иностранца в наш город? — спросил меня Ду Гоудань, попробовав посредственного калифорнийского вина, которым я угостил, и громко поплямкав губами, изображая предел восхищения напитком.
— Во-первых, хочу наполнить трюм рисом. Во-вторых, набрать в каюты и твиндек пассажиров до Сан-Франциско. В-третьих, узнать, какие грузы из Америки нужны в Шанхае или Нанкине, чтобы не приходить сюда в балласте, — ответил я.
Нанкин расположен километрах в двухстах пятидесяти выше по течению Янцзы и является сейчас столицей тайпинов, а когда-то был столицей империй Цзинь и Минь. В будущем Шанхай затмит его.
— Я поговорю с местными купцами, — сказал
— С купцами я сам договорюсь. Тем более, что мне надо сперва найти пассажиров, чтобы заплатили за перевоз, а потом на эти деньги купить рис, — сообщил я. — От тебя мне нужно, чтобы поговорил с теми, кто контролирует Шанхай. Наверняка им нужно оружие, боеприпасы или что-нибудь еще. Я готов привезти это и обменять на рис, ткани, фарфор или серебро и золото.
— Они назначат день, ты приплывешь и поговоришь с ними, — пообещал он.
Только мне и не хватало соваться в логово к бандюганам!
— Нет, пусть они приплывут на клипер, здесь и поговорим, — потребовал я и уточнил шутливо: — Но не все вместе!
Улыбнувшись понимающе, бывший чиновник заверил:
— Я передам им твои слова, — и поинтересовался: — Сколько стоит проезд на твоем корабле до Сан-Франциско?
— Капитаны других кораблей сказали мне, что место в каюте стоит триста долларов, в твиндеке — двести, на палубе — сто двадцать, — ответил я.
Если набрать полный трюм риса, мороки будет меньше, но и прибыли тоже. В предыдущие годы все так и делали, беря пассажиров только в каюты и на главную палубу, но с прошлого года цены на рис в Китае стали расти, потому что выращивать его некому, все бунтуют, а в Сан-Франциско — проседать, потому что слишком много судовладельцев возят его. На пассажирах в твиндеке наваришь больше, причем палубных и твиндечных можно брать в долг. За них заплатят в Сан-Франциско те, кому нужны хорошие неприхотливые работники, а потом заставят отработать вдвойне и даже втройне на приисках и других производствах или слугами, а в Сан-Диего китайцев с удовольствием разбирают хозяева синьорий по обе стороны границы.
Представители триады прибыли втроем на большом сампане с тентом. Они потому так и называют свое общество, что верят в магическое свойство цифры три. Вот так просто устроена их жизнь: верь в цифру три — и обрящешь! Все трое были одеты, как чиновники средней руки в предыдущее мое посещение Китая. Время в империи, а вместе с ним и мода, движется рывками, перемены происходят вместе и только со сменой верховной власти. Судя по одежде переговорщиков, нынешняя правящая династия усидит на троне. Лица, правда, у всех троих были явно не чиновничьи, но и на отмороженных бандитов не походили, скорее, на жуликоватых торговцев.
Я угостил их калифорнийским вином, убедившись, что на сомелье не тянут, после чего предложил рассказать, чего им не хватает в жизни для полного счастья — удержания власти над Шанхаем и прилегающими к городу территориями.
— Нам нужны револьверы, винтовки, патроны к ним, порох для пушек и особенно митральезы, — выложил тот из них, у которого был шрам на лбу и левой щеке и не было левого глаза.
Митральеза (картечница) — это французское название бабушки пулемета. Ее стрельба из нескольких стволов пулями напоминала пушечный выстрел картечью. Уже существует несколько систем полуавтоматического ведения огня, правда, я пока ни одну не видел, только слышал рассказ о них от янки, участвовавшего в Американо-мексиканской войны. Кстати, китаец произнес название неправильно. Выступавшему в роли переводчика Ду Гоуданю пришлось уточнять, что имелось в виду, а потом объяснять мне.
— Митральезы в следующий приход не обещаю. Их придется заказывать
— Пушек нам хватает, — отмахнулся кривой. — Все равно стрелять из них никто не умеет.
Меня всегда поражало нежелание китайцев учиться чему-либо у иностранцев. Может быть, благодаря этому они никогда не пытались захватить весь мир. Впрочем, в будущем сделают это экономически, наводнив весь мир своими низкокачественными и дешевыми товарами, а может, будет и военный захват, до которого я тогда не дожил.
— Мы готовы заплатить за митральезы нефритами, — предложил кривой бандит из триады.
— У нас нефриты не ценятся так, как у вас. Мы предпочитаем алмазы, рубины, сапфиры, на худой конец жемчуг, но можно и золото с серебром, — объяснил я.
— Мы заплатим за них тем, что ты захочешь, — согласился он.
Видимо, у них преувеличенное представление о митральезах. Что ж, пусть им будет хуже, когда получат то, о чем мечтают.
— Я постараюсь достать их, — заверил я, — но только это будет не быстро.
— Мы подождем, — важно произнес кривой.
Умение ждать — еще одна характерная черта китайцев. Иногда мне кажется, что они уверены, что будут жить вечно. Если иметь в виду китайский суперэтнос, существующий уже несколько тысячелетий и так и не растворившийся во времени и пространстве, подобно многим другим, то они правы.
По окончанию переговоров я подарил, согласно китайской традиции, каждому представителю триады «Общество малых мечей» по бутылке вина. Надеюсь, не сочтут слишком дорогим подарком и не примут за дань. Ду Гоуданю дал тонкую мексиканскую сигару.
Он задержался в моей каюте и торопливо шепотом предупредил:
— Англичанам не понравится, если они узнают, что ты собираешься поставлять триаде оружие и боеприпасы.
— Это проблемы англичан, — беспечно молвил я.
Бремя белого человека, обязывающее не продавать дикарям современное оружие, меня не тяготило. Тем более, что я помнил, как англичане вместе с американцами снабжали афганских моджахедов переносными зенитными ракетными комплексами, чтобы сбивали советские самолеты и вертолеты. Заранее отомщу сладкой парочке за Афганистан.
24
В порту Сан-Диего я был всего раз. Случилось это в начале двадцать первого века. Не поверите, но с тех пор он сильно изменился. Как по мне, в лучшую сторону. Пока что Сан-Диего мал, невысок, чист и заселен милыми неторопливыми людьми. Впрочем, и в двадцать первом веке здесь никто никуда не будет спешить. Рядом с городом проходит государственная границы, отделяющая тридцать первый штат Калифорния от Мексики. По ту сторону находится Тихуана, которая станет известна всему миру, благодаря голливудским фильмам. По версии Фабрики грез в Тихуане живут только злодеи и их жертвы, и нет такого преступления, которое бы там не совершилось, чтобы помешать благородным героям выполнить свою невыполнимую миссию. На самом деле янки ездят в Тихуану, чтобы побыть нормальными людьми, отдохнуть от вечной гонки за Великой Американской Мечтой и навязчивого возвращения всего остального человечества на путь истинный. Мексиканцы перебираются в Сан-Диего в основном нелегально и только для того, чтобы подменить временно отсутствующих янки. Может быть, благодаря большому количеству мексиканцев, в Сан-Диего очень развиты скоростные трамваи, которые ходят каждые минут пять, что удивительно для страны победившего автомобиля. Второй, запомнившейся мне достопримечательностью, был огромный зоопарк, в котором я прошлялся несколько часов.